Зависимые - Элен Гома

— Если бы я знала, что в клубах бывает так весело, то непременно ходила бы сюда чаще, — заявляет она, оглядываясь на своего парня, пока тот увлеченно обсуждает с Джереми что-то связанное с их походами в спортзал. — Знаешь, я даже могла бы быть штатным фотографом в этом клубе.

— Только через мой труп, — доносится из-за ее спины суровый голос Йена.

Она заливается хохотом, упрекая его в том, что он подслушивает женский разговор. Он полностью переключает свое внимание на нее и через секунду они уже потеряны для окружающего мира. Они мило спорят и целуются, затем снова спорят. Он берет ее за руку и ведет танцевать, чтобы показать, кто на самом деле тут главный.

— Давай, попробуй перетанцевать меня, — подшучивает она, удаляясь вслед за ним. Так забавно наблюдать за влюбленной парой, которой не надо ничего скрывать от посторонних.

Как только за ними закрывается шторка, я нахожу потемневший взгляд на себе, и через мгновение Джереми оказывается так близко, что мои внутренности сжимаются.

— Сладкая, — шепчет он рядом с моими губами, и сводя меня с ума этим самым. Мои глаза закрываются, когда его пальцы проскальзывают в мои волосы и ложатся на затылок, чтобы притянуть меня к себе для поцелуя.

Адреналин заполняет мою кровь, мне кажется, что я куда-то лечу. Музыка, «Маргарита», его язык у меня во рту, страх, что Йен с Мелиссой могут вернуться в любой момент, все это слишком. Слишком чувственно, слишком горячо. Слишком… Спутанные мысли проносятся в моей голове, я не улавливаю ничего конкретного, пока он медленно ласкает мой язык своим. Я вот-вот потеряю сознание. И когда я уже вполне готова впасть в нирвану, он отстраняется и вглядывается в мои помутневшие глаза.

— Все хорошо? — спрашивает он обеспокоенно, все еще держа мою голову в своих руках.

Я пытаюсь сформулировать мысль, которая вертится в моей голове, но она такая расплывчатая.

— Я просто…

— Что? — требует он, бросая короткие взгляды на шторы нашей каюты.

— Я не знаю. — Мой голос звучит как скулеж. Всего лишь три «Маргариты», а такое чувство, что я ужасно пьяная, когда он так близко и целует меня. Это все из-за него. — Я хочу тебя.

Его улыбка становится широкой.

— Чуть позже, сладкая, — произносит он в мои губы, быстро чмокает их и занимает свое прежнее место в кресле за секунду до того, как к нам вваливаются смеющиеся Йен и Мелисса.

— Надеюсь, вы тут не скучали? — спрашивает Мелисса, плюхаясь на диван рядом со мной.

— Нет, — отвечаю я коротко, стараясь улыбаться как ни в чем не бывало. Джереми делает то же самое. Я завидую, как легко это ему удается, в то время, пока я пляшу на раскаленных углях благодаря ему. Чертов засранец. — Я до сих пор в шоке от того, что вы сделали это для меня. — Я предпринимаю попытку отвлечь себя разговорами. К тому же, я и правда в шоке от всего происходящего. Эти люди тронули меня до глубины души сегодня, и мне так стыдно, что я считала их лишь друзьями Джекки до этого момента. Я думаю, что плохо знала их, из-за Джереми у меня просто не было возможности узнать их лучше. Он занимал все мои мысли, и в моей голове не было места для кого-то еще. Хотя, и сейчас мало что изменилось.

— О, это идея Джереми. Он сказал, что в отсутствие сестры тебе, возможно, будет одиноко в свой день рождения.

— Спасибо, — благодарю я снова, больше обращаясь к Джереми, перебирая в руке его подарок. Он такой душка сегодня.

— Всегда пожалуйста. — Он откидывается на спинку кресла, не сводя с меня глаз. Черт возьми, он такой горячий. И этот его взгляд… Он, вероятно, практиковал его перед зеркалом, пока не достиг совершенства.

Мелисса громко вздыхает, когда замечает мой кулон.

— Какая красота! Это подарок? — Она наклоняется ко мне и аккуратно кладет подвеску на свою ладонь, не снимая с моей шеи. — Боже мой, как оригинально!

— Да. — Я начинаю ерзать задницей, желая, чтобы она вернула его на место, не успев увидеть надпись с обратной стороны. К счастью, она вскоре выпускает его из рук, и я замечаю, как Джереми прикрывает ладонью свою улыбку, глядя на происходящее.

О, его это забавляет, как мило. Посылаю ему свой самый грозный взгляд.

— Красиво, — произносит дьявол со своего трона, не сводя с меня глаз. — Должно быть, ты кое-что значишь для того, кто делает такие подарки.

И в этот раз моя челюсть не выдерживает и таки отваливается к чертовой матери. Что? ЧТО?

— Конечно, значит! И не кое-что, а много чего значит, — фыркает на него Мелисса. — Ты только посмотри на него! Да парень беспросветно влюблен!

Если бы она знала, о ком идет речь, то непременно забрала бы свои слова обратно.

В моей голове прокручиваются его слова: «Должно быть, ты кое-что значишь для того, кто делает такие подарки.» Он так прикалывается надо мной?

Я смотрю на него, пытаясь увидеть его реакцию на это заявление. Безрезультатно. Его лицо не выражает ничего. От былой улыбки не осталось и следа. Он уставился в бокал с виски в своей руке, предпочитая дальше не участвовать в разговоре.

Мне хочется расплакаться. А перед этим провалиться под землю. Но так как это мой день, ничего такого, конечно же, не произойдет. Так что остаток вечера я просто делаю вид, что все хорошо. Хотя напряжение в воздухе говорит об обратном. К счастью, это заметно лишь половине из нас.

Он сказал, что я для него что-то значу, но не так много, как предположила Мелисса.

Все это не имело бы веса, если бы он для меня не значит ничего.