Мелодрама по-голливудски - Тереза Карпентер

– Тогда о чем ты думала? Что может быть важнее, чем сообщить отцу, что у него будет ребенок? – Он сверлил ее взглядом. – Полагаю, его отец я.

Что? Лорен сделала шаг назад. Потом еще один.

– Да, конечно. – Почувствовав себя оскорбленной, она сжала кулаки. – Ты сомневаешься в своем отцовстве?

– Я помню лопнувший презерватив. Хотя мой адвокат наверняка захочет, чтобы я сделал ДНК-тест. Не могу поверить. Лорен, ты должна была рассказать мне. Мы всю неделю вместе. В самолете, у Мамо. Черт, вчера ночью я излил тебе душу. Рассказал о ребенке, которого потерял.

– Да. И ты считаешь, что посреди рассказа я должна была вставить: «между прочим, я беременна»? – Его слова разрывали душу. – Я ждала подходящего момента. На этой неделе было не время. Ты волновался за бабушку, да еще эта история с фальшивой помолвкой. А про твою травму в прошлом я вообще ничего не знала.

«Это ошибка. Надо было подождать еще».

Лорен снова опустилась на скамью, понимая, что после вчерашнего признания ему тяжело справиться с этой новостью. Конечно, она не ждала, что он будет в восторге, но после того, как они столько времени провели вместе, не предполагала, что он воспримет это так болезненно.

Рей навис над ней:

– Если ждешь, что я сделаю тебе предложение, думай сама. Мне уже не восемнадцать лет.

– Я ничего от тебя не жду. Можешь не волноваться. Я успешная деловая женщина и смогу сама позаботиться о моем ребенке.

– О твоем ребенке? Теперь понимаю. Ты вообще не собиралась мне говорить.

– Не надо драматизировать. Голливуд слишком мал, чтобы скрыть беременность. Конечно, я собиралась тебе сказать.

– Когда?

– Почему тебя это так волнует?

– Что?

– Ты ясно дал понять, что ребенок не входит в твои планы. Я обойдусь. Можешь считать, что тебя это не касается.

– Ты серьезно? Собираешься дуться из-за того, что я не встал на одно колено?

– Нет. Я собираюсь жить своей жизнью с моим ребенком. Я не какая-нибудь примадонна, которая так занята собой, что сомневается, будет ли счастлива, став матерью.

Ей хотелось уйти от него. Прямо сейчас. Она повернулась к нему.

– Оставь свое кольцо при себе. Я никогда его не хотела. Можешь продолжать прогулку. Я останусь здесь еще на пару часов.

Лорен пошла вперед. Главное, оказаться внутри здания, прежде чем она расплачется. Ни под каким видом нельзя доставить ему удовольствие видеть ее в слезах. Через несколько шагов Рей схватил ее за руку.

– Я не оставлю тебя здесь одну.

– У тебя нет выбора. Я взрослая девочка, Рей, могу сама принимать решения и в состоянии добраться домой.

Он разжал пальцы:

– Почему?

– Потому что я сама за себя отвечаю.

– Нет. Почему ты сказала мне сейчас, если не собиралась этого делать?

– Ты меня испугал. – Говоря полуправду, Лорен махнула рукой в сторону возвышавшейся вдалеке статуи Свободы. – Я подумала, что ты должен узнать о ребенке, пока не сделал какую-нибудь глупость, которая тебя убьет.

– Идем со мной. Я повел себя нехорошо, извини. Мне нужно время, чтобы все это переварить.

– И мы оба знаем, что тебе будет проще переваривать это без меня. Увидимся у Мамо.

– Ладно. Я пришлю машину, чтобы тебя забрали от Бэттери-Парк. Информацию по машине отправлю тебе на телефон. Они отвезут тебя домой, когда захочешь.

Домой. Разве водитель сможет отвезти ее в Голливуд?

Вот где ей хотелось бы оказаться. Свернуться на своем диване, укрывшись бабушкиным пледом, в окружении знакомых вещей, зная, что за соседней дверью сестра, а на другом конце телефонной линии мама. Фантазия услужливо нарисовала картину, о которой она могла только мечтать.

– Спасибо. – Лорен впервые обрадовалась его потребности держать все под контролем, снова пошла к входу в музей, не желая видеть, как он уходит.

Впрочем, об этом можно не беспокоиться. Слезы лились потоком, она не видела даже входной двери.