В плену равнодушного сердца - Шантель Шоу

– А еще ко мне вернулась память, – выпалил Джарек.

– Прекрасно, – мягко сказала Холли. – Тайны твоего прошлого мучили тебя слишком долго.

– Поверь мне, в моих воспоминаниях нет ничего прекрасного.

Она промолчала, и Джарек отвел взгляд от ее бездонных глаз, чтобы не утонуть в них.

– Тарик был моей собачкой. Родители подарили мне щенка, когда родилась Элин. Я ревновал их к Элиане. Все суетились вокруг нее, и я… Я устраивал истерики, чтобы привлечь к себе внимание взрослых. И однажды в детской я увидел хорошенького щеночка. Отец сказал, что Тарик будет моей собакой. Но мне разрешалось играть с ним только тогда, когда я вел себя подобающим образом, как и положено юному принцу.

Джарек перевел дух и продолжил:

– Однажды ночью мама разбудила меня и сказала, что мы отправляемся в путешествие на машине, и нам нужно спешить. Но я не мог найти Тарика и закатил очередную истерику, потому что не хотел уезжать без своего щенка. Отец кричал на мать, чтобы она усадила меня в машину. Я никогда не слышал, чтобы он повышал голос. Мама сказала, что мы не можем терять время на поиски собаки и что мне нужно быть хорошим мальчиком и сесть в машину, чтобы мы могли уехать, пока не случилось что-то плохое.

Джарек покачал головой.

– Конечно, я не знал, что Востов захватили вражеские войска, и родителей предупредили, что для членов королевской семьи планируют устроить ловушку, чтобы убить их.

Он резко повернулся и посмотрел на Холли.

– Неужели ты не понимаешь? Я виноват в смерти своих родителей. Из-за моего ужасного поведения мы не выехали вовремя из дворца. А потом мы врезались в дерево, и мать с отцом не смогли выбраться из машины, которая через пару секунд взорвалась. Мы с сестрой спаслись только благодаря Асмиру.

Джарек не мог понять, почему Холли не отшатнулась от него в ужасе.

– Ральф Сандерсон считал меня виноватым в смерти Лорны, но моя способность разрушать все доброе проявилась еще в раннем детстве.

– Джарек, ты сам сказал, что был всего лишь маленьким ребенком. – Она смотрела на него с состраданием, которого он не заслуживал. – Для шестилетних мальчиков в порядке вещей капризничать и закатывать истерики. И старшие дети часто ревнуют к своим младшим братьям и сестрам. Такое случается повсюду, и то, что ты вел себя как обычный шестилетний ребенок, не делает тебя виноватым в ужасной смерти своих родителей, случившейся во время войны.

Он напрягся, когда Холли подошла ближе, и вдохнул сладкий аромат ее волос, отливавших золотом в лучах восходящего солнца.

– Если бы ты только увидел в себе мужчину, которого вижу я, – мягко добавила она. – Ты не губишь людей. Ты спас свою сестру. Ты создал благотворительную организацию, которая помогает детям-сиротам по всему миру. И ты спас меня.

– Если бы не я, мы бы не оказались в шаге от смерти в горах.

– Я говорю о другом. Ты не отверг меня, когда я рассказала тебе о своих проблемах. Ты был терпеливым и помог мне принять мое тело, вместо того, чтобы стыдиться его. – Ее щеки густо покраснели. – А еще ты занимался со мной любовью с невероятной страстью, поэтому неудивительно, что я… Я влюбилась в тебя.

Джареку хотелось поверить ей, но он не мог, потому что его никто и никогда не любил. Родители – и настоящие, и приемные – больше любили Элин. А та любила Лорну Сандерсон, которая погибла по его вине. А сейчас рядом с ней был Кортес.

– Я предупреждал тебя, что от меня нужно держаться подальше. – В его голосе послышался металл, потому что он старался изо всех сил, чтобы Холли захотелось сбежать от него, и он не смог погубить и ее тоже. – Может, ты захотела стать принцессой? Стоило тебе узнать о том, что я принц, и ты тут же признаешься мне в любви? – насмешливо добавил он.

Холли поджала губы, и Джарек понял, что она скорее умрет, чем расплачется перед ним.

– Ты не веришь мне. Но я говорила об этом еще тогда, когда мы занимались любовью в первый раз.

– Мне показалось, что ты сказала эти слова в порыве страсти, и они ничего не значат.

– Я никогда не говорю пустых слов. А еще я сказала тебе, что ты хороший человек и будешь достойным правителем Востова. Джарек, я ведь понимаю, почему ты отталкиваешь меня…

Нежность, сквозившая в ее голосе, разрывала его на части.

– Но если ты будешь отгораживаться от любви, боюсь, твоя жизнь там, наверху, станет очень одинокой.

– Похоже, ты не читала сказок в детстве, – наигранно рассмеялся Джарек. – Каждая женщина мечтает о принце, так что не думаю, что мое одиночество затянется слишком надолго.

В глазах Холли промелькнула боль, и он поспешно отвернулся.

– Будет лучше, если нас не увидят вместе, поэтому мы покинем остров по отдельности, – бросил Джарек. – Ты улетишь первой.

– Значит, мы прощаемся?

Холли подошла к нему и, обхватив руками его лицо, прильнула к его губам. Джарек с трудом сдержался, чтобы не ответить на ее поцелуй, и, когда она отстранилась и сделала шаг назад, он увидел слезы на ее глазах.

– Будь счастлив, – прошептала она.

Джарек упрямо уставился прямо перед собой и не повернулся, чтобы посмотреть вслед удаляющейся Холли, пока не услышал шум вертолетных лопастей. Он стоял не двигаясь, пока вертолет не взмыл в небо, и только тогда поднял голову, но солнце слепило его так сильно, что все поплыло у него перед глазами.

Джарек не хотел думать, что его глаза затуманили слезы. Потому что мужчина с пустым сердцем не мог плакать.

В цветочных горшках, висевших снаружи на окнах квартиры, которую Холли снимала со своей лучшей подругой Кейт, пылали желтые нарциссы. Кейт говорила, что, пока Холли была за границей в марте, куда она отправилась, чтобы провести курс психотерапии для одного известного игрока в гольф, в Лондоне выпал снег. А сейчас теплый апрель согрел все вокруг, и на деревьях появились маленькие зеленые листочки.

Холли подошла к столу в гостиной и принялась просматривать почту, оставленную для нее подругой. Она взглянула на стопку старых газет, готовых отправиться в мусорную корзину, и не смогла удержаться, чтобы не прочитать несколько статей о том, что происходило в княжестве Востов. Местные жители выступили за возвращение конституционной монархии и готовились к коронации принца Джарретта. Они были счастливы возвращению королевской семьи, и в газетах напечатали множество снимков принцессы Элианы, ее до невозможного красивого мужа Кортеса и их деток, которые приезжали с визитом в Востов.

Также пресса печатала много слухов по поводу принца Джарретта, сватая ему невест, происходивших из европейских аристократических семей. Холли не сомневалась, что Джарек выберет себе в жены сногсшибательную красавицу с безупречной родословной, и она родит ему таких же красивых детей.

Пока Холли находилась в командировке во Флориде, она сосредоточилась на своей работе и старалась не обращать внимания на сердечную боль, но стоило ей посмотреть на фото Джарека, как она вспомнила тот ужасный момент их расставания. Он холодно отверг ее, а она по-глупому надеялась, что ее поцелуй растопит его сердце. Холли густо покраснела от унизительного воспоминания о том, как бросилась к нему.