Нечаянная любовь - Хелен Брукс

– Боюсь, я не смогу, – прошептала Рия.

Кристина задержала на ней долгий взгляд.

– Это вам решать. Все зависит от того, насколько он вам нужен.

День тянулся бесконечно. К вечеру Рия настолько устала от мучивших ее мыслей, что, отказавшись от обеда, поднялась к себе и тут же уснула глубоким сном без сновидений.

Проснулась она отдохнувшей, но вскоре ею овладело какое-то напряжение. Мысли стали разбегаться, и от малейшего усилия сердце учащенно билось. Ближе к вечеру она пошла погулять к заливу, где на легких волнах покачивались разноцветные рыбацкие лодки, поблескивая в предзакатном солнце. На тихое море набегали розовато-лиловые тени.

Назад к вилле она шла через сад. Сумерки были настояны на запахе шиповника и жимолости, пробивавшихся сквозь трещины в рассохшейся от солнца стене; одинокая птичка насвистывала свою песню, и ее сладкий голосок взвивался к темнеющему небу. Рия замерла, прислушиваясь и склонив голову.

– Я так и думала, что найду вас здесь, – раздался слегка насмешливый голосок с американским акцентом. Рия резко обернулась. – Кристи неспешно спускалась по дорожке, и ее белая кожа светилась, как янтарь.

– Да?

Сама того не замечая, Рия гордо вздернула подбородок и распрямила плечи, словно готовясь к схватке. Это, конечно же, не осталось незамеченным, проницательные глаза Кристи источали холод, а уголки подкрашенных губ вздрагивали в усмешке.

– Димитриос сказал мне, что вы уезжаете сразу же после свадьбы. В Англии вас кто-то ждет?

Рия только пожала плечами. Фальшивое дружелюбие Кристи действовало ей на нервы.

Кристи прикрыла накрашенными ресницами чуть раскосые глаза, и Рия не успела рассмотреть, что там написано. Скользнув по стене изящной рукой, Кристи сорвала маленький цветочек и задумчиво раздавила его пальцами.

– Дело в том, что у меня есть для вас кое-какие новости, я знаю, они вас не могут не заинтересовать. Но если вы уедете сразу же после свадьбы, то ничего не узнаете. Пока что это секрет, понимаете?

– Зачем же тогда делиться им со мной? – жестко спросила Рия, хотя от неприятного предчувствия по спине у нее побежали мурашки. В лице Кристи было злорадство, причину которого Рия пока не понимала.

Американка мило надула губки.

– Я понимаю, вы сочтете меня нехорошей, но я просто не могу удержаться, мне надо с кем-то поделиться. Да к тому же будет несправедливо, если вы узнаете об этом позже всех. Ведь когда ваша кузина выйдет замуж за Н икоса, вы станете родственницей этой семьи.

Она улыбнулась, и взгляд зеленых глаз, острый, как бритва, полоснул Рию по сердцу. Но уже в следующее мгновение Кристи спрятала его под длинными ресницами.

– Димитриос требует, чтобы мы ничего не объявляли до свадьбы. Не хочет навредить счастливой парочке.

– Что объявляли?

Гордость помогла ей сказать это ровным голосом, но когда она посмотрела на улыбающуюся женщину перед собой, лицо ее побледнело.

– Вот вы уже и догадались. – Кристи весело рассмеялась, широко раскрыв глаза, как невинный ребенок. – Сегодня Димитриос попросил меня стать его женой.

Рия, не веря, смотрела на счастливую соперницу, а Кристи не умолкала. Она вытащила маленькую коробочку и, щелкнув, открыла крышку, под которой оказалось великолепное кольцо.

– Красивое, вы не находите? – мягко спросила Кристи. Увидев огромный изумруд в окружении алмазов, Рия окаменела. – Все уже давно ждут, когда мы поженимся, – шептала Кристи, – но Димитриос должен был уладить дела, чтобы оставить их потом на несколько лет, пока мы будем налаживать семейную жизнь. А сегодня мы решили, что хватит ждать.

Кристи пристально всмотрелась в белое, как снег, лицо Рии и, явно довольная произведенным эффектом, медленно пошла по неровной дорожке, покачиваясь на неимоверно высоких каблуках и пряча коробочку в карман шелкового жакета.

– Только ни слова пока. Мне бы не хотелось омрачать счастье Поппи, добавила она, обернувшись.

Рия, как слепая, нащупала ближайшую скамейку. Значит, все-таки Кристина ошиблась. Это можно было предполагать. Все уж как-то очень гладко получалось. Зачем такому мужчине, как Димитриос, такая безликая девчонка? На какое-то время ее самоуважение упало в пропасть, подготовленную Кристи, но затем ощущение того, что она все-таки что-то значит, вновь вернулось к ней, и она, цепляясь изо всех сил, стала выкарабкиваться из мрачных глубин. Она не позволит себя растоптать. Она будет улыбаться и разговаривать и будет очень общительной в эти оставшиеся несколько дней, а потом уедет в Англию зализывать раны. Ведь жила же она как-то и без этого Димитриоса? Значит, проживет и дальше. Им ее не сломить.