Золушка из глубинки, или Хозяйка большого города - Юлия Шилова

Налив себе полную рюмку коньяка, он поднял ееи промурлыкал, как все тот же мартовский кот:

— Ну что, выпьем за знакомство? Правда, я исам пока не знаю, приятное оно или нет, но тем не менее оно состоялось, и отэтого уже никуда не денешься. Я уже и сам не могу понять, вовремя я тогда вышелпокурить на балкон или нет. Нужна мне эта встреча или лучше было бы обойтисьбез нее?!

— А давай не будем думать, какое у насвпечатление сложилось друг о друге — по большому счету это неважно. Ты вышел набалкон вовремя и совершил благородный поступок — помог попавшей в беду девушке.Это по-рыцарски и заслуживает уважения. А еще ты дал мне кров. Самое главное,что я не сижу со своей дорожной сумкой в парке и не жду утра. Это же здорово!

— А я вообще не представляю, как можно такпоехать.

— Ты о чем? — я сделала глоток шампанского иулыбнулась от райского наслаждения. Я считала этот напиток божественным иполучала от него истинное удовольствие.

— О том, что не понимаю, как можно ехатьдевушке совершенно одной в незнакомый, чужой город, где у нее нет ни друзей, ниродственников?

— Ой, да ладно тебе! Такие, как я, сюдапачками приезжают. Только вот я думала, что у меня хоть что-то получится, а уменя ничего не получилось.

— Значит, надо возвращаться. Сколько ты можешьтут скитаться? Пока деньги не кончатся?

— Деньги всегда можно заработать. Я не могувернуться домой ровно по двум причинам.

— И какие же это причины? — спросил Дмитрий,смакуя коньяк.

— Во-первых, мне угрожает опасность. Впровинции до меня будет добраться намного легче, чем в Москве. Во-вторых, как явернусь? Как побитая собака? Мать, быть может, и промолчит, а вот отец…

— Что отец?

— Отец будет пить и ругать меня, на чем светстоит. По его понятиям, в Москву за лучшей жизнью едут одни лишь шлюхи ивозвращаются оттуда тоже одни шлюхи. Он меня в покое не оставит, а будетпопрекать каждый день. Лучше сдохнуть, чем слушать ежедневные упреки и пьяныйбред.

— Он пьет?

— Бывает, — я моментально залилась краской. —А этот жених, будь он неладен!

— Какой еще жених?

— Мой, которого перед моим отъездом в Москву ввытрезвитель забрали!

— Ах, у тебя еще и жених из вытрезвителя есть?Я же говорил, что веселенькая у тебя жизнь.

Не обратив внимания на насмешку со стороныДмитрия, я зачем-то решила выгородить своего кавалера и, сделав глотокшампанского, оправдываясь, произнесла:

— Нет, ты не подумай плохого. Он же не каждыйдень в вытрезвителе проводит, а так, выпивает иногда. Так вот, жених менябольше всех на смех подымет, позорить будет на каждом шагу, всех против менянастраивать. Он же думает, что я должна приползти к нему на коленях, проситьпрощения и умолять взять меня в жены.

— Хороший у тебя жених!

— Бывший жених, — тут же поправила я Дмитрия.

— А что, поприличнее ничего не было?

— Нет, — честно ответила я. — Какой есть,такой есть, у нас мажоров нет. У нас с такими-то, как мой, напряг, а тыговоришь поприличнее. Кто успел, тот себе урвал. А не успела, сиди в девках.

— Это упрек в мою сторону? Ты меня начинаешьдоставать этим мажором. Я не очень люблю, когда меня так называют.

— Нет, я просто ответила на твой вопрос. А ябы гордилась, если бы меня так называли. Это же говорит о том, что у тебя все впорядке и что ты живешь круто.

— У меня к этому другое отношение.

Неожиданно Дмитрий стал крайне серьезным и,подлив мне шампанского, произнес ледяным голосом:

— Света, я как-то невольно попал в твоюнепродуманную, шальную, рискованную жизнь, и я не знаю, как на моей дальнейшейсудьбе отразится общение с тобой. Возможно, у меня могут возникнуть проблемы.

— Ты о чем? — я ощутила, как у меня задрожаларука и в спешном порядке поставила бокал с шампанским на стол.

— Ты знаешь, мужчины ценят женщин, которыеумеют слушать и не перебивать. Этого я в тебе не заметил, а это очень ценноекачество. Если ты научишься слушать своего собеседника и будешь давать емувозможность высказаться, то, быть может, на твоем жизненном пути встретитсявполне достойный спутник жизни, которого нет необходимости сдавать ввытрезвитель.

— Я тебя внимательно слушаю, — послушнопроизнесла я и села, как прилежная школьница.

— Так вот, я о том, что в этой ситуациипострадала не только ты, но и я.

Меня так и подмывало задать еще один вопрос,но я тут же опомнилась и удержалась от этого необдуманного шага.

— Дело в том, что тем, кто тебя ищет, ужеизвестны номера моей машины. Благо, что хозяин машины сейчас проживает зарубежом и до него достаточно тяжело добраться, хотя теоретически, при желании,это возможно сделать. Но это достаточно трудно, и вряд ли с этим кто-то захочетвозиться. Но когда он вернется, я должен переоформить машину на себя. Моипредки отдали за машину немалые деньги, а я езжу по чужим документам — этонепорядок. Я все это говорю к тому, что уж если получилось так, что я тоже попалв поле зрения так называемых бандитов, то я имею право знать, кто тебя избил,что ты натворила и почему тебя ищут!

— Ты уверен, что ты хочешь это знать?

— Я всегда уверен в своих словах и поступках.

— Ты любишь чужие тайны?

— Я хочу знать заранее о тех неприятностях,которые у меня могут возникнуть. Что ты натворила? Только говори, пожалуйста,правду.

— Значит, правду? — я взяла бокал шампанскогои принялась из него жадно пить. Затем поставила бокал на стол и посмотрела на Дмитрияв упор.

— Правду? — на всякий случай еще разпереспросила я его.

— Правду, — сказал он, как отрезал.

— Я убила человека.

— Зачем? — на лице Дмитрия не дрогнул ни одинмускул.

— Потому что мне было больно. Этот человекменя бил, и если бы я его не убила, то он забил бы меня до смерти.

— Кто этот человек?