Курортный роман, или Звезда сомнительного счастья - Юлия Шилова

– Потому что я совсем не такой, как ты.

– А я, по-твоему, какая?

– Ты непредсказуемая, и тебе неизвестно, чтотакое стеснение.

– Можно подумать, ты у нас стеснительный.

– Ну, я не стеснительный, но и не такойнаглый, как ты.

– Я, по-твоему, наглая?

– Просто я видел, как ты бесцеремоннорасчищала площадку… На тебя кричали, а тебе хоть бы хны. Я еще подумал – какаянаглая девица, ведь люди места с шести утра занимали, там даже яблоку былонегде упасть.

– Так ты все это видел?

– Я просто делал вид, что ты совсем меня неинтересуешь. Когда ты сняла купальник и стала маячить перед моим носом своимигрудями, я понял, что пропал.

– Тогда почему ты не стал знакомиться первым?

– Я подумал, что если ты смогла такбесцеремонно устроиться рядом со мной, наплевав на приличия и мнениеокружающих, то уж найти повод, чтобы заговорить, для тебя просто пара пустяков.Я даже видел, как ты сама оторвала у игрушечного котенка хвост.

– Да пошел ты! – громко рассмеялась я. –Получается, ты все видел.

– Ты всегда так отдыхаешь? Тебя одну вообщенельзя никуда отпускать. Я всякое видел, но такое…

Олег приподнялся и положил руку на мою грудь.Нежно ущипнув мой сосок, он посмотрел на меня и совсем тихо спросил:

– Наташа, кто ты? Откуда у тебя фотография исписок банковских бумаг? Некоторые бумаги из этого списка особой секретности. Оних знают только самые близкие люди. Объясни, кто тебе это дал, на кого тыработаешь.

– Я ни на кого не работаю, – резко ответила я.– Просто я попала в такое дерьмо, что мне очень трудно оттуда выбраться. Тызамечательный мужчина, и нам было здорово вместе. Это был прекрасный курортныйроман, и мне очень жаль, что у этого романа такой печальный конец. Извини,Олег, но я должна тебя разорить.

Олег уставился на меня ничего не понимающимвзглядом.

– И каким же образом ты собираешься этосделать? – спросил он.

– Самым обыкновенным. Хочешь, я достанупистолет и буду держать тебя под прицелом?! Хочешь, достану гранату и начнутебя пугать?! У меня осталось очень мало времени, и ты должен отдать мне этичертовы бумаги!

– Дура! – разозлился Олег и стал трясти меня заплечи. – Ты что, совсем конченая дура? Ты хоть понимаешь ценность этих бумаг?Забудь про них, поняла?!

– Хорошо, я забуду, – словно в бреду сказала яи отодвинулась от Олега. – Я забуду. Только сейчас я поймаю такси и поеду вмилицию, чтобы написать заявление о жестоком изнасиловании. Все мое тело всиняках, анализ спермы – пожалуйста. Даже огнестрельное ранение и то есть. Такчто не видать тебе Германии как своих ушей. Ты только представь, сколько тебеза это дадут! Я сыграю роль несчастной, обманутой женщины!

Олег подполз ко мне, взял меня за плечи изаглянул в глаза:

– Зачем тебе это нужно?! Ты не увидишь этихбумаг. Забудь.

– Тогда ты окажешься за решеткой.

Я встала, быстро надела платье и крикнулаголосом победителя:

– Вот видишь, у меня даже трусов нет! Скажу,что ты их разорвал! От такого менты вообще одуреют!

Олег подошел к своей одежде, спокойно оделся ивдруг вытащил из кармана пистолет. Быстро схватив свой пакет, я бросилась совсех ног в сторону шоссе. Олег побежал следом и уже через несколько секунд сбилменя с ног. Я попыталась встать, но тщетно. Олег крепко держал меня.

– Пусти, ненормальный! – кричала я. – У меняпакет с гранатой. Одно неловкое движение, и она взорвется! У нас же дети…

Олег сел на меня сверху так, что я не моглапошевелиться. Ткнув пистолетом мне в затылок, он снял его с предохранителя ижестко сказал:

– Отодвинь пакет с гранатой в сторону, иначе ястреляю.

Я никак не отреагировала на его слова, япродолжала прижимать пакет к себе.

– У тебя что, со слухом плохо, придурочная?! Яже, ей-богу, тебя сейчас убью. Ты кого хочешь из себя выведешь. У тебя дочкасовсем одна останется. Мало того что у нее отца нет, так еще и матери не будет.

Услышав последние слова, я откинула пакет всторону и расплакалась.

– Как только я увидел тебя, я сразу понял, чтоты ненормальная. Просто я не ожидал, что до такой степени.

– Убери пистолет. Мне голову больно.

– Ничего, потерпишь. И куда ты сейчассобралась?

– В милицию.

– Зачем?

– Писать заявление об изнасиловании.

– Послушай, ты что несешь? Ты в своем уме?

– В своем. Ты же не хочешь отдать мне этибумаги!

– Зачем они тебе нужны?! Ты же все равно в нихничего не понимаешь?!

– Они нужны не мне, а одному человеку.

– Кому?

– Какая тебе разница?

– Говори, а то я стреляю. Ты же видела, что яснял пистолет с предохранителя!

– Видела, только я не уверена, что впатроннике есть патроны.

– Есть, можешь не сомневаться.

– Точно?

– Точно. Давай проверим.

Он поднял руку и нажал на курок. Прозвучалгромкий выстрел.

– Ну что, убедилась, Фома неверующий?

– Убедилась.

– А теперь рассказывай, кто ты и какого чертатебе нужны эти бумаги.

Я не стала больше испытывать судьбу и решиларассказать все от начала и до конца. Я рассказала про то, как приехала в Ялту ксвоей подруге, про Мазая, случайную перестрелку и про встречу с Глобусом. Голосу меня дрожал, я часто сбивалась. Когда я дошла до угроз в адрес моей дочери иподруги с детьми, я почувствовала, что больше не могу сдерживаться и разревусь.

Олег сунул пистолет в карман. Я села иобхватила колени руками. Мы долго молчали. Я не поднимала глаз, чтобы невстретиться с ним взглядом. Первым нарушил молчание Олег.

Он поднял булыжник, кинул его в море и чутьслышно спросил:

– Почему ты мне сразу ничего не рассказала? Яже твой друг.