Больше, чем любовь - Татьяна Осипцова

Не откладывая дела в долгий ящик, на следующий день утром Пахомов позвонил тренеру домой, и ближе к вечеру они сидели в маленьком закутке возле физкультурного зала обычной школы, где Шива тренировал подростков. Перед мужиками стоял низенький столик, на нем две пиалы с зеленым чаем.

Вспомнили о старых временах, затем Борис перешел к тому, чем сейчас занимается, и завершил:

– Рэкетиры голову поднимают, не знаю, кого в качестве крыши выбрать. Чем воров или афганцев, лучше спортсменов. Твои ребята не помогут?

Он вопросительно смотрел на Шиву, тот сразу ответил:

– Своих могу лишь в качестве охраны предложить. В серьезных разборках, где стреляют, они не годятся.

– Мне охрана не нужна, – покачал головой Пахомов.

– Это ты так думаешь. Времена наступают неспокойные, и тебе потребуется человек, который будет просекать обстановку вокруг. А по поводу крыши – наверное, тебе следует поговорить с Валерой Новоселовым. Помнишь его? Вы ведь вместе занимались?

– Да, помню, он помоложе меня был, кажется, в университете учился?

– Не доучился. Взяли его за причинение тяжких телесных. По пьяни не рассчитал удар, якобы девушку защищал. А в суде эта девица отказалась признать, что на помощь звала, и получилось, что Валерка ни с того ни с сего на постороннего человека напал. Отсидел пять лет. Вышел – естественно, ни в университет, ни в спорт дороги уже нет. Но в зал ко мне похаживал, помогал молодняк натаскивать. Вначале устроился работать вышибалой в каком-то кабаке. Потом времена меняться стали, силу зауважали. Собрал Валера бывших спортсменов и подмял под себя районную шпану, которая рэкетом промышляла. Молодежь-то он обламывать научился, как ты понимаешь.

– Значит, он теперь главный рэкетир?

– Я в их иерархии не разбираюсь, но, думаю, не из последних. Заезжал тут недавно. Весь в коже, на иномарке, пара молодых неповоротливых рядом. Адресок вот оставил, так что держи, – он протянул Боре визитку.

– Спасибо, дядя Шива.

– Какой я тебе дядя? И десяти лет разницы нет, ты же у нас взрослым занимался? Впрочем, я уже дважды дед.

– Да ты что? – Борис с изумлением посмотрел на поджарого черноволосого тренера.

– А ты так и не женился?

– Пробовал, а жена сбежала, – отшутился Пахомов.

– Так верни, если нужна.

– Я над этим работаю, – улыбнулся Боря. – За наводку спасибо, Шива. А насчет охранников я тебе после Нового года позвоню.

Наутро Борис поинтересовался у Свиридова:

– Ты про Валеру Новоселова ничего не слышал?

– Проскальзывало такое имечко. Вроде команда быков у него, авторитетный товарищ.

– Я с ним лет десять назад в секции карате познакомился. Случалось, в спарринге работали. Попробую обратиться к нему по поводу крыши.

– Ты погоди, не торопись встречаться. Дай я сначала справки о нем наведу.

– Хорошо, только не тяни.

Боря достал записную книжку, полистал ее, и, набрав номер, заговорил игриво-театральным тоном:

– Эмма Анатольевна, алмаз моего сердца!.. Пахомов говорит… Да-да, тот самый Боря, давно и безнадежно в вас влюбленный… Как жаль, что вы никогда не воспринимали меня всерьез… – он послушал, улыбнулся, и продолжил уже нормальным голосом: – Конечно, Эмма Анатольевна, с просьбой. Нужно два билета на что-нибудь классическое, на сегодня или завтра… Орган? Чудесно! Через полчаса буду у вас, и не с пустыми руками!

Повесив трубку, он взглянул на друга.

– Артист! – оценил Андрей.