Птица колибри зимы не боится - Мария Барская

– А ты ее разубеждать не стала. Это как раз мне понятно, – кивнул Митя. – Но вот зачем тебя с ним понесло встречаться, никак в голове не укладывается. Зачем мужику авансы давать? Или, – лицо у него снова посуровело, – решила на всякий случай Романа придержать? В качестве запасного варианта.

Вот вам мужская логика! Попробуй им что-нибудь объясни! Но я тем не менее попыталась:

– Митя, я как раз решила с ним последний раз встретиться, чтоб больше уже никогда не встречаться.

– Типично женская логика! – воскликнул Митя. – Увы, моему уму недоступно!

– Ну и пусть недоступно! – Все еще не решаясь явить ему свой лик, я выпростала из-под пледа руку и крепко стиснула его ладонь. – Просто ты должен знать, понимаешь, всегда знать и всегда верить: я люблю только тебя, одного тебя на целом свете!

За окном громко проскрежетал трамвай. Скоро в Москве их, наверное, вовсе не станет, однако мимо Геткиного дома, в Замоскворечье, они еще бегают. С улицы пахнуло влажной пылью, наверное, только что поливали, и я вновь с радостью ощутила: лето началось, и Митя рядом, и все хорошо. Настолько же хорошо, насколько вчера было ужасно.

Митя поднес мою руку к лицу и потерся об нее щекой. Со вчерашнего утра не брился, отметила я про себя.

– Да уж теперь почему-то верю, – нежно проговорил он. – И никуда тебя от себя не отпущу.

– Митя, я все-таки хочу узнать, как Ольга с Яриком помирились?

– Ну, твоя деятельная сестрица, осознав собственные ошибки, видимо, поняла, что ей в одиночку со мной не справиться. Тогда, наступив на горло собственной гордости, она с бешеной скоростью обработала Ярика. Потом они вместе разыскали меня и повели совместные наступательные действия в твою защиту. А после присоединилась тяжелая артиллерия в лице твоей Гетки. И крепость, естественно, пала. Разве перед подобным натиском устоишь! Да я и не особенно сопротивлялся.

Митя вдруг зашелся от хохота.

– Катя, ты представляешь, Гетка твоя была готова предъявить в качестве вещественного доказательства Романа, который придет и подтвердит, что с тех давних пор между вами ничего не было! Как такая сцена?

Мое воображение, хоть и богатое, на сей раз спасовало. Отказывалось воспроизводить подобную картину. Я вообще полагаю, что хитрая Гетка, прежде чем предложить, наверняка рассчитала: Митя никогда не согласится. Да и какая ему радость от встречи с Романом?

– Ты меня, Катя, прости, – он виновато глядел на меня. – Вспылил. Мне невыносима была мысль, что ты с кем-то…

– Молчи! – Я зажала ему ладонью рот. – Хватит. Проехали.

– Нет. Ты послушай, – снова заговорил он. – Мне теперь самому стыдно, что Ольге поверил. Не могла ты так цинично…

Я, изловчившись, вновь зажала ему рот.

– Митя. Надо смотреть не назад, а в будущее.

– С будущим как раз ясно! Сначала их свадьба, потом наша. Хорошо, у меня хватило ума ресторан не отменить.

– Значит, Ольга с Яриком совсем помирились? Они тебе сказали, что все-таки женятся?

– Катя! – он покачал головой. – Разве все обязательно следует говорить? У них после такой ссоры новый виток любви начнется. Да он у них уже наверняка вовсю идет. Они у меня в квартире остались.

– А Гетку куда сплавили?

– У тебя должна была ночевать. Вот что, моя дорогая. – Митя насупился, и я испугалась, что меня опять ждет какая-нибудь неприятность. – Значит, так, – продолжал он, – сейчас ты приводишь себя в порядок, и мы едем в загс подавать заявление.

– Прямо сейчас? – Я была совершенно не готова к такому обороту событий. – Может, лучше после их свадьбы?

– Ни в коем разе! – тоном, не допускающим возражений, ответил он. – А то еще что-нибудь выкинешь! Я тебя больше упускать не намерен. Времени-то у нас, Колибри, в обрез.

– Теперь у нас времени полно.

– Да нет. – Митя вздохнул. – Весну и большую часть лета жизни мы, увы, с тобой потеряли. Осень на носу, а потом зима.

– Зима у меня как раз прошла, – возразила я. – И теперь Птица Колибри ее не боится!