Любовь литовской княжны - Александр Прозоров

Митрополит, держа в одной руке крест, а в другой – серебряный кубок с вином, хорошо поставленным, глубоким низким голосом читал проповедь о величии христианского благочестия, а княжна во все глаза смотрела на юного гостя, ухитрившегося в свои малые шестнадцать лет свершить столь великое деяние. Подвиг, равный тем, о каковых рассказывают легенды, за каковые собирают награды, каковыми гордятся куда более взрослые и умудренные знаниями мужи! Он совершил хождение за два моря через многие неведомые страны, да еще и через святые места!

Василий устал отводить глаза – и посмотрел прямо на нее, в упор.

Софья несмело улыбнулась, вытянула вперед, по столу, руки.

И вдруг – паренек тоже улыбнулся, тоже повел вперед ладонями…

Увы, столешница оказалась слишком широка – и пальцы юных людей так и не соприкоснулись, не достав друг до друга буквально считаных вершков. Однако девочке показалось, что даже на сем расстоянии она ощущает тепло от рук своего наколдованного гостя…

Когда ужин закончился, за окнами стало совсем уже темно. Вернувшись в королевские покои, Василий полагал, что его день уже окончился, однако в дверь постучали.

– Да, входите! – разрешил он.

Створка приоткрылась, на пороге оказалась Софья. Она выглядела точно так же, как днем и как за ужином – вуаль на голове, длинное платье. Правда, у девочки появился золотистый поясок с рубиновыми наконечниками, трижды обвивающий ее талию.

– Княжна… – уважительно поклонился ей паренек. – Надеюсь, я не занял твоих покоев?

– Нет, что ты, – еле слышно ступая, скользнула в опочивальню дочь князя Витовта. – В наших замках всегда обустраиваются достойные короля комнаты на тот случай, если дом посетит властитель державы. Не то чтобы они вовсе никак не используются в ожидании подобного чуда, но спальни владельцев все-таки располагаются отдельно. Разумеется, гостям невысокого звания сего места не увидеть, но ты… – Она положила ладонь пареньку на грудь. – Ты достоин королевской опочивальни.

– Благодарю… – хрипло ответил Василий.

Тепло девичьей ладони легко проникло сквозь тонкий шелк и обожгло его грудь так, словно бы поздняя гостья коснулась его обнаженного тела. Ощущение своей полной наготы перед девочкой раскатилось по всему телу и оборвалось в кончиках пальцев, вызвав короткий миг легкого озноба.

– Неужели ты и вправду проехал половину обитаемого мира, княже? – полушепотом проговорила гостья и обошла гостя кругом, скользя пальцами по вороту. – Сколько же ты путешествовал?

– Немногим больше года, Софья… – завороженный неожиданной близостью с юным очаровательным созданием, прошептал паренек.

– Это просто невероятно, Василий… – вернув ладонь на его грудь, так же тихо сказала девочка. – Наверное, у тебя осталась множество воспоминаний? Много знаний, впечатлений? Наверное, ты можешь написать о своем путешествии целую книгу?

Софья сделала еле заметный шажок вперед, оказавшись почти вплотную к знатному гостю. Пальцы ее поднялись, скользнули мягкими горячими подушечками по щеке и дальше, за ухо.

– Один… Сам… Через неведомые края… – Глаза девочки горели, не отрываясь от зрачков гостя. – Я полагала, такое случается токмо в сказках! Столь юный витязь, но уже великий герой. И ты вдруг постучался в мои двери! Расскажи мне, мой принц, что же ты увидел в тамошних чудесных землях?

Она потянулась было вперед – но внезапно распахнулась внутренняя дверь, в опочивальню вошла черноволосая спутница княжича. Громко охнула:

– Ой, прошу прощения! – Невольница на миг замерла, потом немного попятилась, поклонилась, легонько кашлянула и спросила: – Э-э… Прикажешь расстелить кровать, мой господин?

Наваждение схлынуло. Софья отступила, отдернула ладонь:

– Да, конечно. Уже поздно. – Она слегка поклонилась: – Спокойной ночи, княже, – и бесшумно выскользнула за дверь.

Оказавшись в коридоре, девочка со всех ног добежала до лестницы, стремительно взметнулась наверх, вышла на смотровую площадку башни, быстро подошла к краю и остановилась между зубцами, подставив лицо ветру.

– Ты чего-то желаешь, княжна Софья? – испуганно спросил стражник.

– Не бойся, прыгать не собираюсь, – не оглядываясь, успокоила караульного девочка. – Просто внизу слишком душно. Хочу подышать…

Она хорошо понимала, что в этом деле, с этой внезапно свалившейся на нее мукой, помощников у нее не появится, что посоветоваться будет не с кем. Что со своим внезапным наваждением, со своими желаниями ей придется справляться самой. А значит – ей придется молчать. Молчать до самого конца. Ибо в подобном не признаются никому…

– Что-то случилось, доченька?

– Откуда ты здесь, отец? – обернулась к батюшке княжна.

– Это все-таки мой замок, – улыбнулся мужчина. – Я знаю обо всем, что здесь происходит.

– Просто захотелось воздухом подышать, – снова устремила взгляд на озеро Софья. – Смотри, какие звезды, батюшка! И не поймешь вовсе, где небо, где вода? Словно бы мы парим одни среди космоса.

– Опять твои фантазии, моя милая. – Отец приблизился к дочери, обнял сзади за плечи. – Ты не замерзла? Здесь все-таки свежо.

– Ты заметил, батюшка? Киприан-то здесь, оказывается, ни при чем! – неожиданно сказала княжна. – Василий просто его попутчик! Он здесь не ради нас.

– Вот и хорошо, – кивнул князь Витовт. – Хотя святитель своего не упустит, с ним нужно держать ухо востро.

– Спасибо за предупреждение, батюшка. Я к нему и близко не подойду.

– Лиса-а-а… – рассмеялся князь. – Ой, лиса-а-а! Ладно, пойдем вниз, пока не простудилась. Всем давно пора в постель.

– Да, батюшка…

Отец проводил дочку до самой ее опочивальни, а когда у порога Софья повернулась к нему лицом, чтобы поцеловать на прощание, внезапно сказал:

– Ты помнишь, дитя мое, что непорочной деве недопустимо оставаться наедине с чужим мужчиной?

– Я помню, батюшка, – склонила голову Софья. – Если такое случится, мужчина будет обязан на сей деве жениться.

– Нет, доченька, – без тени усмешки ответил князь Витовт. – После подобного события сия дева перестанет считаться непорочной! У мужчины же после случившегося девичьего позора никаких обязанностей и никакого бесчестия отнюдь не появится. Так что не балуй! Ты поняла, дитя мое? Не заиграйся!

– Да, батюшка, – девочка поклонилась и слегка присела.

– Спокойной ночи, Софьюшка.

– Спокойной ночи, отец…

Девочка ушла к себе, плотно притворила дверь, прислушалась, махнула на молодых служанок, дожидающихся возвращения госпожи:

– В девичью пока ступайте! Перед сном позову.

А когда сестры скрылись за дверью, Софья подошла к бюро и осторожно уронила из плотно сжатой щепоти на поднос под подсвечником два русых волоска, добытых из шевелюры юного гостя. Княжна легонько подула на добычу, и ее губы невольно растянулись в широкой самодовольной усмешке.