Утешительный приз - Джеки Браун

— В этом городе потрясающая архитектура, — пробормотала она.

— Это точно.

Она опустила взгляд. На тротуарах продавцы предлагали свои товары, люди сидели за столиками уличных кафе.

— Тут не так уж все отличается от Манхэттена. — Она поймала отражение Азима в зеркале заднего вида и улыбнулась.

— Я думаю, что жителей в нашем городе всего на несколько миллионов меньше, чем у вас в Нью-Йорке. И конечно, все очень похоже. Мне кажется, что Мадэни потому и чувствует себя как дома в обоих городах.

Многочисленные вопросы крутились в голове Эмили — не об этой стране, а об этом человеке. Но она придержала их, слушая Азима, который по дороге обращал ее внимание на особенно интересные достопримечательности. Последняя, о которой он упомянул, заставила тем не менее их обоих нахмуриться.

— В конце этой улицы находится огромный парк, где будет проходить большинство праздничных мероприятий, там будут располагаться и шатры с угощением. — Потом более спокойно он добавил: — Именно там родители Мадэни объявят в последний вечер праздника о помолвке.

На этот раз Эмили не удержалась и задала вопрос, который больше всего волновал ее:

— Он счастлив, Азим?

— А вы счастливы?

Эмили зажмурилась на мгновение, удивившись этому вопросу не менее, чем многозначительному взгляду Азима.

— А почему бы мне не быть счастливой?

— Тогда почему и Мадэни не испытывать счастья?

Когда несколькими минутами позже они прибыли во дворец, нервы Эмили были на пределе. Но когда она вошла в огромный холл с мозаичным полом и арочными сводами, Мадэни там не было. Он ее не встретил. И Эмили упрекнула себя за то, что надеялась его сразу увидеть. У шейха, человека, о чьей помолвке будет вскоре объявлено, конечно же нашлись куда более важные дела, чем встреча нанятого им повара.

— Сюда, пожалуйста. — Азим повел ее по коридору и привел в уютную комнату, обставленную удобными креслами и диванами с яркой обивкой.

В комнате находилось три женщины. Это только показалось Эмили или самая молодая из них грустно улыбнулась Азиму? Одна из старших женщин протянула руку в стандартном западном приветствии. И тут подтвердился худший из ночных кошмаров Эмили, когда женщина произнесла на безупречном английском:

— Я Фадила Тарим, мать Мадэни. Добро пожаловать в Кашакру, мисс Мерит.

— Спасибо.

А что ей делать? Поклониться, присесть в реверансе? Пока Эмили раздумывала, что ей полагается сделать по правилам этикета, мать Мадэни представила ей остальных:

— Это Навор, будущая невеста моего сына. А это ее мать — Багира.

Все женщины были красиво и модно одеты. Эмили стало сразу ужасно неуютно в своей помятой розовой блузке и бежевых брюках. На какой-то миг она почувствовала, что ее мутит, но ей удалось справиться со своим состоянием, и она слабо улыбнулась:

— Мне очень приятно познакомиться со всеми вами. И примите мои поздравления.

Она благодарила судьбу за то, что все они говорили по-английски, поскольку словарный запас ее арабского был очень ограничен.

— Спасибо. — Навор кивнула. У нее была приятная улыбка, но Эмили опять показалось, что улыбается она грустно. — Конечно, это пока еще неофициально…

— Скоро будет официально, — произнесла Багира. Навор побледнела. Похоже, не одну Эмили подташнивало.

— Наш повар приготовил несколько блюд по тем рецептам, которые вы прислали перед своим приездом. Мой сын раскритиковал то, что у него получилось. Он говорит, что вы готовите значительно лучше.

— Он слишком любезен.

— Мы рады, что вы смогли приехать и украсить своим кулинарным искусством наш праздник в этом году, — произнесла Фадила.

— Да, особенно если учесть, что этот год особенный. — Багира взглянула на Эмили с недвусмысленным намеком, а потом что-то горячо добавила на арабском.

Мать Мадэни вспыхнула, то ли от смущения, то ли от злости.

Эмили, конечно, ничего не поняла и натянуто улыбнулась.

— Вы должны извинить мою подругу. От волнения она забыла, что вы не понимаете по-арабски.

Багиру это не остановило:

— Я сказала, что была удивлена, когда узнала, что повар, на приезде которого настоял Мадэни, оказался такой молодой и привлекательной женщиной.

На этот раз вспыхнула Эмили:

— Меня весьма ценят в Нью-Йорке. Если рекомендации помогут вам поверить в мою квалификацию, я с удовольствием их предоставлю.

— В этом нет никакой необходимости, — веско сказала Фадила. И, обратившись к Багире, произнесла: — Молодые женщины, привлекательные они или нет, успешно осваивают профессии и часто добиваются самых высоких успехов, Багира. Неправильно недооценивать способности мисс Мерит из-за ее внешности.

— Пусть будет так, Фадила. — Мать Навор кивнула, словно в знак согласия, но ее взгляд оставался холодным.

— Мы не будем вас больше задерживать, мисс Мерит, — произнесла Фадила. — Вы, должно быть, устали после столь долгого перелета. Я позвоню горничной, чтобы она проводила вас в вашу комнату. Если вам что-то понадобится, скажите.

Единственное, что было нужно Эмили, — это выпить чего-нибудь крепкого. Она допустила ошибку, приехав сюда, огромную ошибку. Она подумала, что сможет заняться профессиональным делом, сосредоточиться на соглашении, заключенном между нею и Мадэни, и забыть о свадебном соглашении между его семьей и Навор. Но, глядя в милое лицо его будущей невесты, она могла думать только об одном: «Мадэни любит меня».

Оказалось, что здесь ей в десять раз больней, чем на Манхэттене. Лучше уж было нарядиться в платье персикового цвета из органди и наблюдать за тем, как Рид женится на Элли… Лучше было забыть о ее карьере. Забыть о заключительном дне празднества здесь. Забыть о высасывающей все соки злости.

Эмили больше не могла все это терпеть.

Мадэни нервно ходил по своим комнатам с отчаянием загнанного в ловушку зверя. Эмили находилась под одной крышей с ним и в то же время так же далеко, как всегда. Он не мог пойти к ней, даже под тем предлогом, чтобы приветствовать по приезде в его родную страну.

Стук в дверь прервал его размышления. Открыв, он увидел на пороге свою мать. По выражению ее лица он сразу понял, что его не ждет ничего хорошего.

— Американский повар, которого ты нанял, — женщина! — заявила она, врываясь в его комнату.

— Это не делает ее менее профессиональной.

Она резко кивнула:

— Именно это я и сказала Багире в ответ на ее комментарий. Но я сомневаюсь, что мои уверения остановили ее подозрения. Или что они помешают распространению слухов. Что заставило тебя сделать это, Мадэни?

— Мама, она замечательный повар. Выдающийся. Ты сама увидишь, когда попробуешь ее творения. Готовка Рияда не выдерживает никакой критики по сравнению с ее искусством. Эмили просто непревзойденная!