Просто знать, что ты есть - Дженнифер Хейворд

Сесили прислонилась к столбу веранды и смотрела, как солнце поднимается над деревьями. На ум пришел разговор с мамой – это было очень давно. «Ты не выбираешь ни того, кого любить, ни как это произойдет, Сесили, и когда. Ты просто любишь».

Внутри у нее словно раскрылась дверца, и она поняла, что ей делать.

* * *

Двор «Вишневой фермы» напоминал улей. Сесили подъехала к парковке и, сидя в машине, наблюдала за всем, цепенея от страха. Вдруг Алешандру больше не хочет на ней жениться?

Мимо в панике пробежала организатор свадьбы Марианна. Только тогда с бешено стучащим сердцем Сесили вышла из машины.

Утреннее солнце освещало фасад главной конюшни. Над входом вывеска: «Харгров-Салазар».

Неужели отец уступил?

Ноги сами собой пронесли ее через высокие двери красного дерева. Она услышала ржание, громкое, призывное, и топот копыта.

Бахус! Сесили пробежала по мощенному плиткой полу, торопливо откинула задвижку на двери денника и, влетев внутрь, обхватила Бахуса за шею.

Бахус потерся носом о ее карман. Сесили засмеялась:

– Прости. У меня сейчас ничего для тебя нет.

– В кладовке с фуражом есть коробка с сухим завтраком, – раздался негромкий голос Алешандру.

Сесили повернулась и увидела стоящего за оградой денника Алешандру.

– Я приехала…

– И откладывала это до сего момента? – Он тряхнул головой, глаза горели гневом. – Сесили, как, черт подери, я должен был поступить, если бы ты не появилась?

– Мне было нужно время, чтобы подумать и решить.

Он положил ладонь на дверь денника.

– Значит, ты приняла решение?

Сесили вышла и закрыла дверь на задвижку. Она собрала все свое мужество и подняла на него лицо.

– Да. Я люблю тебя, Алешандру. Нам придется постараться, чтобы наш брак оказался удачным.

В темных глазах что-то промелькнуло, уже не такое сердитое и злое. Алешандру поймал ее руку и потянул к себе.

– Мне нужно кое-что тебе сказать, – хрипло произнес он. – Первое, это то, что я подвел тебя, Сесили. Я обещал тебе, что всегда буду с тобой рядом, что все налажу, но я этого не сделал. Больше такого я себе не позволю. Во-вторых, Адриана слетала в Кентукки к твоему отцу. Все закончилось… эта вражда между Салазарами и Харгровами. Твой отец и Кей здесь, на свадьбе.

Отец здесь? Адриана была в Кентукки? У Сесили закружилась голова.

– Что у них произошло?

– Понятия не имею, да мне все равно. В-третьих, – продолжил он, не сводя с нее глаз, – я выбрал тебя в ту ночь в «Эсмеральде». Я выбрал тебя, когда попросил выйти за меня. Я выбрал тебя в ту ночь, когда ты говорила о безоговорочной любви. – Он провел большим пальцем по ее щеке. – Ты завоевала мое сердце, querida, и оно твое навсегда.

У Сесили дыхание застряло в груди.

– Что ты сказал?

– Что я люблю тебя. Я влюбился в тебя в ту ночь в Бельгии, Сесили. И поэтому я отстранился. Потому что в моей жизни хорошее долго не продолжалось. Я не смог бы вынести, если бы у нас с тобой произошел крах.

– Краха не будет. – Сесили взяла в ладони его лицо. – Алешандру, то, что есть у нас с тобой, это что-то особенное и очень-очень сильное. Посмотри, чего мы добились… мы прекратили самую длинную вражду в истории конкура.

Он улыбнулся:

– Я тоже хочу безоговорочной любви, о которой ты говорила. Но я далек от совершенства, и подарком меня уж никак не назовешь, но это не означает, что я не буду всегда около тебя.

Она ухватила его за рубашку, встала на цыпочки и поцеловала, словно скрепляя их любовь. Сесили вложила в этот поцелуй весь жар своей души, всю нежность.

– Я думал, что разрушил любовь.

– Алешандру, любовь нельзя разрушить.

И у нее есть целая жизнь, чтобы доказать ему это.

День свадьбы выдался не по-осеннему теплым. Видно, высшие силы решили, что Сесили и Алешандру уже достаточно поборолись и сегодняшний ясный день должен сулить им счастливое будущее.

Осторожно, чтобы не смять элегантную прическу, стилист надела на Сесили через голову платье на тонких бретельках, похожее на наряд балерины. Шелковая ткань ниспадала на бедра, лиф был искусно украшен фестонами, на спине глубокий вырез мысом, кружевной цветочный узор тянулся по всему платью. Единственная драгоценность – материнские серьги-подвески из сапфира.

Внизу главной лестницы Сесили ждал отец.

Она увидела волнение в серых глазах.

– Ты выглядишь прекрасно.

– Спасибо.

– Сесили… – Он сдвинул брови.

– Папа, это начало новой главы.

Отец молча кивнул и повел ее в сад на солнечный свет.

Алешандру удалось каким-то образом отогнать полчища фотографов – они пытались облететь усадьбу на вертолете. Сесили шла под руку с отцом, вокруг буйство осенней листвы. Ее взгляд прикован к мужчине в конце прохода – он ждет ее с видом собственника.

Три шафера – Ставрос, Антонио и Себасть ен – были великолепны в темных костюмах и серебристых галстуках, но их затмил Алешандру. Сердце у нее отчаянно билось, весь ее мир вращался вокруг него.

Да, он влюблен. И больше не сопротивлялся любви. Алешандру не сводил глаз с Сесили, пока она шла под звуки классической музыки вдоль длинного ряда кресел в сопровождении отца.

– Все хорошо? – прошептал он, когда она встала с ним рядом, и коснулся поцелуем ее щеки. – Вижу, ты очень серьезно настроена.

Губы у нее сложились в очаровательную улыбку.

– Да.

– Тогда выходи за меня.

Так она и поступила.