За сбычу мечт! - Маргарита Южина

– Это она тебе изменять стала, что ли? – поразилась Маша. Ей казалось, от хороших мужей никогда не уходят… тут от плохого-то никак уйти не могут. А в том, что Матвеев был хорошим мужем, она отчего-то не сомневалась.

– Да, понимаешь, я здесь сам виноват, – поморщился тот. – Для меня главное – работа. Раньше на серьезном заводе работал, а тут решил сам дело открыть. Понятно, что по первости туда уходит и все время, и все деньги, а отдачи – минимум. Так и было. Она… У нее же тоже не две жизни. Женщины быстрее стареют, ну и когда ей ждать, пока я там на ноги встану? Нашелся хороший мужчина, обеспеченный. Который ее понимал… Она и ушла.

– С ума сойти… – покачала головой Маша. – А ты вот так… спокойно ее отпустил?

– А как? – усмехнулся Матвеев. – Я ж тебе говорю, кроме Димки, нас уже ничего не держало. Мне не нравилось, что она постоянно обсуждала какие-то караты, огранку… Она с ума сходила по камням. Я ж в них ни фига не соображал. Ее тянуло на светские вечеринки, на какие-то приемы. Мне это все было не надо, нам вдвоем даже поговорить было не о чем. И потом… Она хотела жить роскошно, а я не мог обеспечить ей такую жизнь и постоянно считал себя виноватым… неудачником, что ли… Это хорошо, когда ты за спиной чувствуешь поддержку. А когда одни тычки… В общем, нам друг без друга оказалось намного легче.

– И что, больше не встречаетесь?

– Бывает… Но нечасто. Димка вот приезжал – встречались. Причем она со своим новым мужем была. Неплохой мужик. Даже помощь мне предлагал. Но я к тому времени уже и сам не нуждался. А квартиру я ей оставил. Все же, сама понимаешь, мало ли что с тем мужиком у них случится, а как же она без квартиры. Женщине на нее заработать гораздо труднее, чем мужчине.

– А где же ты жил?

– У мамы, – смешно вздернул брови Матвеев. – И мы были оба рады. Только там всего две комнаты, и… Ой, она так надо мной трясется. Столько заботы… Я и решил немного расшириться, а потом маму сюда перетянуть. Ей на свежем-то воздухе так хорошо будет! Она тут такие клумбы бы развела!

– Ну и привози! Чего не везешь?

– Теперь, Маша, это не мой дом, а твой, – напомнил Матвеев.

– Точно, я уже и забыла… – с облегчением выдохнула Маша. – Теперь мой… Но ты, если хочешь, можешь здесь жить… пока на новый не заработаешь. И маму можешь свою привозить. Пусть она тут клумбы разводит.

– Во-первых, – стал загибать пальцы Матвеев. – Мне надо только дождаться, когда мне вернут деньги, а не зарабатывать их заново. Во-вторых… мама сюда не поедет. Ей лучше у себя. Она у меня стеснительная очень. Если узнает, что это не мой дом, она тут и шагу не сможет ступить. Ну и зачем старому человеку такие нагрузки? Пусть пока у себя поживет, там ей свободнее.

– Может быть, ты и прав… – пожала плечами Маша и спросила очень строго: – А в магазин мы пойдем? У нас кот уже от голода там умирает.

– Бедный Федя! – ужаснулся Матвеев и выскочил из салона.

Они набрали еды не только Федору, но и себе.

У Маши как-то все перепуталось в голове, боль куда-то отступила, навалилось безразличие. Ну и пусть этот Даров на нее злится. В конце концов, кто знает, может быть, могло выйти и еще хуже, как Матвеев говорит. Теперь ему и не хочешь, да поверишь. И в самом деле, как же Игорь не узнал, что дом и так Машин, если он говорил там со следователями? Выходит, и в самом деле, ждал, когда все само образуется, а потом бы начал действовать? Нет уж, лучше так расстаться. Все, что ни делается…

Кот встретил их невероятным воплем. Федор не любил оставаться один, а тут еще и совсем в незнакомом доме! Ясное дело – эти хозяева так изощренно решили избавиться от славного котика!

Только после того как умял две миски корма, Федор смог успокоиться.

– Кто хорошо работает, тот хорошо ест, – вывел новую формулу Матвеев. – Судя по аппетиту нашего питомца, мышей мы будем лицезреть только в книжках.

– Блажен, кто верует, – усмехнулась Маша.

Перед самым сном она спустилась вниз – забыла внизу телефон – и замерла. На диване, свесив руку, спал Матвеев, а на его груди уютным калачиком свернулся Федор. Картинка из ее мечты. Не хватало только собаки возле коврика, да и… И вместо Матвеева должен был спать Игорь.

Никогда бы с Игорем такой картинки не получилось! И Федька бы у него на груди не спал, и собаки бы не было – Игорь не любил животных. Он вообще никого не любил, кроме себя. Отчего-то вспомнилось, как он отзывался о Женьке, когда Маша впервые заикнулась о сыне. Почему она тогда не насторожилась? Ведь его высказывания были высокомерными, обидными… Она тогда ничего не видела. А Матвеев… И о жене так хорошо говорил… Да кто их разберет, говорить-то они все мастера!

– Мной, что ли, любуешься? – неожиданно проговорил Матвеев. – Говорил же – смотреть на меня любо-дорого.

– Тебе еще на коврике собаки не хватает, – усмехнулась Маша.

– Да! Правильно. Вот в выходные и поедем пса покупать… Со мной поедешь, а то я… я в этих породах ни фига не понимаю.

– А чего понимать, купи овчарку и все. Очень универсальная собака, – посоветовала Маша.

Честно говоря, она тоже в породах не разбиралась.

– От нее же дома шерсти будет много, – сел на диване Матвеев, аккуратно убрав кота. – Может, какую-нибудь… лысенькую?

– Это какую лысенькую? – вытаращилась Маша. – Что она тебе тут наохраняет? Ее же саму беречь надо будет! От всякого там солнечного удара, от холода! Они ж маленькие – лысенькие-то!

– Маша! Я ж тебе не голую совсем предлагаю, я ж такую… короткошерстную. Ну, не знаю… Ротвейлер там, доберман… Дог еще есть.

– Дог, я читала, нужен только для королевской охоты.

– Да ну? – почесал бровь Матвеев. – С королями у нас напряженка… Тогда стаффа можно.

– А это кто такой?

– Покажу потом… Только ты с ним не управишься. Серьезный парень… Да они все серьезные. Придется тебе мышцы качать. Так что… Готовься, спать иди, наращивай массу.

Маша сделал шутливый реверанс и поднялась к себе.

Да, сегодня встреча с Игорем уже не так болезненно вспоминалась… А вскоре, может быть, и вообще забудется…