Одинокий фонарь - Екатерина Смолина

Я приподнялась на локте, рассматривая бессовестно сонное выражение лица. Может, ему и понятно, а мне?..

– Какие еще дела?

– Прокурорские. Уголовные.

Повисла тишина. Макс приоткрыл один глаз, убеждаясь, что я все еще гипнотизирую его, и вздохнул.

– Кать, он убить тебя хотел, понимаешь? Нас обоих. Та авария после отпуска просто чудом закончилась лишь испугом и парой синяков. Если бы ты погибла, то квартира и все ваше имущество досталось бы ему. А меня убрать – для него вообще дело принципа. Неужели ты думала, что я просто так спущу ему это с рук?

– Я не думаю, что он хотел именно убить, – осторожно начала, подумав. – Возможно, он хотел отомстить… Знаешь, он мелочный. Понимает, что сам виноват, но никогда не признает этого, что бы ни говорил. Виноваты всегда другие, но не он.

– Прокуратура разберется. Даже если ничего доказать не удастся, то в другой раз подумает, прежде чем такие вещи подстраивать.

Грустно признавать такие вещи, но, в самом деле, не хотелось бы повторения Юркиных пакостей, если он действительно оказался на это способен.

– Максим, а что тебя связывает с Валерией? Ну, та надоедливая женщина на банкете, беременная от тебя?..

Мужчина ехидно улыбнулся одной стороной лица, щурясь на меня одним глазом, – так и хотелось укусить за нос!

– Ревнуешь? Мы же оба знаем, что Лерка не беременна. А если и беременна, то уже не от меня. Какой из меня отец? А из нее – мать?.. У меня голова на плечах пока еще держится, чтобы допускать такие глупые случайности. Мне просто нужно было время, чтобы это доказать. Да и Лерка владеет слишком крупным бизнесом, чтобы с ней ссориться.

– Неприятная особа… – надулась. – Неужели тебе такие нравятся?

– М-м-м-м… – заурчал, словно кот, потягиваясь. – Мне ты нравишься!..

Потянувшись, Макс повернулся на бок, подгребая меня под себя. Игриво поцеловал ушко, горячо в него выдохнув, нырнул рукой под мою футболку. От ласковых, осторожных поглаживаний и поцелуев участилось дыхание, – я так по нему соскучилась!.. Но до сегодняшнего вечера он любыми способами отговаривал меня. И вот, наконец-то полноценные объятия, опьяняющий запах любимого мужчины и горьковатый привкус одеколона с его кожи у шеи… Горячая мужская грудь чуть прижимается к моей, и… Бок прострелило едва заметно, но вскрикнула я так, что сама не ожидала! Даже сиамец подпрыгнул на спинке дивана, вжавшись в стену, а уж любимый и вовсе оказался сидящим на другом конце дивана!..

– Все нормально! – поспешила заверить его, отбирая трубку телефона из немного трясущихся мужских рук. – Правда, нормально!.. – заглянула в расширенные зрачки. – Просто испугалась…

– И ты еще спрашивала, почему я тебя не трогаю и у нас секса нет?!

Кот в шоке, Макс – тем более…

А я что?.. Только и оставалось улыбаться смущенно и подлизываться, обнимая отпирающегося гусара…

* * *

Несколько дней спустя мне сняли трубку. О кровоподтеках еще напоминали небольшие синяки, но они хотя бы перестали болеть при каждом прикосновении. Звонила свекровь, скандалила секунд пятнадцать. Больше я просто не выдержала. Оказывается, и квартиру ее Юрочки я хочу отобрать, неблагодарная, и счастлива я должна быть тем, что Юра благородно оставил мне мою машину. А посему просто обязана забрать заявление о покушении на жизнь. Ведь не мог ее благородный, воспитанный сын совершить такой подлый поступок! Это все нехристианская меркантильность… Далее, зная манеру разговора свекрови, следовал новый цикл уже сказанного.

Как-то все равно стало, что там грозит бывшему мужу. Лишь бы уже развели хоть как-то. Даже если половину квартиры не отсужу, что вряд ли, и то не сильно огорчусь. Деньги, конечно, огромные и не лишние, но… Словно грязные, чумные.

Как говорит Аришка, «хорошее дело браком не назовут».

Макс наспех выпил кофе, закусив горячим бутербродом, забрал коробку с домашней едой и снова уехал на работу. Холодно, как мне показалось. Отстраненно. И уже не в первый раз я замечала, что он все меньше смотрит на меня с интересом, часто теряет нить разговора. Но я не придавала этому значения. Он столько работает, что неудивительно!.. С недавнего времени Макс перестал ходить на обед в кафе или рестораны и вряд ли потому, что я так уж замечательно готовлю, как он рассказывает. Каждый визит к врачу – существенная сумма, которую оплачивал он сам, считая, что только так и можно. Но ведь даже заместитель генерального директора относительно крупной компании не зарабатывает миллионы, и я старалась приготовить для него очередной кулинарный шедевр.

Скоро мне и самой предстояло выйти на работу с больничного, хотя и были опасения, что меня попросту уволят. Кому нужен сотрудник, который почти не появляется на работе? Сначала внеплановый отпуск, потом вот больничный…

Но это потом. На сегодня у меня еще были планы прочитать очередной детектив, к которым я пристрастилась с недавнего времени. А что? Если на планшете читать, – а я для этой цели использовала тот, что Макс разрешил, то и места в квартире не занимает, и читать можно хоть круглосуточно!

И вот на месте, где герои вот-вот распутают цепочку загадочных происшествий, внизу окошечка сверкнуло сообщение из социальной сети. Наверное, Максим вчера не закрыл свой аккаунт, когда сидел на кухне вечером. И… Я знаю, что так делать нельзя…

Писала девушка, на аватарке которой было спортивное подтянутое тело в кружавчиках, а лицо – в ажурной маске. Но едва вчитавшись в переписку, я обомлела. «Привет, Максик, как дела, мой сладкий?»

И он в ответ совершенно спокойно ей:

«Привет, солнце. Нормально все. Отдыхаю вот (смайлик). Что нового?»

И так они общались регулярно, едва ли не каждый день. А на страничке этой девицы безобразное множество откровенных фотографий, которые «Максик» регулярно снабжал лайками и восхищением в комментариях. Вот тут она в коротком кружевном платьице, там – только попа в стрингах с капельками на коже.

Корпус планшета жалобно хрустнул под пальцами. Не лопнул, нет. Всего лишь вывел звуком из ступора. Я сглотнула комок. Перед глазами замелькали сцены, как я этот планшет в Макса швыряю и как истерики устраиваю. А потом демонстративно ухожу. Куда? Не знаю. Но руки тряслись и горло стянуло тугим арканом обиды.

И я уже набирала ледяными неслушающимися пальцами номер Макса на новом смартфоне, как увидела свое собственное отражение в зеркале…

В домашних тренировочных штанах и застиранной старой мужской футболке, с пучком на голове и перекошенным от ревности лицом я была чудовищна.

– Да, Кать? Алло?.. Алло-о-о!..

Я помолчала еще немного, переводя взгляд с ненавистных до дрожи картинок в планшете на собственное отражение и обратно, собралась с духом и постаралась как можно ровнее ответить:

– Прости, я ошиблась…

Несколько минут покоя и тишины. Никому не будет лучше от того, что я наделаю в порыве эмоций и гнева, так? Это непрофессионально. Руководитель даже в личной жизни должен уметь предъявлять претензии обоснованно и взвешенно.