Этот дождь решает всё - Валерия Савельева

Щеки запылали с новой силой, казалось, скоро и волосы начнут медленно тлеть. Вот это стыдоба-а! Впрочем, чего я боюсь? Стас и так знает, что я не вхожу в ряды его фанаток. Не входила.

– Тамара Ивановна, а она пока еще и не передумала, – пожаловался Соломинцев и, склонившись почти к самому моему уху, добавил: – Но даже если я ей не нужен, она мне нужна. Буду исправлять.

И он быстро, осторожно чмокнул меня в щеку. Я еле сдержала вздох, внезапно понимая, что свидание только началось, а у меня уже ощущение, что я недалека от инфаркта. Кто из нас двоих сердечник, спрашивается? Но Соломинцев нечестно играет – как можно говорить такое?

– Идем? – явно заметив мое оцепенение, спросил Стас.

Я кивнула, позволяя Соломинцеву попрощаться с вахтершей и за руку утянуть меня на улицу. Он нахально растолкал курящих на крыльце молодых людей, даже не пытаясь обойти компанию. Притом зловещего вида парни, которых в темноте я бы приняла за маньяков, лишь посмеялись и проорали вслед моему кавалеру пожелания удачи. Я бы в удачу от них не верила.

– Куда мы? – спросила я уверенно идущего вперед Стаса, когда мы немного отдалились от неформалов.

– Понятия не имею, – улыбнулся он. – Наверное, в парк. Пойдет?

– О, узнаю Соломинцева, – лукаво хмыкнула я. – Значит, даже свидания не продумываем?

– Эй, а кто купил цветы? – шутливо проворчал Стас. – И не надо критики, я вообще-то в первый раз девушку на свидание веду.

Я подавилась, сбиваясь с шага. Что, простите? Если Ромке двадцать семь, то Стасу… ну… не намного меньше. Если он в первый раз устраивает свидание, то я – полярный медведь.

– Хорошая шутка, – пробормотала я.

– Нет, честно. – Соломинцев остановился и с самым серьезным видом повернулся ко мне. – Как-то не представилось возможности. Чаще всего свидания проходили иначе…

Окей, я полярный медведь.

Продолжать не было необходимости, я понимала и так. Свидания чаще всего начинались не на улице, а заканчивались горизонтально. Удобно, ненавязчиво, без лишних отношений. На этот раз все по-другому, и не факт, что Стасу такая перемена понравится.

– Ясно, – кивнув, я отошла от него и присела на ближайшую лавку.

Стас нахмурился. Опустился рядом на корточки, откинул букет в сторону и обхватил мои ладони. Выдохнул на них, согревая, – я только тогда заметила, как заледенели пальцы. Правильно, не май месяц. И даже уже не сентябрь.

– Кажется, ты опять что-то надумала. Ладно, хоть не кричишь.

– Ты всегда первый начинал, – фыркнула я. – Если вы забыли об этом, мистер Монстр, придется напомнить.

– Стас, – поправили меня. – Не Монстр, не Соломинцев.

Он так и не выпустил моих рук. Медленно поглаживал пальцы, щекоча кожу. Я замерла, наблюдая за его движениями. Осторожно, гипнотически, нежно.

– Стас, – послушно повторила я.

– Уже лучше.

Он склонил голову и, прикрыв глаза, поцеловал самые кончики моих пальцев. Я сглотнула, ощущая, как от этой простой ласки по телу проносится жар. Ох-х, кажется, я понимаю, почему все свидания у Соломинцева проходили совсем иначе.

– Ты паришься, – выдал он, убивая всю романтику момента. – Окей, я не умею продумывать нормальные свидания, и что с того? Можешь провести мастер-класс, выбрав место самостоятельно, и в следующий раз я исправлюсь.

– Я не парюсь!

– Да неужели?

Меня подхватили на руки и закружили. Я пискнула, крепче хватаясь за Соломинцева, чтобы не упасть, и дико рассмеялась. Стас остановился, но меня не отпустил, подкинул, перехватывая за ноги и вынуждая опираться руками о его плечи.

– Эй, я тяжелая, – прошептала я, смотря на него сверху вниз.

– Эй, ты теперь выше меня, – так же шепотом ответил Соломинцев. – И просто обязана выбрать, куда мы пойдем. Потому что я в этом профан.

– Обязательно.

Прядка моих волос падала Стасу на лицо, ласково касаясь щеки. Всего несколько сантиметров, чуточку наклонить голову – и можно будет поцеловать его губы. Я, как зачарованная, подалась вперед… и завизжала, ухая вниз, когда удерживающие меня руки разжались. Упасть Соломинцев своей даме не дал, но нервишки потрепал знатно.

– Никогда. Больше. Так. Не делай! – рявкнула я, шибанув его кулаком по груди. Стас усмехнулся и, чтобы устранить угрозу в виде ударов, просто крепко прижал меня к себе.

– Кто обещал не кричать, а, Пигалица?

– Кто обещал откусить тебе за это язык? – возмутилась я, запрокидывая голову. Ооо, будет тебе сейчас!

– Ясно, значит, целовать тебя сегодня нельзя, – посетовал Стас и по-детски чмокнул меня в нос. – Куда идем?

«Компенсировать поцелуй и откусывать язык», – подумала я, отстраняясь, но вслух сказала:

– Направо, вверх по улице. Есть там одно приятное место.

* * *

Кафе-пекарня встретила нас восхитительными ароматами. Соломинцев сам виноват – увы, мой выбор не пал бы на иное заведение. Впрочем, Стас, казалось, был не против. Он цепко огляделся и удовлетворенно кивнул. Бывал тут или нет? Удивлюсь, если кто-то в этой части города не знает пекарни Марины, но мало ли…

– Вкусняшки? – полюбопытствовал Соломинцев.

– Кофе, – назидательно ответила я. – А также шикарные вишневые слойки и круассаны со сливочным сыром и корицей.

– Тоже без сахара? – Стас многозначительно посмотрел на меня.

– Определенно, – кивнула я и крикнула в глубину зала: – Марин, заказ примешь?

Краем глаза я заметила удивленное выражение лица Соломинцева. Чего-чего, но этого он не ожидал. Одно дело пойти в кафе с девушкой, другое – с девушкой, которая ведет себя здесь как дома. Я ухватила Стаса за руку и потащила вглубь зала, за самый уютный и любимый столик у окна. Усадила его на диванчик, вручила меню, а сама направилась на поиски Марины – хозяйка не слышала первого крика, так что искать предстояло на кухне.

Когда я вернулась, Стас небрежно пролистывал меню, рассматривая фотографии.

– Невежливо бросать своего кавалера так надолго, – проворчал он, протягивая ко мне руки. – Ты мне должна моральную компенсацию!

От улыбки уже болели губы, но я не могла остановиться. Если поцелуй сгодится в качестве моральной компенсации, то я только за. Кое-кто вообще-то обделил меня на улице! Я подошла ближе, позволяя Стасу перехватить себя за талию и прижаться щекой к животу. Зарылась пальцами в его идеально уложенные волосы, создавая на голове привычный беспорядок. Так и никак иначе, Соломинцев. Как же меня бесили твои вихры… как же я люблю их сейчас.

– Что будешь заказывать? – поинтересовалась я, перебирая серовато-коричневые пряди.

– Тебя можно? – Стас дернул меня вниз, вынуждая сесть ему на колени.