Мой пылкий лорд - Гэлен Фоули

— .Я верю, что сделаете, — прошептал Люсьен, резко притянув ее в свои объятия. Он крепко и долго держал Элис, а бурые мертвые листья летали вокруг на ветру. Закрыв глаза, он запечатлел пылкий поцелуй на ее волосах.

В это мгновение, пока он обнимал ее, в нем произошли какие-то перемены. Он и сам не понял, какие именно. Сначала Люсьен пытался унять ее боль, а в следующее мгновение почувствовал себя так, словно кузнечный молот пробил зияющую дыру в самой большой, самой толстой стене, которую он выстроил вокруг своего сердца. Оттуда хлынул свет — живительный свет, от которого ему стало больно.

Он немного отодвинулся и обхватил ее нежное лицо обеими руками, чтобы она могла посмотреть ему в глаза. Своими большими пальцами он вытер слезы, катившиеся по ее щекам.

— Если вам что-нибудь будет нужно — что угодно, — прошептал он неистово, — я хочу, чтобы вы пришли ко мне. Вы понимаете?

— Ах, Люсьен, — начала Элис, пытаясь высвободиться.

Он удерживал ее нежно, но крепко.

— Я говорю серьезно, вам не придется быть одной. Я ваш друг и всегда буду им для вас. И для Гарри.

— Почему? — прошептала она с заметным вызовом. — Какое вам до нас дело?

Ее вопрос напомнил ему снова, что она по-прежнему не доверяет ему. Люсьен покачал головой, опять его ловкое красноречие подвело его.

— Потому что вы мне нравитесь, — просто сказал он.

— Вы меня почти не знаете.

— Я знаю достаточно. Вам не нужно прямо сейчас верить мне, Элис. Со временем вы поймете, что это правда. Пойдемте, — сказал он, заставляя себя выпустить ее из своих объятий после короткой неловкой паузы. Его потрясло, как яростно захотелось ему защитить ее от всякого зла. — Мы почти пришли.

Спустя мгновение, все еще не придя в себя от его удивительного обещания, Элис пошла за ним. Люсьен шагал перед ней по тропинке — широкоплечий, властный. Он смотрел на нее все внимательнее и внимательнее, и она не знала, радоваться этому или ужасаться. Она бы вообще не поверила его клятве верности, если бы не тот факт, что свое обещание защищать ее он распространил и на Гарри. Этого Элис никак не ожидала.

Из леса они вышли на раскисшую дорогу, которая поворачивала к кучке из пяти или шести коттеджей, стоявших неподалеку. Поднялся ветер, донесший до них гостеприимный запах печного дыма из труб. Придерживая клетчатую салфетку, закрывавшую корзину, чтобы ее не сдуло ветром, Элис посмотрела на свинцовые тучи, наползавшие с запада, потом заметила ворон, встревожено летевших по небу, которое стало унылого белесого цвета.

— Мы ненадолго, — пробормотал Люсьен. — Судя по всему, пойдет дождь.

Она кивнула. Подойдя к этой необычной деревушке, Люсьен подвел ее к очаровательному домику с белеными стенами, толстой соломенной крышей и аккуратными белыми ставнями. Он провел ее в калитку, доходившую до пояса, и дальше по дорожке, по обеим сторонам которой росли хризантемы. Потом постучал в дверь, но не стал ждать разрешения войти. Он просто открыл ее и заглянул внутрь.

— Мистер Уитби!

— А, молодой господин Люсьен, — послышался оттуда слабый, дрожащий и очень пристойный старческий голос. — Входите! И простите меня, я, должно быть, задремал.

Элис, которая попыталась заглянуть в дом из-за спины Люсьена, почти ничего не увидела — все загораживали его широкие плечи.

— Простите, что разбудил вас, — ласково сказал Люсьен.

— Ничего страшного, дорогой мальчик, ничего страшного.

— Прибыли ваши книги, — сообщил Люсьен, — и еще я привел кое-кого познакомиться с вами.

— Вот как?

