Поспешная женитьба - Элизабет Роллз

Десять дней спустя, сразу после чая, к дому подкатил двухколесный экипаж Джорджа Кастера, запряженный парой гнедых. Пенелопа, почти оправившаяся от болезни, играла в гостиной на фортепьяно, когда услышала суматоху в главном холле, откуда доносились радостные голоса.

— Привет, Медоуз, старый ты плут! Где его светлость? Шляется где-то, кроликов стреляет? Это правильно, будет пирог с крольчатиной.

Она вышла на галерею, нависающую над холлом, не зная, как приветствовать гостя. Знает ли он, что она слепая? И что Питер рассказал другу о своем браке?

Пока она раздумывала, окликнуть ли Кастера, он сам увидел ее:

— Добрый вечер, леди Дарлстон. Надеюсь, мой приезд не доставит вам неудобств.

— Мистер Кастер, миледи, — объяснил Медоуз. — Позвольте мне взять ваше пальто и шляпу, мистер Джордж, и вы можете подняться к ее светлости. Хозяин Питер — его светлость, я имею в виду, — не задержится долго.

— Поднимайтесь, мистер Кастер, — с дружеской улыбкой сказала Пенелопа, — если только вы не предпочтете отдохнуть в вашей комнате.

— Отдохнуть? Ни боже мой! — воскликнул Джордж.

Он поднялся по лестнице и увидел Гелерта:

— Ого! Ваша собака стала еще больше, чем я помню! Как поживаете, леди Дарлстон? Надеюсь, оправились после падения в воду.

— Мне намного лучше, мистер Кастер. Пройдемте в гостиную. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома. Здесь, на столике, графин с бренди. Или, если хотите, я пошлю за чаем.

Пенелопа села на диван, а ее собака устроилась на полу, положив голову ей на ноги.

— Спасибо, но я подожду Дарлстона. Как он?

— Хорошо. Но очень занят по делам поместья.

В действительности последние дни Пенелопа очень мало бывала в обществе мужа, а с тех пор, как он воспользовался своей властью, чтобы ограничить ее передвижение домом, ей было очень скучно.

Джордж расслышал напряженность в ее голосе. Он вспомнил, как Питер говорил, что не хочет эмоционального сближения с женой, и справедливо заключил, что его друг своей цели достиг. Жестоко по отношению к девочке. Она чувствует себя очень неуютно.

Он вежливо спросил о ее семье, и когда Питер минут десять спустя вошел в гостиную, то застал их хохочущими над письмом, которое Пенелопа этим утром получила от Сары. Они его даже не сразу заметили, и он смотрел на них от двери. Давно он не видел свою жену в таком веселом настроении. Пенелопа почувствовала сквозняк от двери и повернулась к нему с вопросительным выражением лица. Ему показалось, что оживление на ее лице сменилось защитной маской. Джордж внимательно следил за ней.

— Привет, Питер! У твоей сводной сестрички, кажется, сложилось нелестное мнение о твоем нраве. Прочти-ка.

Питер подошел, взял предложенное письмо:

— Мне можно, Пенелопа?

— Конечно.

Он стал громко читать:

— «Дорогая Пенни! Надеюсь, тебе лучше. Почему лорд Дарлстон не заплатил за твое первое письмо? Мне кажется, он ужасный жмот. Мама говорит, что ты, скорее всего, сама забыла, а я думаю, что это неправда. Жаль, что он такой скряга, а на свадьбе казался милашкой. Это мне говорит о том, о чем ты сама никогда не скажешь. Я и не думала, что Дарлстон вправду запирал тебя в темнице, но где он был, когда ты упала с лошади? У Ричарда и Фебы все хорошо, и они оба спятили от любви. Надеюсь, что ты не спятила. Было бы хорошо хоть одну сестру иметь в здравом уме».

В этом месте Питер перестал смеяться и почувствовал себя неловко. Ничто не казалось более невероятным, чем то, что он ей нравится, не говоря уже о любви. Скорее наоборот, он мог бы сказать, что она чувствует к нему неприязнь.

Он вернул Пенелопе письмо и беспечно улыбнулся:

— Хорошо, моя дорогая. Полагаю, мне придется забыть о своей репутации и подыскать вам хорошую сырую темницу. А как ты поживаешь, Джордж?

— Спасибо, хорошо. Пенелопа замечательно развлекала меня. Знаешь, я ведь не поздравил тебя как следует с женитьбой, счастливый ты дуралей! — смеясь, сказал Джордж, хотя в душе стонал от очевидного разлада между хозяевами.

«Дурак ты, Питер, — думал он, — все-то перепутал и испортил».

Пенелопа покраснела от смущения и поднялась:

— Мне надо переодеться к обеду, если вы, джентльмены, извините меня.

Питер проводил ее до двери.

— Спасибо, Питер. Удалось подстрелить кролика?

— Трех!

— Замечательно! Джордж, у вас будет пирог с крольчатиной, — выходя, сказала она и засмеялась.

Питер вернулся к Джорджу:

— Кажется, вы с Пенелопой понравились друг другу.

— Восхитительная девочка. Жаль, что она слепа, но это не удерживает ее от многих дел. Как ты ладишь с ее собакой?

— Теперь хорошо.

— Только не говори мне, что он на тебя набрасывается.

— Бывает, когда я заслуживаю, — ответил Питер с такой интонацией, которая позволяла предположить, что он не хочет говорить об этом. — Бренди, Джордж?