Невеста трех женихов - Галина Артемьева

– Дай подержать, – попросила Аська. – Не бойся. Мои руки еще Ленку помнят. Слышишь, михрютка! Тебя вот так вот принесли, а я тебя носила.

Аська расчувствовалась и хлюпнула носом.

– А я Егорку носила, – вздохнула Светка.

– Ничего, подожди, скоро я тебе своего дам подержать, – сообщила вдруг Ася.

– Ты что? Когда?

– Через четыре месяца! Говорю же: скоро!

– А не заметно ничего!

– Скоро все увидят. Не спрячешь!

– А кто – мальчик, девочка?

– Специально не узнаю. Не велела говорить, когда УЗИ делала. Кто ни родится, все равно сокровище. Да, Ленка?

Ленка как-то кривовато, с сомнением улыбнулась.

– Не ревнуй! – заметила старшая сестра, – Ты – моя первая любовь. От тебя не убудет. Еще сильней любить буду. А уж когда ты родишь… Вообще – съем тебя.

Ленка засмеялась уже по-настоящему.

И все вокруг тоже.

Свидетельство о рождении сына Света оформила в московском загсе. Она торопилась до приезда Марио успеть собрать как можно больше нужных для вывоза сына в Италию документов. Мальчику исполнилось всего семь дней, когда его крестили. Мать хотела, чтобы ребенок как можно раньше оказался под Божьим оком. Крестным стал Светин духовник, отец Николай. Крестной матерью Света попросила быть Инну. Заочно. Так разрешается, если у крестного родителя нет возможности присутствовать при таинстве крещения. Нарекли младенца Андреем, в честь апостола Андрея Первозванного. Во время крещения сын не плакал и не спал, таращился изо всех сил своими синими глазками на окружавшие его чудеса: горящие свечи, иконописные лики.

Мечты сбываются. Молитвы бывают услышаны. Зря тосковала Света о том, что не будет у ее ребенка Родины. Все управилось само собой, и все получилось так, как хотелось ей. И первый дом, куда внесли дитя, и первый храм, и первые слова, и первая молитва – все у мальчика было материнское.

– А знаешь, почему все по-твоему получается? – задумчиво спросила Аська, когда сидели они рядом на крестинах.

– Ну, почему? – заинтересовалась Света.

– Все потому, что ты тогда первая на палантин наступила. После венчания, помнишь?

Вот как все, оказывается, просто! Ну, что тогда скажешь?

– Спасибо тебе, Аська, что напугала моего мужа, швыряя ему под ноги непонятно чего! Я-то знала, что от тебя ждать, не дрогнула!

– Всегда пожалуйста, – самодовольно отвечала Аська. – Цените, пока жива!

Первые дни дома очень помогала мама, но к приезду Марио Света уже прекрасно управлялась с младенцем сама. Быстро уладив все формальности, гордый отец увез семью в Милан, где их тоже радостно и с нетерпением ждали. Ждала и парочка нянь для Андреа (так по-итальянски называли ребенка здесь). Света решительно отказалась от того, чтобы чужие женщины ухаживали за ее малышом.

– Ты мне нужна отдохнувшая, в хорошей форме, – завел свою прежнюю шарманку Марио, не понимая, что Света теперь – другая и не собирается служить инструментом для удовольствия.

У нее появились задачи гораздо важнее и серьезнее. Она – мама. И в определенный отрезок времени главным для нее будет беспомощный и требующий ее внимания сын.

– Мы что же, даже в ресторане посидеть теперь не сможем? – удивлялся муж.

– Сможем. Втроем. Ты или я будем держать Андрейку в рюкзачке. И чудесно проведем время.

– А ночью? Почему ты не хочешь, чтобы ночью к нему вставала няня?

– Потому что мне самой хочется быть рядом с ним, когда он меня зовет. Он вырастет и не станет плакать ночами. Но именно для этого, чтоб он хорошо и спокойно рос, ему нужна я. И ты, между прочим. Если ты будешь чаще держать на руках, он станет чувствовать себя увереннее, защищеннее.

Марио почувствовал несгибаемую волю жены. Нянек отменили. Мужу приходилось привыкать к отцовству. Не всегда легко, но у него это получалось.