Люсьен открыл дверь пошире и вошел в дом, сделав перед собой изящный жест, приглашающий Элис войти. Охваченная любопытством, она прошла мимо него в коттедж и тут же оказалась в поле зрения проницательного человека в очках, который сидел, сгорбившись, в мягком кресле.

— Мистер Уитби, разрешите познакомить вас с мисс Элис Монтегю, дочерью барона Гленвуда. Мисс Монтегю, я с огромным удовольствием представляю вас герою моего ужасного детства, — язвительно проговорил Люсьен, — моему самому уважаемому наставнику мистеру Сеймуру Уитби.

Элис присела перед стариком в реверансе.

— Как поживаете, сэр?

С огромным усилием, опираясь на палку, мистер Уитби поднялся на ноги. Элис запротестовала было, не желая, чтобы он затруднял себя и вставал при ее появлении, но Люсьен коснулся ее рук и покачал головой. Сердце у нее сжалось — она поняла, что джентльмен всегда остается джентльменом, даже если выглядит на сто лет. Она подошла к старику и поддержала его. Он погладил ее по руке, благодаря за помощь.

— Я очень рада познакомиться с вами, сэр, — приветливо сказала Элис.

Он поднял подбородок и посмотрел на нее сквозь очки острым взглядом. Его впалые губы медленно растянулись в задушевной улыбке.

— Ах, дитя, вы так же добры, как и красивы. Можно предложить вам чаю? К сожалению, в настоящий момент моя экономка в церкви, но думаю, мы и сами справимся. Господин Люсьен, закройте же дверь!

— Простите, — пробормотал тот с мальчишеской улыбкой и выполнил приказание.

— Я двадцать пять лет пытался научить этого малого закрывать за собой двери, — сказал Элис мистер Уитби, сверкнув синими глазами. — Счет, греческий — все это он усваивал с ходу, но научиться закрывать двери никак не мог.

Совершенно очарованная, Элис усмехнулась и с улыбкой посмотрела на Люсьена. Старый джентльмен обхватил искривленными пальцами ручку палки.

— Положение мистера Уитби было весьма незавидно — он должен был обучать меня и всех моих братьев перед тем, как мы поступали в школу, — сказал Люсьен.

— Это, наверное, было ужасно трудно! — воскликнула девушка.

— Геракл должен был совершить двенадцать подвигов, у меня было пятеро юных Найтов.

Элис рассмеялась.

— Ну что ж, мне невероятно интересно послушать что-то из ваших рассказов, но прошу вас, сядьте. Думаю, что выпить чаю будет очень мило. Вы должны позволить мне его приготовить. Чтобы соблазнить вас, мы прихватили сдобных булочек и бисквит, а ваш ученик принес книги. А знаете, мистер Уитби, почему бы вам не взять подушку? Люсьен, подайте мне вон ту подушку с кушетки. — Он тут же выполнил ее просьбу, а она сунула подушку за спину старика, который снова опустился в кресло. — Не пододвинуть ли вас к огню? Люсьен, пододвиньте-ка кресло.

— О Господи, мне вовсе не хочется причинять столько хлопот! — запротестовал мистер Уитби, явно восхищенный ее заботливостью.

— Какие же это хлопоты? — с ласковым упреком проговорила Элис.

На мгновение Люсьен встретился с ней глазами и ответил ей глубоким, задушевным взглядом, выражавшим признательность. Он передвинул кресло старого учителя ближе к огню, потом пододвинул поближе мягкую оттоманку и, усевшись на нее, вынул книги. Мужчины завели разговор о новых изданиях, а Элис пошла на кухню и обнаружила, что большой котелок с водой поставлен на очень слабый огонь, как и должна была бы сделать, по ее мнению, рачительная экономка, уходя из дома. Рядом она нашла кухонные мехи и раздула огонь, чтобы вода снова закипела. Кейро сочла бы подобные занятия немыслимыми, унижающими ее достоинство, но Элис это не волновало. Она очень любила заботиться о других.