Глаза цвета янтаря - Ольга Лазорева

Наташа тем временем вынашивала ребенка. Переносила она свое состояние прекрасно, проблем со здоровьем не было. Женя продолжал заботиться о ней, и они по-прежнему жили в одной квартире. Окружающие были уверены, что у них отличная семья и они в ожидании счастливого события. Оксана Васильевна была на седьмом небе от счастья и мечтала о появлении внука. Она неоднократно предлагала переехать к ней загород, но Наташа мягко отказывалась. Она относилась спокойно к своему довольно двусмысленному положению, решив, что, когда наступит подходящее время, она просто переедет в Москву, никому ничего не объясняя. Пусть Женя сам выкручивается. Ее все это уже касаться не будет.

К концу апреля Наташа перестала работать в университете. Она вышла в декретный отпуск. Погода стояла чудесная. Было тепло и солнечно, и она решила съездить на пару недель в пансионат недалеко от Киева и отдохнуть. Ей очень хотелось побыть в одиночестве, погулять на свежем воздухе, полюбоваться начинающими зацветать садами. Женя стремился поехать вместе с ней, но она категорически отказалась. Наташа решила отправиться на своей машине, так как чувствовала себя отлично, а ехать было недалеко.

В день отъезда проснулась очень рано. Она еще с вечера сложила необходимые вещи, и Женя отнес их в машину. Ей пришла в голову мысль, что хорошо бы уехать прямо сейчас, не прощаясь с бывшим мужем, чтобы вновь не выслушивать его наставления и предложение поехать вместе. Последнее время он стал утомлять ее своей надоедливой и неусыпной опекой. Чем меньше оставалось до родов, тем Наташа становилась спокойнее, а Женя, наоборот, нервничал все сильнее. И Наташа решила уехать прямо сейчас. Она быстро оделась. В этот момент зазвонил телефон.

«Кто бы это мог быть в такую рань?» – с недоумением подумала она, не испытывая никакого желания говорить с кем бы то ни было.

Но телефон продолжал звонить, и она сняла трубку.

– Наташенька, это я, мама. Как твои дела? – услышала Наташа и обрадовалась.

– Мамочка, здравствуй! Как хорошо, что ты позвонила! Я вчера весь вечер пыталась с тобой связаться, но безрезультатно. Даже волноваться начала.

– Так я, дочка, у соседки была. Ей вчера семьдесят исполнилось. Представляешь? Вот и отмечали. Всех старинных подруг собрали, кто, конечно, еще в живых остался. А ты почему звонила? Случилось что?

– Нет, все в порядке. Просто я решила на пару недель съездить в пансионат. Не знаю, может, сотовый там брать не будет. Хотела тебя предупредить, чтобы ты меня не потеряла.

– А что это ты сейчас решила? А студенты твои как же? – удивилась Екатерина Михайловна.

– Все нормально, мама. У меня много отгулов накопилось, – на ходу придумала Наташа. – Через две недели вернусь.

– Не понимаю, какие могут быть у тебя отгулы, – вздохнула Екатерина Михайловна. – Ну, тебе виднее.

– Ты там как поживаешь? Есть какие-нибудь новости?

– Да все, как всегда. Живу – не печалюсь, да тебя домой поджидаю, – ответила Екатерина Михайловна, снова вздохнула и после паузы, оживившись, сказала: – Да, Наташа, тебе это навряд ли интересно, но позавчера приезжала к родителям Лена и ко мне забежала. Про Сергея рассказывала. Помнишь Сергея-то?

– Помню! – начиная волноваться, ответила Наташа.

– Так вот, он тут сестру замуж выдает и, поговаривают, что сам тоже скоро женится, – сообщила Екатерина Михайловна и замолчала, ожидая ответа.

Наташа оцепенела. После паузы, с трудом взяв себя в руки, спросила:

– На ком, неизвестно?

– Ох, Наташенька, это такая романтическая история! – торопливо начала рассказывать Екатерина Михайловна. – Его сестра совсем молоденькая, только восемнадцать исполнилось, но мгновенно влюбилась. Просто с первого взгляда, как Лена мне рассказала. И он в нее мгновенно. Ну, так бывает в жизни. Но родители и Сергей против, конечно. Она ведь была тогда несовершеннолетняя, когда первый взгляд-то произошел. Представляешь? Но у них такая любовь была, что все согласились. И вот скоро свадьба. А у жениха сестра есть. Очень настойчивая и красивая девушка, как Лена говорит. И она в Сергея влюбилась и тоже с первого взгляда. Вот и вышло две пары: братья и сестры. Прямо как в романах. Ты слушаешь?

– Да, да, – глухо проговорила Наташа. – Мама, меня Женя зовет. Нам ехать пора.

– До свидания, дочка! Отдохните там как следует. Потом позвони обязательно, как вернешься.

И она положила трубку.

Наташа, постояв еще какое-то время у телефона с закрытыми глазами, вдруг резко развернулась и вышла из квартиры. Сев за руль, она помчалась по пустынным утренним улицам. Выехав за черту города, развила совершенно недопустимую скорость, испытывая странное успокоение от холодка опасности, сжимающего сердце. Начал накрапывать дождик, но она не сбросила скорость. И когда въехала в стену дождя, то машину повело, так как дорога была скользкой. Наташа опомнилась и решила сбавить скорость, но в этот момент острая боль пронзила поясницу. Наташа, охнув, вцепилась в руль, нечаянно резко повернув его вправо. Машина вылетела на обочину, и больше Наташа уже ничего не чувствовала.

Очнулась она в каком-то сумраке, и тут же ощутила боль во всем теле. Перед ее лицом мелькнуло что-то белое, и Наташа дернулась от укола. Она закрыла глаза и вновь впала в забытье.

Роды начались прямо в машине «Скорой помощи», которая увозила потерпевшую с места аварии. Наташа чудом осталась жива. Ее машина перевернулась на бок и остановилась в таком положении. А буквально через минуту по шоссе проезжал дальнобойщик. Он мгновенно выскочил из машины, вызвал помощь, а потом осторожно вытащил Наташу из перевернутой машины. Она была без сознания. И, все также не приходя в себя, она в машине «Скорой помощи» родила мальчика, который был жив и невредим. Их привезли в ближайший к месту аварии роддом. Наташа находилась в забытьи еще несколько дней, а когда окончательно пришла в себя, то ничего не помнила. Она не помнила ни своего имени, ни кто она и откуда, но знала одно: ее сына зовут Сергей. По документам, которые были в ее сумке, полиция установила ее личность.

На следующее утро в клинику примчался перепуганный Женя. Его проводили в палату. Увидев Наташу, он бросился к ней, но она, с любопытством посмотрев на него, спросила немного равнодушно: