Чужой жених - Элен Бронтэ

Умение владеть собой подвело Филлис, в последних ее словах было больше горечи, чем насмешки, и Уилтон это заметил. Он подошел ближе к девушке и внимательно на нее поглядел.

— Что-то случилось сегодня днем, — тихо сказал он. — Что-то, что заставило вас по-другому посмотреть на чувства Баррита и вашей… сестры. Вы не хотите рассказать мне?

Филлис удивленно вскинула голову, ее подбородок едва заметно дрожал.

— С чего бы это я стала откровенничать с вами, мистер Уилтон? Уверена, что бы я ни сказала, вы не замедлите найти подходящие слова и обвинить меня в дурном нраве, злоязычии и бог знает в чем еще!

— Может быть, потому, что вам нужно с кем-нибудь поделиться тем, что лежит у вас на сердце, — Уилтон еще приблизился и выглядел вполне серьезным, обычная его насмешливость затаилась так глубоко на дне его глаз, что Филлис не видела ее, но не сомневалась — она там есть.

— Для откровений у меня есть Розамунда. — Филлис пожала плечами, всем своим видом показывая, насколько неподобающе высказывание ее собеседника. — К тому же ничем таким особенным я и не могла бы с вами поделиться, я ничего не скрываю!

Уилтона нельзя было легко привести в смущение, он достаточно провел времени, наблюдая за гостями Грейстоунов и ими самими, чтобы не сомневаться — мисс Найт непохожа на себя саму, что-то потрясло или задело ее. Дружеские чувства к Барриту и снисходительная жалость к мисс Имоджин не позволили Уилтону отступить.

— Уверен, что мое первоначальное предположение не подвело меня, мисс Найт. Ваша кузина по собственному желанию прыгнула в ту заводь, и ее собаки здесь ни при чем. Злосчастную роль в решении, которое приняла мисс Грейстоун, сыграли вы. Наверняка она что-то заметила, как бы вы ни пытались это отрицать.

— Я нахожусь не в суде, мистер Уилтон, чтобы что-то доказывать или отрицать. — Филлис жалела, что покинула свою комнату и решила зайти в библиотеку. — И у вас нет права задавать мне все эти вопросы, как будто вы полицейский, ведущий расспросы… допросы… как это там называется!

— Поверьте, если бы ваша кузина утонула, здесь была бы полиция, можете не сомневаться! Вся эта история немедленно стала бы известной на пятьдесят миль в округе, и первый же вопрос, который задал бы вам инспектор полиции, был бы о ваших отношениях с мисс Грейстоун и мистером Барритом!

Филлис на мгновение представила себе, как чужой равнодушный человек сидит в гостиной миссис Грейстоун и поочередно задает вопросы всем обитателям дома, от хозяев до последней служанки. Ее передернуло, и мистер Уилтон это заметил.

— Вижу, вы понимаете теперь, насколько я прав. Так что же случилось, пока ваша подруга, мисс Тиллард, Флора и я осматривали сад и лабиринт? Мисс Грейстоун увидела, как Баррит стоит перед вами на коленях? Или что-то еще более…

— Он всего лишь держал меня за руки! — Филлис тотчас поняла, что проговорилась, но гнусные измышления этого негодяя заставили ее произнести эти слова. — Баррит застал меня, когда я плакала, и попытался утешить, как умел. А Имоджин взбрело в голову, будто он…

Она замолчала, воздух словно бы закончился в ее легких, в висках быстро-быстро пульсировали жилки…

Казалось, она лишь моргнула, но когда глаза Филлис снова открылись, она полулежала в кресле, а Уилтон склонился над ней с бокалом вина, из которого так недавно сам безмятежно отпивал по глотку, читая книгу.

— Я… упала в обморок? — Филлис не могла припомнить случая, чтобы ей дважды в один и тот же день становилось дурно, хотя в пансионе она частенько пропускала уроки из-за нездоровья, скорее мнимого, чем подлинного.

— На этот вопрос лучше можете ответить вы, — заметил мистер Уилтон невозмутимым тоном, подходящим старому доктору Энгли. — Вы пошатнулись и сильно побледнели, так что, простите мне эту дерзость, я позволил себе довести вас до кресла. Выпейте немного, вино вернет краски на ваше лицо.

«Значит, я шла сама, — подумала Филлис. — Хотя бы ему не пришлось нести меня, и без того он уже заставил меня пережить достаточно унижений!»

Она послушно отпила вина, сделав вид, что в том, что молодая леди пьет из бокала, из которого только что пил джентльмен, нет ничего предосудительного, и попробовала встать на ноги. Уилтон не пытался помочь, да Филлис и не приняла бы эту помощь, но стоял рядом, готовый подхватить девушку, если ей снова придет охота потерять сознание.

— Куда вы идете? — спросил он, когда понял, что мисс Найт направляется к двери.

— В свою комнату, мистер Уилтон, я хотела бы остаться одна, на сегодня мне довольно вашего общества, — Филлис даже не обернулась, чтобы посмотреть на него.

— Но мы не закончили разговор! — возразил Уилтон.

Ей пришлось все-таки остановиться и посмотреть на него.

— Что еще вы хотите знать? — ей показалось, что этот назойливый человек никогда не оставит ее в покое.

— Вы сказали, что плакали, а мистер Баррит вас утешал, — напомнил ей Уилтон. — Ваша кузина увидела эту сцену и подумала, что вы с Чарльзом объясняетесь друг другу в любви.

Невзирая на то, что на самом деле все так и было, Филлис решительно отмела предположение Уилтона:

— Я же сказала вам, мы с Барритом — добрые друзья, и его дружеское участие ввело Имоджин в заблуждение, только и всего. Она совершила необдуманный поступок, и остается только радоваться, что ничего ужасного не произошло.

— Вы правы, мисс Грейстоун не должна была с таким пылом предаваться отчаянию, — совершенно серьезно подтвердил Уилтон. — И, если я не ошибаюсь, мой друг Чарльз наконец понял, чего именно он желает больше всего на свете, не так ли?

«Опять насмешки! О, я не вынесу этого!» — Филлис чувствовала легкую слабость после неожиданного обморока, иначе, пожалуй, дала бы пощечину этому дерзкому, бестактному, жестокому субъекту.

— Спросите об этом у вашего друга, — вместо этого холодно ответила она. — Теперь, надеюсь, вы не станете меня задерживать?

— Но отчего вы плакали? — Уилтон словно бы не заметил ее последней фразы, произнесенной в лучших традициях итальянского театра, о чем не знала и сама Филлис.

— У меня есть причины для огорчений, но вас они вряд ли касаются!

— Мисс Найт, я знаю, что вам неприятен ваш жених и вы не хотите этой помолвки. Думаю, именно близость визита сэра Ризинга заставила вас страдать. — Уилтон взял за тонкую ножку бокал, из которого только что пила мисс Найт, и задумчиво покрутил его в руках. — Если вам так противен сэр Джон, почему вы соглашаетесь, чтобы ваш отец и мать распоряжались вашей судьбой?

— Неужели вы не осознаете, что ваше вмешательство превосходит всякие пределы? Вы не имеете понятия о чести джентльмена! — Филлис была в ярости.

— Я всего лишь пытаюсь понять, мисс Найт. Вам не удалось убедить меня, что вы не собирались завладеть Барритом, и только то обстоятельство, что ваша кузина едва не погибла, заставило вас остановиться. Уверен, вы попробуете еще раз, если подвернется подходящий джентльмен!