Личное дело Кати К. - Елена Колина

Карлсон уселся на край стола с очень скромным видом и коробкой конфет «Рафаэлло».

– Экстраверт всегда ориентируется в жизни на что-нибудь приятное… – сказала я, – а Интроверт, наоборот, на плохое…

Обычно я не обсуждаю с Карлсоном ничего такого, а сегодня почему-то увлеклась. Эта парочка, Интроверт и Экстраверт, как-то особенно запала мне в душу, и вообще хотелось порассуждать.

– Вот, например, сегодня мокрый снег с дождем. Интроверт грустит по поводу плохой погоды. А Экстраверт радуется, что у него есть хоть какая-нибудь погода.

– Не говори мне ничего про этого Интр, а то я сейчас заплачу, – вздохнул Карлсон и запихал себе в рот сразу несколько конфет. – Кстати, у меня наверху есть портрет этого твоего Интр, называется «Очень одинокий петух». Не хочешь взглянуть?

Я не хотела.

– Как ты думаешь, что будет, когда выйдет моя книга о здоровом питании? – неожиданно спросил Карлсон.

– Ну… я думаю… а что будет?

– Полный мешок конфет, вот что будет! – торжествующе ответил он и мечтательно чавкнул.

– А вот Интроверт на твоем месте думал бы совсем о другом… – нравоучительным тоном сказала я.

– А что, этот Интр считает, надо брать два мешка конфет? – обеспокоенно спросил Карлсон. – Пожалуй, он прав…

Карлсон зевнул и перебрался на диван.

– Напиши немного сама. А я пока посчитаю, сколько конфет поместится в мешок…

На месте Карлсона Интроверт размышлял бы не о конфетах, а представлял бы себе разные страшилки: что у него вообще ничего не получится. И критики напишут: «Карлсон совсем не разбирается в здоровом питании…»

Страх наказания рождает у Интровертов мучительный дискомфорт – не потому, что они робки или трусливы, а потому, что так уж они устроены… Интроверту в житейском море всегда светит маячок наказания, и он всегда задает себе печальный и опасливый вопрос: что ждет его в будущем, если он НЕ СПРАВИТСЯ.

ЧТО МНЕ ЗА ЭТО БУДЕТ? – спрашивает себя Интроверт. Общественное порицание? Разорение? Нелюбовь, отторжение, отшлепают и тому подобные гадости? Наказание может быть материальным или физическим, а может находиться в сфере чувств и отношений.

Интроверт бурно реагирует на угрозу наказания, а Экстраверт радостно отзывается на поощрение. Планируя любое начинание, Экстраверт ставит вопрос по-другому: что будет, если он СПРАВИТСЯ. Перед ним как будто всегда висит такая хорошенькая морковка – это может быть общественное признание, похвала любимого человека или еще какая-нибудь награда.

ЧТО ХОРОШЕГО МНЕ ЗА ЭТО ДАДУТ? – интересуется Экстраверт. Любовь, похвала, финансовая выгода, общественное признание, свежие плюшки?.. Самое привлекательное для него, конечно, общественное признание.

Если его нет, Экстраверт организует себе признание самостоятельно.

– Мы будем играть в привидения и пугать людей. Вы даже не представляете себе, что я могу сделать при помощи одной небольшой простыни. Если бы все люди, которых я пугал до смерти, давали мне за это по пять эре, я мог бы купить целую гору шоколада. Ведь я лучшее в мире привидение! – сказал Карлсон, и глаза его весело заблестели.

* * *

У Интроверта все гораздо более драматично.

– С меня упадет простыня, и все сразу поймут, что я не привидение… – сказал бы Интроверт. – А если я испугаю кого-то до смерти, мне от него сильно попадет…

Интроверт смотрит в будущее, ожидая подвоха, а в глазах Экстраверта будущее в целом всегда выглядит неплохо. И даже совсем близко подступившее наказание воспринимается им не как жизненный крах, а как открывающиеся перед ним новые возможности.

– Вон! – закричала фрекен Бок. – Вон!

И Карлсон пошел к двери. Пошел с высоко поднятой головой.

– Ухожу, – заявил он. – Ухожу с радостью. Не ты одна умеешь печь блины.

Карлсон встрепенулся:

– Если ты не врешь про все это, значит, мы можем курощать этих Интр и Экстр по-разному… Предлагаю курощать плюшками или мухобойкой.

– Ну… да.