Зона риска - Натализа Кофф

Вскинувшись, Сизов коротко переглянулся с Бесом, и медленно отправился на разведку. В его руке мелькнула рукоятка ножа. Движения были бесшумными и точно просчитанными.

Спрятавшись за выступом, Илья ждал появления источника шума. Он не заставил себя долго ждать.

Крадучись, ступая практически бесшумно по бетонному полу помещения, Мишка внимательно вслушивалась в звуки, доносящиеся до нее из глубины комнаты. Судя по плану, подвал состоял из сплошной комнаты с небольшим выступом, за которым она и спряталась.

Громкие стоны заставили ее действовать и двигаться быстрее. Крепко удерживая пистолет с глушителем, девчонка сделала вдох и медленно выскользнула из-за угла. Крепкая рука накрыла зажатый пистолет. Мишка, действуя на инстинктах, дернула оружие, спустив курок.

Пули с тихим свистом вонзались в бетонную поверхность пола. Мишка рьяно боролась за свое оружие, не позволяя противнику завладеть им. В ее голове билась только одна мысль: «Добраться до Харитона максимально быстро!».

Она все еще не видела пленника, но всеми силами стремилась попасть к нему. Но для этого ей нужно было убрать помеху. Противник упорно сопротивлялся, пули летели в неизвестном направлении. Раздался громкий мат, произнесенный родным голосом. И Мишель на мгновение замешкалась, наслаждаясь хрипловатыми нотками.

Этой секунды Сизову хватило, чтобы зафиксировать девчонку.

— Да угомонись ты уже! — нетерпеливо бросил Илья и уже громче, — Харитоша, успокой свою блондинку, или я ее отключу!

Бес уже появился из-за поворота, держась за левое предплечье. Сквозь пальцы ярко-алой струйкой текла кровь. Мишка застыла, глядя в почерневший свинцовый водоворот.

— Харитон! — тихо выдохнула Мишель, не сопротивляясь и не вырываясь из рук незнакомца.

— Какого хрена?! — тихо взревел Бес, — Какого хрена ты здесь делаешь?!

— Тебя спасаю, — тихо ответила Мишка.

— Выжить бы после такого спасения, — пробормотал Сизов, отпуская девчонку.

Мишка бы упала прямо на пол, если бы не крепкие руки Бессонова.

— Какая же ты дурочка! — пробормотал Бес.

Ему бы оттолкнуть девчонку, отправить той же дорогой, которой она пробралась в неприступную крепость Громыко. Но руки уже крепко сжались вокруг девичьего тела, обвивая и впиваясь до боли в плечи, спину, талию, лихорадочно шаря, словно проверяя, все ли части на месте.

— Твою ж мать! — донеслась тихая брань Сизова, — Она пустила ему пулю в лоб! Охренеть!

Бес коротко выругался, но девчонку не отпустил. Наоборот, крепче впечатал в свое тело, обхватывая руками.

Обернувшись, он увидел, как Илья чешет затылок пятерней.

— Мы столько лет придумывали, как заманить в ловушку и замочить этого козла, — бормотал Сизов, — А она приползла, хвостиком махнула, и нет Грома. Столько лет коту под хвост! Я чуть не свихнулся, рядом с этим садистом! Я такие мерзости видел, что буду до конца дней видеть кошмары! Я вдали от семьи три года! Три! Я жену видел два раза за все это время! Мышка, блин, норушка! Такой план запорола!

— Уходим! — тихо скомандовал Бес, пресекая жалобы друга.

Сизов послушно вскинул рюкзак на плечо и двинулся в строну выхода. Следом за ним шел Бес, крепко держа Мишку за руку, вплетая ее пальцы в свою ладонь.

А позади остался Громыко, унося с собой в могилу воспоминания и злое прошлое, которое не позволяло Бессонову мирно существовать с самим собой, не давало заснуть ночами, вспоминая фотографии матери и дядьки, погибших по вине больного садиста.