Тест на любовь - Эми Эндрюс

Мэгги проснулась рано утром и уставилась на золотистые волосы Нэша. Ей потребовалась минута, чтобы понять, где она находится. Она перевернулась в кровати за ночь и теперь лежала на боку, лицом к Нэшу, в позе зародыша. Их головы были близко, одна рука держала ее руку, находящуюся между ее животом и согнутыми ногами. Его голова странно прижималась к ее голове, правая щека касалась простыни, лицо было расслаблено в глубоком сне.

Прежде чем могла остановить себя, она наклонила голову и легко поцеловала его в губы.

Нэш резко проснулся. Он беспокойно спал всю ночь, постоянно приходили медсестры, и он провалился в глубокий сон только в последние два часа, поскольку неврологические обследования проводились каждые четыре часа. И все же он немедленно проснулся от прикосновения ее губ.

– Привет, – улыбнулась Мэгги, когда он оторвал голову от кровати, словно его ударили током. – Извини. Не могла удержаться. Плохая Мэгги.

Колотящееся сердце Нэша успокоилось, когда он понял, что все в порядке. Он улыбнулся ей в ответ и снова опустил голову на кровать.

– Она моя любимая.

Мэгги засмеялась, и тупая боль за ушами запульсировала в отместку.

Нэш зажмурился.

– Голова по-прежнему болит?

– Только когда я смеюсь, – пробормотала она. – Намного лучше. Я чувствую себя намного лучше.

Нэш осмотрел лицо Мэгги. К нему вернулся цвет, и, кроме синяка на виске, она выглядела нормально. Она определенно спала больше, чем он.

Он поднял руку и убрал ее челку со лба.

– Ты напугала меня, Мэгги Мэй.

Сердце Мэгги больно сжалось в груди от его нежности.

– Я сама до чертиков испугалась.

– Не поступай так со мной снова.

Мэгги посмотрела на него. Откуда ему знать? Но она вспомнила его лицо прошлой ночью и сделала ему поблажку. Их отношения потерпели неудачу, и она могла винить в этом лишь себя.

– Договорились.

Ночная медсестра провела последнюю серию неврологических обследований, и Мэгги села. Нэш сразу же заскучал по ней. Он всегда любил просыпаться рядом с ней, и это утро не было исключением.

– Когда врач делает обход? – спросила сестру Мэгги.

– Он должен прийти до обеда, – ответила медсестра.

– Так долго ждать? – нахмурилась Мэгги.

– Ты куда-то спешишь? – спросил Нэш; его забавляло видеть ее привычное раздражение.

– У меня сегодня бал.

Нэш потер руками щетину, которая отросла у него за ночь.

– Бал? Я так не думаю.

Мэгги вскинула брови.

– Прошу прощения?..

Нэш вздохнул:

– Мэгги. У тебя сотрясение. Не расстраивай меня из-за этого.

– Я в порядке.

– Тебе нужно отдохнуть.

– Он прав, – признала медсестра, записав реакцию зрачков Мэгги в таблицу у кровати.

На этот раз Мэгги хмуро глянула на нее, и сестра разумно вышла из палаты.

– Я в порядке, – повторила она, вновь обратив свое внимание на Нэша.

Он взял ее за руку:

– Это будет утомительно.

– Я спала как убитая прошлой ночью.

Нэш кивнул:

– Да. Это называется сотрясение.

Мэгги высвободила свою руку:

– У меня всего лишь шишка на голове, а не рана.

– Мэгги, ты же знаешь, врач посоветует не ходить.

Мэгги и сама не знала, почему ей вдруг так сильно хочется пойти, когда только вчера она думала, что ей трудно будет сидеть рядом с Нэшем, Нэшем в смокинге, и знать, что он уедет. Но она просто будет сидеть дома и тоже знать это. Оставаться занятой было единственным способом справиться с этим до рождения ребенка. Она понимала, что после у нее не будет времени думать о чем-то еще.

А еще было платье. Она купила его несколько дней назад и выглядела в нем потрясающе. Она уже тысячу раз представляла лицо Нэша, когда он увидит ее в нем и скажет: «Эй, детка, давай сбежим с этого мероприятия и обменяемся ДНК».

Это было ближе всего к любви, то, что она увидела на его лице, и очень хотела снова увидеть. Хотела одеться для него. Хотела показать Нэшу, каким будет его поцелуй на прощание.

– Я буду в помещении, где полно врачей и медсестер. Черт, возможно, там будет и невролог. Лучшего места и не придумаешь.

– Ты должна остаться в кровати. И быстро заснуть, – добавил он последнюю фразу ради себя. Представляя Мэгги в кровати, он никогда не подразумевал ничего такого пассивного, как сон.

– Что ты сделаешь, Нэш? Запрешь меня в палате?

Нэш знал, что не в силах остановить Мэгги, но не мог сопротивляться всепоглощающему желанию защищать ее. От самой себя, если потребуется. Он печально улыбнулся ей:

– Не заставляй меня задумываться над этим, Мэгги Мэй.

Мэгги вздохнула. Его зрачки расширились, и она почувствовала знакомое потягивание в животе.

– Пожалуйста, Нэш?

Не то чтобы ей было нужно его согласие, но она не обойдет его, чтобы попытаться повлиять на решение врача выписать ее.

– Может, ненадолго? – сдался Нэш.

Мэгги энергично кивнула.

– И никаких танцев.

Она снова кивнула:

– Я даже обещаю пить только апельсиновый сок.

– Черт побери, конечно же будешь, – пробурчал он. – И сегодня я останусь у тебя.

Мэгги с удивлением посмотрела на него:

– Ты думаешь, мое сотрясение это позволит?

– Разумеется, я о чисто медицинском уходе.

Мэгги улыбнулась. Просто не могла сдержаться. Если она может вынести бал, то сможет вынести и то, что неизбежно случится, если они окажутся под одной крышей.