Вопрос доверия - Рэдклифф

Когда Майкл вернулась к себе в кабинет около пяти вечера, то обнаружила Слоан на диване. Она лежала на спине с закрытыми глазами, одна нога свисала с края дивана, одна рука устроилась на бедре, другая лежала сбоку ладонью вверх. Майкл понимала, что должна развернуться и уйти и дать Слоан отдохнуть, но не могла отвести взгляд от спящей женщины. Каждая клеточка тела и лица Слоан казалась ей чудесным открытием, драгоценностью, которой хотелось любоваться бесконечно. Майкл прежде никогда не замечала, насколько чувственно вздымается женская грудь под обычной футболкой или как соблазнительно могут выглядеть длинные, стройные ноги в потертых джинсах. Ей до безумия захотелось прикоснуться к плоскому животу и изгибу бедер Слоан. Майкл подошла к дивану и подняла руку, словно готовясь погладить спящую женщину. У нее перехватило дыхание от предвкушения прикосновения. И в этот момент Майкл вдруг поняла, что ей нужно бежать без оглядки, потому что в любую секунду она могла совершить нечто совершенно неподобающее.

Но прежде чем Майкл успела сдвинуться с места, глаза Слоан распахнулись, и пленили ее своим взглядом, – мерцающие фиолетовые искры растворились в голубом пламени. Слоан села, а Майкл наклонилась: их влекла друг к другу сила, которой невозможно было противостоять. Пока их губы медленно сближались друг к другу, Майкл услышала резкий вздох, почти стон, вырвавшийся у Слоан. В этот миг она вспомнила слова, которые Слоан сказала всего неделю назад: мы обе пожалеем об этом завтра.

– Слоан, пожалуйста, скажи, что я могу тебя поцеловать, пожалуйста. Мне кажется, я не в силах остановиться, – прошептала Майкл таким переполненным желанием голосом, что не узнала саму себя.

Слоан моргнула, стряхивая с себя остатки сна, и упала обратно на диван.

– Черт, Майкл, я не знаю!

Они смотрели друг на друга, тяжело дыша, раскрасневшиеся и дрожавшие от напряжения.

Майкл закрыла глаза и прижала к себе руки. Она не могла смотреть на Слоан, не касаясь ее. Она была ошеломлена и немного напугана тем, что она чуть не сделала. Майкл понимала, что никого в жизни не хотела так сильно – настолько нестерпимо, что она едва осознавала свои действия. Это было ей не свойственно, но в то же время Майкл еще никогда не чувствовала себя настолько живой. Она опустилась в стоявшее рядом кресло, бессильно уронив руки на колени.

– Похоже, мы это уже проходили. Но на этот раз виновата только я, прости, – произнесла она дрожащим голосом.

Возможно, Слоан тронуло отчаяние и сожаление, отчетливо прозвучавшие в голосе Майкл, а, может, все дело было в том, что она хотела Майкл с того самого мгновения, когда увидела ее впервые. Так или иначе, она не выдержала. Слоан вскочила с дивана и, упав на колени перед Майкл, сидевшей в кресле, поцеловала ее, – глубоко, страстно, уверенно. Она целовала Майкл так, как хотела поцеловать уже бессчетное количество дней, как мечтала и фантазировала себе долгими ночами. Слоан задрожала от мягкого прикосновения губ и языка Майкл. Она вцепилась руками в подлокотники кресла, зная, что если она прикоснется к Майкл, то позабудет обо всем на свете. Сердце у Слоан уже и без того колотилось как сумасшедшее, а голова шла кругом. Стоявший в ее ушах гул грозил опрокинуть все доводы рассудка. Всем своим существом Слоан хотела дотронуться до Майкл и заставить это тело таять от ее прикосновений.

