Ночь волшебства - Даниэла Стил

Парижская Неделя моды проходила еще безумнее, чем в Милане. Так было всегда. Она была представительнее, в ней участвовало гораздо больше дизайнеров со всего мира. Валерия и главный редактор присутствовали в первых рядах каждого шоу, равно как и ведущие обозреватели американского издания «Вог», прилетевшие в Париж специально для этого мероприятия. Напряжение ведущих дизайнеров было велико, и Валерии приходилось бегать с одного шоу на другое. Но она не забыла отправить букет цветов Бенедетте, поздравив ей с эффектным успехом на шоу в Милане. Люди продолжали говорить о нем, так что это было несомненной победой.

Как и всегда в такие дни, Валерия очень редко видела Жана Филиппа. Она выходила из дому в восемь утра, а возвращалась около двух часов ночи, выжатая как лимон. Напряжения добавляло еще и то, что в конце недели муж должен был улететь в Пекин, а Валерия не могла выкроить даже минутку, чтобы провести с ним. Но он понимал всю ситуацию: такова была ее работа, и она ей очень нравилась.

Жану Филиппу предстояло много сделать на этой неделе. Он провел несколько видеоконференций и дюжину переговоров по скайпу, готовясь к выполнению своих новых обязанностей.

Незадолго до полудня в пятницу Валерия получила звонок от «Бомон-Севиньи», крупного инвестора швейных компаний в средней ценовой категории: они хотели бы встретиться с ней до того, как их руководство улетит вечером обратно в Соединенные Штаты. Валерии пришлось отменить деловой ленч с издателями американского «Вог» и провести часовую встречу с генеральным директором и ведущими специалистами этой компании. Они предложили ей консультировать их на регулярной основе с солидным вознаграждением, то есть делать примерно то же, что она делала в «Вог». Обычно только самые опытные редакторы получали подобные предложения, которые весьма неплохо оплачивались и могли бы стать хорошим дополнением к ее окладу в журнале. Они хотели, чтобы она три дня в месяц посвящала им, давая советы о трендах моды, экспертную оценку цветов, тканей, и посещала презентации. Они были готовы платить ей вдвое больше ее годового заработка в «Вог». Понятно, что, таким образом, ей было предопределено оставаться в Париже, в этом мировом центре дизайна одежды. Вечером она рассказала об этом Жану Филиппу. Даже он был поражен и весьма горд за нее.

– Просто фантастика! – воскликнул он, восхищаясь женой.

Она объяснила ему круг своих будущих обязанностей и добавила, что может достаточно легко справиться с ними.

– И когда ты приступаешь? – спросил Жан Филипп.

– На следующей неделе.

Похоже, дела начали складываться наилучшим образом, и они проговорили об этом полночи, пока наконец сон не сморил их. А когда наутро проснулись, Валерия внезапно ощутила тяжесть на сердце: Жан Филипп сегодня улетал в Пекин. Этот день, в конце концов, наступил после месяцев разговоров и мучительных поисков решения. Валерия чувствовала себя отвратительно при мысли об отъезде мужа, но была куда увереннее в своем намерении не покидать Париж, в особенности после полученного накануне предложения. У нее теперь появились серьезные, обоснованные причины оставаться здесь.

Она и дети пообедали вместе с Жаном Филиппом дома. Малыши помогли ей испечь торт и спели песенку о том, как любят папу, а Валерия сняла все это на камеру его мобильного телефона. Слезы навернулись у него на глаза, когда он целовал детей и жену. Несмотря на то, что она была занята всю эту неделю, у нее все же нашлось время разучить с детьми эту милую песенку.

В четыре часа дня вся семья отправилась в аэропорт. Они подождали в сторонке, пока он регистрировался, а потом вернулся к ним, поцеловал Валерию в губы и крепко обнял.

– Я скоро вернусь, – шепнул он жене, а дочь не преминула упрекнуть его:

– Ты слишком сильно сжимаешь маму. Так же нельзя!

Взрослые всегда упрекали маленького Жана Луи за такие объятия, и Жан Филипп растроганно улыбнулся.

Все они по очереди поцеловали и обняли его. Они провели чудесный день вместе, но теперь наступил момент, когда Жан Филипп уже больше не мог задерживаться, чтобы не опоздать на самолет. Он в последний раз поцеловал Валерию, обнял детей, а потом помахал им рукой и исчез из виду.

– Я хочу, чтобы папа снова подошел к нам, – тут же заплакала Изабель.

– Папа не может, глупая, он тогда опоздает на самолет, – упрекнул сестру Жан Луи, а Дамиан тихо сидел в своей коляске, засунув большой палец в рот, и смотрел по сторонам.