Цена за ее свободу, или Во имя денег - Юлия Шилова

– Не знаю. Похоже, у нас с мужемодинаковый вкус.

Закрыв альбом, я хотела уйти, но Вера, мягкокоснувшись моего плеча, произнесла:

– Катя, они живут на окраине Парижа…

Паша купил гам дом с огромным бассейном…

– Что ты сказала? – вздрогнула я.

– Прости, я обманула тебя… Женька звониласегодня… Она сказала, что живет в Париже, недалеко от Булонского леса. У нихсобственный дом.

Только поклянись мне, что ты не выдашь меня…

– Я никому не скажу, – сказала я и сблагодарностью посмотрела на Веру.

– Паша запретил ей звонить, но Женька невыдержала. Она сказала, что позвонит еще, когда Паши не будет дома. Паша незахотел утруждать себя разводом. Он купил новые паспорта, где… уже стоял штампо бракосочетании. Теперь Женю зовут Марией.

– А как теперь зовут Пашу?

– Пашу зовут Борисом. Запиши телефон,Катя. Женька дала мне его на всякий случай, но звонить запретиластрого-настрого. Рядом с ними живет еще несколько обеспеченных эмигрантскихсемей.

Я записала продиктованный Верой номер,аккуратно свернула листок и сунула его в карман.

– Поступай так, как считаешьнужным, – гладя на меня, грустно вздохнула девушка. – Знаешь, Женькетам не сахар. Паша ей начинает надоедать. Она говорит: встречаться – одно дело,а жить – совсем другое… Ты Пашке такие штучки не вздумал прощать! Подставлятьблизких – последнее дело. Деньги – деньгами, но о близких тоже надо былоподумать…

– Спасибо тебе, – улыбнулась я, но улыбкаполучилась неестественной.

– Удачи тебе!

Вечеринка в зале продолжалась. Я подошла кстолу, налила себе «мартини» и залпом выпила полный бокал. Эдик; увидев меня,вскочил.

– Петенька, а как же я? – попыталасьсхватить его за руку полногрудая девица.

– Может, ты хочешь здесь остаться? –язвительно спросила я.

– Да ты что. Катюша? – искреннеудивился он. – Поехали домой!

– Петенька, так позвони мне, когда будешьсвободен. Телефон тот же. Тебе записать или ты помнишь?

«Нет, это уж слишком!» – подумала я и чуть лине бегом направилась к двери.

– Я помню, – буркнул Эдик и пошел замной.

– Петенька, ты ей обязательно позвони, незабудь! – уже в машине сказала я.

– Ты что, меня приревновала, что ли?

– Глупости! Ревнуют только те, у когоесть комплекс неполноценности, я же от него не страдаю, так и знай!

– Нет, Катюша, ты меня все-такиприревновала, – продолжал подначивать Эдик.

– Думай как хочешь! Мне и в голову неприходило, что ты пользуешься таким успехом у женщин!

– А что тебя удивляет? Я мужчина видный.К тому же холостяк…

– А почему она называла тебя Петенькой?

– Когда я знакомлюсь с девицами легкогоповедения, я всегда представляюсь Петром. Мне так нравится. Исчерпывающийответ?

– Вполне.

– Ладно, Катька, давай не будем говоритьо других женщинах. Что было – то было. Но теперь мое сердце принадлежит толькотебе. – Рискуя врезаться в кого-нибудь, Эдик наклонился ко мне и поцеловалв щеку.

Пригрозив ему пальцем, я шутливо произнесла:

– Петенька, если я еще хоть раз увижу, какна тебя вешаются женщины, сразу оторву тебе голову. Понятно?!

– Понятно, – засмеялся Эдик ипоцеловать меня еще раз. – Ну что тебе удалось узнать? – спросил онспустя какое-то время.

– Кажется, я нашла Пашку, – упавшимголосом ответила я.

– Что?! – Эдик резко крутанул руль,и машина вылетела на встречную полосу.

– Ты что творишь?! – испуганновскрикнула я.

– Катя, повтори, что ты сказала!

– Я знаю, где мой муж. Он живет наокраине Парижа с молоденькой восемнадцатилетней манекенщицей. У меня есть еготелефон.

– Он живет в отеле?

– Нет, он купил дом!

– Во дела! Так он уже, наверное, вседеньги истратил, если купил дом…

– Не думаю, во Франции недвижимость стоитдешевле, чем у нас.

– И что же мы будем делать дальше? –Виду Эдика был растерянный.

– Поедем в Париж! – увереннымголосом произнесла я. – Купим горящие путевки и вылетим при первой жевозможности. Сначала я посмотрю Пашке в глаза, а потом позвоню Лютому, чтобы онвысылал в Париж своих людей. Пусть разбирается с Пашкой как считает нужным! Ядолжна поехать туда! Должна! Как он мог поступить так с собственным сыном!

– Нет, Катя, – выслушав меня, сказалЭдик, – Лютому звонить слишком рано. Тебе не удастся убедить его в том,что ты не соучастница.

Ведь у вас была образцово-показательная семья.

Нужны доказательства. Мы прилетим в Париж.

Ты встретишься с Павлом и поговоришь с ним. Яспрячусь и сниму ваш разговор скрытой камерой.

Затем мы вернемся обратно и пойдем к Лютому.

Ты дашь ему кассету и Пашкины координаты.Согласись, так будет лучше.

– Замечательная идея! – просиялая. – Ты, как всегда, прав.

Дома мы до утра обсуждали нашу поездку,пытались продумать все до мелочей. Основной проблемой был мой загранпаспорт.Выкрасть его из квартиры, где сидели братки, я не могла. Но Эдик и тут нашелвыход. Он сказал, что одолжит паспорт у одной из своих бывших подружек, а явоспользуюсь своим великим даром изменять внешность до неузнаваемости…

– Это будет наше с тобой первоесовместное путешествие за границу, – прижимая меня к себе, – сказалЭдик, – и, надеюсь, не последнее.

Ты не потеряла номер телефона?

– Нет, что ты, – с неохотойотстранилась я и полезла в сумочку. – Разве можно его потерять!

Без него во Франции нечего делать! Вот смотри!

Эдик протянутый мною листок изучил и покачалголовой:

– Знаешь, ты настоящее сокровище. Ты дажене представляешь, как я тебя люблю!

Уткнувшись Эдику в плечо, я тяжело вздохнула.Господи, какое унижение! А главное – за что!