Бывшая жена - Дана Алексеева

В выходные мы съехали от сестры, и наши немногочисленные чемоданы с вещами стояли в новой квартире на лакированном паркете шоколадного цвета. Выполняя данное обещание, Сергей Владимирович лично помог нам с переездом.

– Не знаю, как вас благодарить… – оглядываю шикарные апартаменты Прохорова и не нахожу слов от переполняющего восторга, ведь квартира превзошла все ожидания. – Здесь так красиво, мне очень нравится! И Катюше тоже, да, доча?

В отличие от меня, она уже полным ходом исследует новое пространство любопытным носиком. Знакомится с каждым уголочком и отыскивает для себя самые интересные места… До одного такого Катя, по всей видимости, уже добралась:

– Мам! Посмотри, какая тут детская! Мы точно тут будем жить?

Переглядываюсь с Прохоровым, который загадочно улыбается, и иду к дочке.

– А ты хочешь? – открываю дверь детской и понимаю, что так восхитило Катю.

Детская большая, яркая и обставлена всем, чем только можно. Райское место для ребёнка. У самой глаза разбегаются.

– Конечно, – выпаливает она. – Столько игрушек, каких у меня никогда не было… И лесенка такая крутая. Смотри, как могу!

– Осторожнее…

Захваченная энтузиазмом, Катя взбирается на спортивный уголок и подобно обезьянке ползает по конструкциям, словно всю жизнь здесь практиковалась в тайне от матери.

Я не могу не радоваться, что дочке понравилось новое место. Ведь очередной переезд – тяжёлое событие не только для взрослого, но и для ребенка. Катя постоянно спрашивает, почему мы съехали и когда вернёмся в квартиру к отцу. Сказать, что папа отказался от неё и покинул нашу жизнь навсегда, да ещё и вместе с бабушкой – не представляется мне возможным, поэтому всячески обхожу эту тему и не устаю повторять, что всё у нас будет хорошо. Мне и самой такая ежедневная мантра необходима.

– Что ж, ребёнок оценил, – довольно смеётся Прохоров, наблюдая за Катей.

– Это точно. Игрушки совсем новые… – замечаю я, когда беру в руки большого плюшевого мишку, и поворачиваюсь к Сергею Владимировичу. – И такой обустроенный спортивный уголок в съёмной квартире… Вы раньше жили здесь со своей семьёй и детьми?

– Нет, к сожалению, семьёй и детьми я пока не обзавёлся… А игрушки накупил, чтобы ребёнку понравилось. Честно сказать, я особо в них не разбираюсь, потому набрал почти всё, что было…

– Какой кошмар, – чувствую крайнюю неловкость от такого откровения и начинаю тараторить. – Вам не стоило так тратиться: Катюха обошлась бы и без горы игрушек, а я и так не знаю, когда смогу в полной мере расплатиться за квартиру.

– Аня, перестаньте меня упрекать в любви к детям. Своих не имею, так дайте порадовать других, если есть такая возможность.

– Что вы, я вовсе не это имела в виду, – переживаю, что могла задеть его. – В любом случае огромное вам спасибо, Сергей Владимирович.

Мы выходим из детской и за разговором двигаемся по периметру других комнат.

– Зовите меня просто Сергей, умоляю… Мы ведь не на работе, Аня. И не старик я вроде, – усмехается мужчина и проводит ладонью по короткому ёжику волос.

– Я из уважения. И до старика вам, то есть тебе… Ещё далеко, – исправляюсь я, ведь язык ещё не привык к панибратскому обращению. – Вы… Ты очень хорошо выглядишь. Просто прекрасно.

Я оценивающе оглядываю Сергея и убеждаюсь в сказанном. Мужчина в самом расцвете сил.

Прохоров сотрясает стены своим смехом.

– Я же пошутил, Аня. Но за комплимент спасибо! Такое чувство, что сам на него напросился.

– Вовсе нет, я сказала, что вижу. Странно, что ты ещё без семьи: видных мужчин быстро расхватывают.

Сергей усмехается и, засунув руки в карманы брюк, смотрит на меня провокационно:

– Может, я просто не встретил ту, которая сделает меня счастливым?

– Может…

– Или встретил, но никак не наберусь смелости рассказать ей об этом.

– О чём?

– О своих чувствах.

Становится не по себе, когда мужской прицельный взгляд облепляет меня всё сильнее. Сергей подходит ближе и берёт меня за руку. Та сразу вспыхивает жаром, как и мои щёки… Что такое? Большое пространство мгновенно сужается, и теперь я вижу только Сергея и его горящий взгляд.

– Я довольно сдержан в отношениях с женщинами… Но в первый день, как только увидел тебя и твоё смущённое, как сейчас, и раскрасневшееся личико, то сразу понял, что… Ты нравишься мне, Аня. Сильно.

– Я… – в горле пересыхает, и слова исчезают. – Не знаю, что сказать.

– Понимаю, я и сам в лёгком шоке от того, что происходит, если честно. Никогда прежде не признавался в чувствах так скоро и так открыто… Ты вскружила мне голову.

От этих слов кружится голова сейчас у меня. Сергей держит меня за руку, и это к лучшему, ведь в коленях появилась слабость. Как бы не упасть.