На темных аллеях - Татьяна Тронина

Младшенькая — Нюша. Ей 12 лет было. О, не девочка, а ураган. Ничего не боялась. Могла за себя постоять и кого угодно заговорить. Командовала всеми вокруг, кроме матери. Тут уж Светлана дочери волю не давала.

Все дети Светланы, как на подбор — горластые, красивые, коммуникабельные и, как принято говорить, — «социально адаптированные». На них хотелось любоваться. И даже — «в них видится будущее страны» — как-то заметила мать Егора, когда отмечали новоселье и пригласили на него семейство Светланы…

Кстати, трое ее детей — от разных мужей были. «Рожала от всех, кого любила!» — со смехом, без всякого смущения, признавалась соседка. И без смущения делилась подробностями — токсикозами никогда не страдала, рожала легко («сама не заметила, как выскочил (выскочила)!»), кормила и выхаживала детей тоже без проблем… Про депрессии Светлана и слыхом не слыхивала.

Легко влюблялась, легко расходилась с мужчинами, когда видела, что отношения портятся. И в том особый смысл был — получать от жизни самое приятное и избегать всего темного, мрачного, давящего на душу.

Светлана вообще все делала легко, не напрягаясь. Быстро. Помощи ни от кого не ждала. Раньше у нее свой магазинчик был, потом Светлане это надоело, и по знакомству она устроилась риэлтером. Предлагала богатым господам элитное жилье. И делала это столь успешно, что и себе на квартиру смогла заработать.

Лида, с ее проблемами, страхами, вечным беспокойством и надуманными трудностями — поразила Светлану.

— Егорка, если я ее стану опекать, ничего? — как-то утром, опять перед лифтом, спросила Светлана своего соседа.

— Конечно, ничего, — ответил Егор. — Только рад буду.

Жена как раз заканчивала медицинский и чего-то мудрила с этими интернатурами-аспирантурами, не могла определиться со специализацией, тихо конфликтовала с кем-то из своих преподавателей и, ко всему прочему, зачем-то увлеклась биохимией.

Егор надеялся, что Лида, наконец, закончит с обучением, растянувшимся на долгие годы и прерванным «академом» по уходу за Васькой, пойдет на работу, и все более-менее устаканится в их жизни. Деньги Егора совершенно не волновали, тут в другом дело было. Чем больше Лида металась, тем больше переживала.

Вот так Света вошла в их семейную жизнь и стала чем-то вроде близкой родственницы, старшей сестры Лидочки. Помогала той советами, направляла.

Надо сказать, что Васька тоже рос не особо общительным, замкнутым. Он дико контрастировал с детьми Светланы, открытыми миру, и это даже пугало Егора. Кого они с Лидой воспитали? Почему у них не получилось вырастить настоящего парня, лихого и яркого, которому море по колено — подобного Антону или Максу?

Их Вася получился самым настоящим «ботаником». Ему на следующий год в школу, а он совершенно не готов к жизни среди людей, пусть и вундеркинд… Сидит у себя в комнате, книжки читает. Отчего Васька нелюдимый, замкнутый? И на ребенка-то не похож…

И вообще, это вина Лиды. Он же, Егор, круглыми сутками на работе. И вина родителей Лиды, которые избаловали свою дочь.

И вновь раздражение, ненависть охватили мужчину. Он любил жену, любил сына, но вовсе не такими хотел видеть своих близких.

Иногда возникала мысль — он ошибся. Промахнулся. Зря тогда перебежал дорогу. Ведь Лида — не его женщина. Она хорошая, милая, она полностью устраивает его в сексуальном плане, но она — не его. Ну ладно, перебежал, повелся на девичьи прелести. Но и в этом случае можно было не наломать дров! Надо было ограничиться коротким романом, взять от этих отношений самое лучшее, самое сладкое и — расстаться. Чтобы ни она с ним не мучилась, ни он с ней.

Окончательное прозрение наступило летом.

Как-то утром Егор опять столкнулся со Светланой у лифта. Она сообщила, что пойдет в эти выходные с Нюшей и Максом в парк, кататься на роликах. (Антон уехал в Анталью, там все лето собирался работать аниматором. И работа, и отдых!) Светлана позвала с собой семью соседей.

— Обязательно пойдем! — горячо согласился Егор.

Этим вечером он по дороге домой заглянул в спортивный магазин, купил самую лучшую экипировку для катания на роликах — себе, Лиде, сыну. Сам он катался когда-то, но потом перестал, поскольку Лида считала этот вид спорта опасным. Раз она не катается, то и он коньки забросил.

Но сколько можно бояться? И Вася растет неспортивным мальчишкой…

В голове у Егора крутилась красивая картинка — он, Лида и сын едут по аллее, держась за руки, и весело смеются. Это же здорово, когда семья проводит так свой досуг!

На деле все иначе получилось. Лида, когда узнала, что ее на ролики хотят поставить, отказалась категорически.

— Но ты попробуй! Хотя бы просто попробуй! — умолял ее Егор.

— Я упаду, я что-нибудь себе сломаю, — в отчаянии отнекивалась Лида. — Я же такая неуклюжая, и без коньков на ровном месте могу споткнуться!

— Я обещаю — я тебя буду держать за руки.

— Мы вместе тогда упадем!

— Ничего. Не разобьемся, на нас «защитки» будут, и шлемы я всем купил, — уговаривал Егор.

В субботу отправились в парк. Светлана с дочкой, Нюшей, катались великолепно, и, причем, без всяких «защиток». Макс так вообще чудеса экстрима показывал… А вот Лида перепугалась, когда встала на ролики. Ковыляла вокруг скамейки, морщилась, злилась, шла красными пятнами. Потом вдруг плюхнулась на скамейку и заплакала.

— Ну ты чего? — расстроился Егор.

— Езжайте, езжайте, я посижу, — замахала руками Лида. Ну что ж, ее дело. Сколько можно уговаривать.

Егор взял Васю за руку, повез по аллее. Но Вася то и дело оглядывался на мать. Покатавшись немного, запросился обратно. Сел рядом с Лидой, которая к тому времени уже успокоилась, положил ей голову на плечо.

И это его семья…

Егор пришел в отчаяние.

Но, на счастье, тут подъехала Светлана, потащила за собой. Нюша с визгом погналась следом, потом мимо лихо промчался Макс. Они катались вчетвером, хохоча и гикая — младшие и старшие, и это был такой восторг!

Потом пошли есть шашлыки в летнем кафе. Вроде все хорошо. Но Васька напился ледяной газировки, и его вдруг начало тошнить. Опять не то…

Светлана помогла Лиде с Васей, потом сказала со смехом, с нотками удивления и досады:

— Да что ж вы такие все нежные-то, у меня никогда детей не тошнило!

Словом, выходной удался лишь отчасти. Потом, дома, Лида призналась, что ей было стыдно.

— Светлана такая спортивная, подтянутая, а я… Я на ее фоне смотрелась ужасно.

— Лид, никто не мешает тебе заниматься спортом, — возразил Егор.

— Хорошо. Давай только вместе. Без них.

— Лид… А ты о сыне думала? Ты его совсем затворником хочешь сделать?

— Ему тоже было неприятно. Над ним Нюша смеялась.