После тебя - Джоджо Мойес

– Но я отнюдь не уверена, что делаю его так уж хорошо.

– Ни у кого не может быть абсолютной уверенности, что он хорошо справляется с подростками. В этом-то вся и закавыка.

Мне было нелегко совместить этого Сэма, очень домашнего, с цыплятками, с тем грустным ходоком, о котором мы слышали на собраниях нашей группы. Но кому, как не мне, было не знать, что внешность обманчива. Я понимала: скорбь может заставить вас вести себя так, что вы сами удивитесь.

– Мне нравится твой железнодорожный вагон, – сказала я. – И твой невидимый дом.

– Тогда, смею надеяться, ты приедешь сюда снова, – ответил он.

Сексуальный маньяк. Если он именно так клеит женщин, тоскливо подумала я, тогда, блин, он действительно очень хорош. Реально адская смесь: достойно несущий свое горе отец, с его скупыми улыбками, способный взять курицу одной рукой, чтобы курица реально выглядела при этом счастливой. Нет, я ни за что не позволю себе стать одной из его психически ненормальных подружек, неустанно твердила я себе. Но, черт возьми, все-таки было некое тайное удовольствие в легком флирте с интересным мужчиной! Да и вообще, было крайне приятно чувствовать что-то еще, кроме беспокойства или бессильной злобы – парных эмоций, ставших частью моей повседневной жизни. Ведь за последние несколько месяцев мой единственный контакт с лицом противоположного пола произошел под воздействием алкогольных паров, а закончился слезами и самобичеванием в ванной.

Уилл, как думаешь, это нормально?

Тем временем на улице постепенно темнело, и цыплята начали неохотно возвращаться в курятник.

Сэм, внимательно наблюдавший за ними, неожиданно произнес:

– Сдается мне, Луиза Кларк, что, разговаривая со мной, ты одновременно беседуешь с кем-то еще.

Ужасно хотелось сказать в ответ что-нибудь умное. Но он меня раскусил, и мне нечем было крыть.

– Ты и я. Мы с тобой ходим вокруг да около, – продолжил он.

– А ты что, хочешь сразу взять быка за рога?

– Ну вот, теперь я, похоже, тебя смутил.

– Нет, – посмотрела я на Сэма. – Ну, если только чуть-чуть.

За нашей спиной с шумом поднялась в небо ворона, всколыхнув застывший воздух тяжелыми крыльями. Поборов желание пригладить волосы, я решила допить пиво.

– Ну ладно. Тогда вопрос по существу. Как думаешь, сколько времени может уйти на то, чтобы пережить чью-то смерть? Я хочу сказать, смерть того, кого ты реально любил.

Ума не приложу, зачем я его об этом спросила. Слишком безжалостно и прямолинейно, учитывая его обстоятельства. Возможно, я элементарно боялась, что на сцене вот-вот появится сексуальный маньяк…

От удивления у Сэма сделались большие глаза.

– Ой-ей-ей! Ну… – Он посмотрел на свою кружку, затем бросил взгляд на окутанные тенью поля. – Сомневаюсь, что это вообще возможно.

– Надо же, как весело!

– Нет, я серьезно. Я очень много об этом думал. Ты просто учишься жить с этой утратой, с твоими незабвенными. Потому что они остаются с тобой навсегда, пусть даже и отошли в мир иной. Хотя это уже не то непереносимое горе, что обрушивается на тебя изначально и заставляет совершенно иррационально злиться на всех тех идиотов, которые живут себе припеваючи, тогда как твой любимый человек уже умер. Нет, это что-то такое, к чему приспосабливаешься постепенно. Как к дыре в душе. Ну, я не знаю. Как если бы ты был булочкой, а превратился в пончика.

Его лицо стало таким печальным, что я сразу почувствовала себя виноватой.

– В пончика? – переспросила я.

– Ну да, сравнение, конечно, глупое, – грустно улыбнулся он.

– Я не хотела…

Он покачал головой. Затем внимательно посмотрел на траву под ногами, после чего бросил на меня осторожный взгляд:

– Ладно, оставим этот разговор. Давай-ка я лучше отвезу тебя домой.

Мы прошли по полю к его мотоциклу. На дворе вдруг резко похолодало, и я скрестила руки на груди. Сэм тотчас же протянул мне свою куртку и, как я ни отказывалась, заставил ее надеть. Куртка оказалась приятно тяжелой и какой-то очень мужской. И я постаралась не вдыхать ее запах.

– Ты что, всех своих пациенток вот так клеишь?

– Нет. Только тех, кто остался в живых. – (Я неожиданно рассмеялась. Несколько громче, чем хотелось бы.) – В принципе, нам не положено приглашать пациенток на свидания. – Он протянул мне запасной шлем. – Но насколько я понимаю, ты уже больше не моя пациентка.

– А это не настоящее свидание, – подхватила я.

– Разве нет? – Он посмотрел прямо перед собой и задумчиво кивнул, когда я залезла на мотоцикл. – Вот и славно.