Инстинкт сохранения любви - Кристи Маккелен

Все вокруг нее кружилось в бешеном ритме.

И виной тому не вино, выпитое за ужином, не шум и духота танцевального зала. Виной всему Макс. Танец с ним, ощущение его сильного тела, умелые движения – от всего этого у нее закружилась голова.

– Макс, давай выйдем на улицу? Мне надо подышать свежим воздухом.

Он с неподдельной тревогой взглянул на нее:

– Ты в порядке?

– Все хорошо, просто здесь слишком душно. – Она обмахивалась рукой, желая хоть немного освежить разгоряченное лицо.

Коротко кивнув в ответ, он пошел следом за ней сквозь толпу людей в холл и на улицу, где их встретила благословенная вечерняя прохлада.

Тяжело опустившись на каменную скамью напротив дома, она с облегчением вздохнула, чувствуя, как легкий прохладный ветерок холодит кожу.

– Пойду принесу тебе воды, – предложил Макс. На его лице застыла тревога. – Побудь здесь.

Кара смотрела, как он уходит, внутри у нее все сжималось от смущения. Она просто не представляла, что будет делать, если не сумеет взять себя в руки.

Закрыв лицо ладонями, она вдохнула его запах, оставшийся на коже, и от этого пряного аромата сердце снова сладко заныло.

– Вы в порядке?

Кара услышала приятный мужской голос и, вздрогнув, подняла голову. Один из гостей разглядывал ее с явным беспокойством. Кара вспомнила, как кузина Эмбер рассказывала, что это младший брат Эмбер, которого считали позором семьи. Она назвала его распутником.

Распрямив плечи, Кара ответила ему дружелюбной, но бесстрастной улыбкой:

– Я в порядке, спасибо, просто стало немного жарко после танцев.

Однако вместо того чтобы кивнуть и уйти, он уселся рядом и протянул ей руку.

– Я Фрэнк, непутевый брат Эмбер, – представился он и подмигнул ей.

Кара не смогла удержаться и рассмеялась, пожав его руку:

– Я Кара.

– Не знаю, говорили ли вам сегодня об этом, но вы просто великолепны в этом платье, Кара, – произнес он вкрадчивым голосом. По его лицу она поняла, что он сгорает от вожделения.

Она уже собиралась дать ему вежливый отпор, как вдруг заметила тень, упавшую на дорожку перед ними. Подняв голову, она увидела, что Макс вернулся со стаканом воды и теперь стоял рядом со странным выражением лица.

– Вот твоя вода, Кара. – Он протянул ей стакан и коротко кивнул Фрэнку.

Тот, должно быть, увидел в глазах Макса нечто, что заставило его торопливо встать и отступить назад.

– Что ж, похоже, ваш друг уже вернулся, поэтому я прощаюсь с вами. Приятно было познакомиться, Кара. – Он разочарованно улыбнулся ей, резко развернулся и скрылся в темном саду.

– Прости, – хрипло сказал Макс, – я не хотел его отпугнуть.

Хотя, судя по всему, он ни капельки об этом не жалел. Усевшись рядом с ней, он закинул руку на спинку скамьи. На самом деле ей даже показалось, что он рад, что мужчина ушел. Кара обернулась и посмотрела ему прямо в глаза, чувствуя, как все внутри снова сжимается от волнения. Она заметила его странный взгляд, причину которого не могла понять. Пристальный взгляд сбивал ее с толку.

Пытаясь убедить себя, что все это лишь плод воображения, Кара натянула на лицо невозмутимую улыбку.

– Ничего страшного, он все равно не в моем вкусе.

Не то, что ты.

Отмахнувшись от этой внезапной мысли, она отпила глоток воды, чтобы немного успокоиться. С чего она вдруг взяла, что между ними с Максом что-то происходит?

– Спасибо за воду. Я не хотела доставлять тебе хлопоты. На свежем воздухе мне стало гораздо лучше.

Но, несмотря на ее заверения, Макс по-прежнему как-то странно на нее смотрел.

– Почему у тебя нет друга? – неожиданно спросил он, и у нее от удивления округлились глаза.

– Ну, понимаешь…

Макс нахмурился:

– Это ведь не из-за того, что я слишком загружаю тебя работой?

– Нет, нет! Это мой личный выбор.

Он нахмурился еще сильнее, будто не поверив ее словам.

Кара проглотила ком в горле, прежде чем продолжить объяснения, и крепко стиснула стакан.

– Я решила пока ни с кем не встречаться. Мои последние отношения закончились полным провалом.

Он откинулся на спинку скамьи:

– В каком смысле?

– Неудача на прежней работе разрушила все. Когда начались трудности, я сильно переживала и замкнулась в себе. Мой бывший друг Эван устал от того, что я веду себя столь… гм… безразлично по отношению к нему. – Кара поморщилась. – Именно поэтому теперь я изо всех сил стараюсь быть всегда жизнерадостной. Понимаю, что человек, который постоянно ноет и жалеет себя, может сильно раздражать окружающих.

Он провел рукой по волосам и глубоко вздохнул.

Кара вдруг подумала, что Макс мог неправильно истолковать ее слова, и кровь бросилась ей в голову.

– Я не имела в виду… Я говорила не о тебе.

Он хмыкнул и улыбнулся в ответ:

– А я так и не думал. Просто переживал за тебя. Не могу поверить, что этот парень мог так поступить с тобой.

– Да, но это уже в прошлом. И если честно, наши отношения с самого начала были обречены на провал. Он слишком сосредоточен на собственной персоне. Он просто дал мне понять, что я недостаточно хороша для него.

– Недостаточно хороша! Ничего глупее в жизни не слышал, – отрезал Макс, и по его рассерженному тону она поняла, что он хотел сказать гораздо больше, но предпочел промолчать, не желая нарушать правила приличия.

Она улыбнулась ему, чувствуя, как затрепетало сердце.

– Все в порядке. Меня это больше не волнует.

«Действительно не волнует», – с удовлетворением подумала она. Разрыв с Эваном наглядно продемонстрировал, что уважение к самой себе зависит от собственных поступков и достижений, и не важно, нравится это кому-то или нет.

Поставив пустой стакан на траву около скамьи, она прикрыла рот рукой, зевая от усталости. Сегодня выдался долгий, насыщенный день.

– Хочешь уйти отсюда? – тихо спросил Макс.

Очевидно, ей не удалось скрыть от него усталость.

Взглянув с благодарной улыбкой, Кара кивнула:

– Хочу. Думаю, у меня больше не осталось сил для танцев.

Макс встал:

– Хорошо, подгоню машину.

– Я только забегу попрощаться с Джеком и Эмбер. Встретимся вон там. – Кара махнула рукой в сторону парковки в конце подъездной дорожки.

Он кивнул и направился к церкви, где они оставили машину.

Она смотрела, как он уходит в темноту, повесив на руку пиджак. Белая рубашка, под которой перекатывались тугие мускулы, ярким пятном блеснула в лунном свете, потом Макс пропал из вида.