Слоан вцепилась в кресло с такой силой, что у нее свело пальцы. Она не могла сделать это сейчас – не здесь, не так. Это был просто поцелуй – как раз то, что нужно было Слоан, чтобы приглушить огонь желания, который охватил ее без остатка. Она едва могла дышать, она хотела Майкл до боли. Когда она больше не смогла выносить нежную сладость этих губ и сдерживать наполнившее низ живота и проникшее в позвоночник желание, Слоан оторвалась от Майкл.

– Что ж, это было здорово, – выдохнула Майкл с затуманенным взором.

– Да уж, – кое-как улыбнулась Слоан. Ей тоже пока не удавалось сфокусировать свой взгляд.

Они обе не двигались, не желая нарушить возникшую между ними связь. Слоан наклонилась вперед, продолжая стоять на коленях и обнимать обеими руками Майкл. Пальцы Майкл медленно потянулись к запястью Слоан, и та развернула руку ладонью вверх. Легкими кругами пальцы Майкл прошлись по ладони Слоан, и этого оказалось достаточно, чтобы у Слоан все сжалось внутри. Нежные пальцы продолжили продвигаться вверх по руке Слоан, и вскоре достигли шеи и плеча, и когда, наконец, Майкл поместила ладонь ей на грудь, Слоан пришлось стиснуть зубы, чтобы не застонать. Она с ужасом подумала, что могла кончить уже от этого.

Майкл, казалось, не замечала происходящего со Слоан. Она очутилась в плену своих собственных ощущений и была словно загипнотизирована, она чувствовала мышцы Слоан под своей рукой и мягкую округлость ее груди. Большим пальцем Майкл нечаянно прошлась по напрягшемуся соску Слоан.

Слоан охнула, внизу живота у нее пульсировало желание. Она поняла, что вот-вот сдастся.

– Майкл, остановись!

Майкл застыла на месте. О нет, только не снова.

Будь Майкл уверенней в видимых признаках возбуждения, охватившего Слоан, и будь она не так задета недавним отказом, она бы сделала то, что требовали все ее инстинкты: обхватила бы лицо Слоан руками и поцеловала бы ее со всей страстью, накопившейся в ней за пятнадцать лет одиночества. Она по-хозяйски провела бы рукой по этому плоскому животу и дошла бы до эпицентра желания Слоан. А потом, наконец, сполна удовлетворила бы голод, терзавший их обеих. Хотя Майкл и заставила себя опустить руки, она видела, как хочет ее Слоан. Она почти чувствовала ее желание на вкус.

– Господи, да в чем же дело? Слоан! Скажи! – взмолилась Майкл.

– Пожалуйста, Майкл, я не могу, – быстро прошептала Слоан. – Ты меня убиваешь! Просто… дай мне пару секунд. – Когда трясущиеся ноги послушались ее, Слоан заставила себя встать и отступить на шаг назад. Она сунула руки в карманы, чтобы не было видно, как они дрожат. – Прости. Прости меня.

– Тебя всегда так трудно соблазнить? – мягко спросила Майкл. У нее тоже тряслись руки.

– Боже, Майкл, да ты можешь соблазнить меня одной лишь улыбкой! На самом деле ты уже соблазнила меня своей улыбкой в тот самый день, когда мы познакомились в моем офисе. С тех пор я все время думаю о тебе!

– Тогда в чем же дело? – не отступала Майкл. Она была растеряна и задета.

Слоан видела, как ей больно, и ненавидела себя за то, что заставляет Майкл страдать.

– Господи, да я почти кончила, когда ты поцеловала меня! – не подумав, выпалила Слоан.

Втайне польщенная, Майкл, тем не менее, яростно воскликнула:

– Мне что, должно быть от этого легче?!

– Да! То есть нет, черт, я не знаю! – вскрикнула Слоан с искаженным от отчаяния лицом. Она обвела рукой вокруг и добавила: – Я должна здесь работать, а не укладывать тебя в постель!

Майкл не заметила гнев, прозвучавший в голосе Слоан. Но она поняла, что причина была не в ней.