Эта девочка Моя - Вероника Царева

— Не уходи, Диан. Не сегодня. Останься со мной. Позволь мне обнять тебя. Позволь мне почувствовать, что я не все испортил. Что я не разрушил окончательно нашу дружбу и наши чувства.

— Все хорошо Кирилл. Все хорошо.

Сказав это, я не знаю, может ли все быть как раньше, можем ли мы быть друзьями как раньше, после всего что было, со всей этой душевной болью, но одно я знаю точно, ничего еще не разрушено.

— Давай просто ляжем на кровать. Мы можем поговорить еще, когда ты захочешь, но сейчас я хочу, чтобы ты обнял меня.

Я дергаю его за руку, но он не двигается с места, и на мгновение я задумываюсь, а не передумал ли он.

Затем, словно почувствовав, как во мне закрадываются сомнения, он быстро встает. Я замечаю, что его глаза набухли и налились кровью, когда он поднимает меня на ноги, и я смотрю на него, полностью поглощенная мужчиной, стоящим передо мной.

Вместо того чтобы подойти к кровати, как я ожидала, он подходит к комоду и открывает пару ящиков, роется в них, как будто что-то ищет. Через минуту он достает треники и футболку, которую, я уверена, он надевал миллион раз.

— Для сна подойдет? — спрашивает он, протягивая мне вещи.

— Это конечно не мой Микки, но сойдет.

Я ухмыляюсь, принимая вещи из его протянутых рук.

Он улыбается мне в ответ, а после расстегивает пуговицу на своих джинсах и спускает их вниз по мускулистым бедрам.

Я нервно сглатываю от представшейся картины. Я знаю, что все почти так же прошлой ночью, но тогда я была под наркотиками, и у меня не было ни стеснения, ни стыда.

Но сегодня все иначе… сегодня я — это я, а Кирилл — это Кирилл, и мы нормальные, или нормальные настолько, насколько это возможно.

— Ты собираешься переодеться или просто будешь стоять и смотреть на меня?.

— Я… я не знаю, может быть, мне стоит переодеться в ванной, — нервно говорю я.

— Ты же знаешь, что я видел тебя голой той ночью, верно?

Мои щеки пылают от смущения, конечно, он видел. Глупая Ди. Глупая.

Должно быть, сейчас, я показываю все эмоции, которые испытываю, потому что Кирилл сморщился, как будто понял, что сказал что-то не то.

— Мне жаль, что Игорь так поступил с тобой… Если бы я знал, что он планирует, я бы не оставил тебя с ним наедине. Клянусь, я понятия не имел, что он подсыпал что-то в твой напиток, я думал, что ты хочешь быть с ним, раз вы ходили на кучу свиданий вместе. Я пытался отпустить тебя, позволить тебе быть счастливой.

— Что еще за куча свиданий? Я никогда не ходила с ним ни на одно свидание! — почти кричу я.

Вот гребаный мудак.

— Кирилл бросает на меня неверящий взгляд. — Я видел вас, Диан… в закусочной, с Артемом и его девушкой. Вы выглядели как две парочки.

В его голосе звучит ревность.

— Это было не свидание, Кир. Я пришла за шоколадным тортом, и он уговорил меня посидеть с ними, пока я жду. Я пробыла там минут пять, и как только официантка вернулась с моим заказом, я вскочила и ушла. Это было не свидание, поверь мне. Я делала все возможное, чтобы избегать его.

— Черт! — ругнулся он, явно злясь на себя, из-за того, что поверил жалкой истории Игоря.

— Мы не встречались, а что касается той ночи, то я просто хочу забыть, что она вообще произошла. Это одна из самых больших ошибок, которыю я когда-либо совершала.

— Ну, я хочу, чтобы ты знала, что я бы никогда так не поступил с тобой… Да и вообще ни с кем-либо…

— Я знаю это. Ты самый настоящий джентльмен.

Я закатываю глаза, а он поднимает на меня вопросительно бровь.

— Я бы не зашел так далеко. Я определенно засранец, но я бы так не поступил. Не могу поверить, что мы с ним дружили, что я не видел его придурковатость за версту. Он так и не вернулся в дом, что мы снимаем. Хотя правильно сделал, я не буду жить с гребаным насильником. Он жалок, и если я когда-нибудь увижу его снова, я сделаю больше, чем просто набью его рожу.

— Он того не стоит, — отвечаю я, стягивая с себя рубашку, а затем расстегиваю джинсы. Когда я спускаю их с ног, то ловлю взгляд Кирилла, блуждающий по моему обнаженному телу. В нем голод, первобытная потребность, направленная прямо на меня, и она усиливается, когда я тянусь, что бы расстегнуть лифчик. Я чувствую, как меня ведет, когда я вижу, как его розовый язык высовывается чтобы облизнуть губы. Я хочу поцеловать его, попробовать его на вкус.

Я чувствую, как меня обдает жаром, центр которого находится внизу моего живота.

Я хочу Кирилла, почти так же сильно, как хотела его три года назад.

Изо всех сил, я стараюсь не реагировать на него и на свои рефлексы. И перед тем как снять лифчик и натянуть рубашку, решаю отвернуться. Когда я поворачиваюсь обратно то обнаруживаю, что он все еще смотрит на меня, но огонь в его глазах немного ослаб. Выглядит так, будто он усилием воли подавил внезапное наваждение.