Свадьба - Николас Спаркс

– Просто хочу проверить, как продвигаются дела, – объяснил я.

– Сегодня?

– Почему бы и нет?

– Ну, во-первых, в доме темно. Мы ничего не разглядим.

– Пошли, – сказал я, доставая из-под сиденья фонарик. – Если надоест, не будем задерживаться надолго.

Осторожно проведя Джейн через груды строительного мусора, я отпер дверь.

В темноте явственно ощущался запах нового ковра. Через секунду, когда я включил фонарик и осветил им гостиную и кухню, глаза Джейн удивленно округлились. Конечно, еще многое предстояло доделать, но даже с порога было заметно, что можно переезжать хоть сейчас.

Джейн застыла. Я взял ее за руку.

– Добро пожаловать домой.

– Уилсон… – выдохнула она.

– Поздравляю с годовщиной, – шепнул я.

Когда Джейн обернулась ко мне, ее лицо выражало надежду и смущение.

– Но как… Ведь неделю назад ничего и в помине не было…

– Просто я хотел сделать сюрприз. Пойдем, покажу тебе еще кое-что…

Я повел жену наверх, в спальню, открыл дверь, направил в нужное место луч фонарика и слегка отступил, чтобы Джейн было видно.

В комнате стоял единственный предмет мебели, купленный за тридцать лет лично мной, – огромная антикварная кровать с балдахином, точь-в-точь как в бофорской гостинице, где мы провели первую брачную ночь.

Джейн молчала, и меня вдруг поразила мысль о том, что я ошибся.

– Поверить не могу, – наконец произнесла она. – Твоя идея?

– Тебе не нравится?

– Очень нравится. – Джейн улыбнулась. – Поверить не могу, что ты до этого додумался. Это так… романтично.

Честно говоря, я и не помышлял о романтике. Нам нужна была приличная кровать, а эта, на мой взгляд, непременно бы ей понравилась. Но Джейн хотела сделать мне комплимент, и потому я взглянул на жену, как бы спрашивая: «А чего еще ты ожидала?»

Она подошла к кровати и медленно провела пальцем по резному столбику, потом села и похлопала по матрасу рядом с собой.

– Нам нужно поговорить.

В памяти всплыли все предыдущие разы, когда Джейн произносила эти слова. Но вместо того чтобы попросить о какой-нибудь услуге, жена нежно поцеловала меня.

– Для тебя тоже есть сюрприз, – улыбнулась она. – Я просто ждала подходящего момента.

– Какой сюрприз?

Джейн чуть помедлила.

– Я беременна.

Да, жена сделала мне куда лучший подарок, чем я ей.

Вечером, когда солнце село и жара слегка спала, позвонила Джейн. Поинтересовавшись, как дела у Ноя, она сказала, что Анна до сих пор не выбрала платье и, следовательно, они заночуют в Гринсборо. Хотя я уверил ее, что и не ожидал иного, в голосе жены явно звучало разочарование. Впрочем, Джейн не сердилась, и я улыбнулся при мысли о том, что она еще способна удивляться поведению дочери.

Повесив трубку, я отправился в Крик-Сайд и покормил лебедя, а затем, по пути домой, заехал в офис.

С того места, где я обычно оставлял машину, хорошо были видны «Челси» и небольшой парк, где каждую зиму устраивали «деревню Санта-Клауса». Я тридцать лет проработал в этом здании и все никак не мог привыкнуть к тому, что по обе стороны от него разворачивается история Северной Каролины. Прошлое всегда имело для меня особое значение; мне нравилось то, что я могу пройти мимо первой католической церкви в этом штате, заглянуть в первую среднюю школу и узнать, как учились дети поселенцев, илипрогуляться мимо Трайон-Плейс – бывшего губернаторского дома, вокруг которого теперь разбит один из лучших парков Юга. Я не одинок в своей любви к городу: Историческое общество Нью-Берна – одно из самых активных в округе. Буквально все говорит о той важной роли, которую Нью-Берн когда-то играл в этих местах.

Здание, где находится мой офис, полностью принадлежит фирме, и хотя я некогда надеялся, что и с ним связан какой-нибудь исторический анекдот, в его прошлом нет ничего примечательного. Строение возведено в конце пятидесятых годов, когда главным критерием для архитекторов была функциональность, и потому выглядит довольно скучно. Это одноэтажная прямоугольная кирпичная постройка, в которой восемь кабинетов, три конференц-зала, архив и приемная для клиентов.

Я отпер входную дверь, выслушал предупреждение, что через минуту сработает сигнализация, и набрал код. Включив в приемной свет, зашагал к себе.

В моем кабинете, как и в кабинетах прочих партнеров, царила атмосфера формальности – стол темного дерева, латунная лампа, книги по юриспруденции на полках вдоль стены, удобные кожаные кресла. Будучи юрисконсультом по делам недвижимости, мне иногда казалось, что я перевидал в жизни все типы семейных пар. Хотя большинство из них вели себя вполне адекватно, я встречал и тех, кто начинал браниться, словно на рынке, а однажды в моем присутствии женщина выплеснула на мужа горячий кофе. Чаще, чем можно подумать, муж отводил меня «на пару слов» и спрашивал, обязан ли он по закону оставить что-нибудь жене или можно преспокойно распорядиться имуществом в пользу любовницы. Надо добавить, такие парочки обычно хорошо одеты и выглядят довольно заурядно, когда заходят в кабинет, но стоит им уйти, как я задумываюсь, что творится у них дома, за закрытыми дверями.

Открыв ящик стола, я вытащил подарок для Джейн и принялся его разглядывать, представляя себе, что она скажет. Наверное, жене понравится. Но больше всего мне хотелось, чтобы она разгадала в этом искреннюю, пусть и запоздалую, попытку извиниться за то, как я вел себя на протяжении тридцати лет.

Я подводил ее бесчисленное количество раз и теперь размышлял, что означало то выражение, с которым жена смотрела на меня утром, стоя на подъездной дорожке. Она… радовалась? Или я просто льщу себе?

Я взглянул в окно и понял, что не ошибаюсь. Много лет назад я избрал правильный путь к ее сердцу – и теперь совершенно случайно нашел разгадку. Хотя я оставался тем же, что и прежде, – мужчиной, который безумно любит свою жену и изо всех сил пытается не разочаровать ее, – появилось одно маленькое, но очень существенное дополнение.

На этой неделе я не думал о своих проблемах и о том, как их решить. Мои мысли были только о Джейн, я положил все силы на то, чтобы помочь ей, с интересом выслушивал то, что она говорила, и все, что мы обсуждали, казалось совершенно новым. Я смеялся ее шуткам и ободрял жену, когда она плакала, извинялся за свои промахи и выказывал чувства, которых заслуживала Джейн. Иными словами, я, словно повинуясь давней привычке, вел себя так, как она всегда мечтала. Мы сделали именно то, что нужно было, – вновь начали наслаждаться обществом друг друга.