Мы с тобой - Кэтрин Манн

– Неужели ты сам никогда не говорил что-то, о чем впоследствии жалел бы?

Он намерен раболепствовать перед ней, но не готов взять на себя всю вину за произошедшее.

– Если ты сожалела об этих словах, для нас обоих было бы лучше, если бы ты мне об этом сообщила.

– Именно это я и пытаюсь до тебя донести. Мы оба слишком гордые, и ни один из нас не готов сделать первый шаг для исправления прошлых ошибок. Да, я согласна, что мы оба пострадали. Даже несмотря на то, что ты быстро утешился с Джианной, – напряженно улыбнулась она. – Я признаю, что потеря нашей дружбы причинила боль не только мне, но и тебе. Но для того, чтобы построить крепкий брак, одной лишь дружбы недостаточно. Может, нам лучше вернуться к отношениям, в основе которых будет дружба и секс?

– Черт побери, Люси-Энн…

Она провела кончиками пальцев по его лицу. Ее глаза были грустнее, чем в день их разлуки одиннадцать месяцев назад.

Он думал, что выбирается из лабиринта, но вместо этого только сильнее в нем запутывался.

– Знаешь, что я думаю? – Не дожидаясь его ответа, она добавила: – Я думаю, что ты все-таки не веришь в сказки. История с замком и походом в библиотеку для тебя всего лишь часть игры. Соревнование. Ты привык принимать вызов и добиваться своего. Я интересую тебя только потому, что говорю тебе «нет». Ты не любишь проигрывать.

– Твои слова звучат жестоко, но ты права. Я действительно люблю выигрывать. Нет. – Он тяжело сглотнул. – Мне необходимо выигрывать. В мире существуют два типа людей: те, кто знал физическую боль, и те, кто ее не знал и никогда не узнает. – Он снова сглотнул. Его сердце билось так часто, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. – Физические страдания делают непоправимое с твоей душой. Ты можешь исцелиться. Можешь начать новую жизнь. Но к тому моменту, когда ты, почти сломленный и плачущий от боли, наконец вырываешься из этого ада, ты уже изменился окончательно и бесповоротно.

– Боже мой, Эллиот, – пробормотала Люси-Энн, приложив ладонь к его щеке.

– Не надо. Не говори ничего, – возразил он, накрыв ее руку своей. – Каждому хочется думать, что он сильный и сможет стойко держаться, когда обидчик будет наносить ему удары любым предметом, который подвернется под руку. И поначалу ты испытываешь удовольствие от того, что мужетвенно терпишь боль, убеждая себя в том, что в конце концов ты победишь. У твоего мучителя одна цель. Он хочет силой подчинить тебя себе.

Люси-Энн вздрогнула и покачала головой, словно не поверила услышанному.

– Сейчас со мной все в порядке, – заверил ее он. – Участие в гонках для меня прежде всего возможность победить. На меня больше никто никогда не посмеет поднять руку.

Какое-то время они оба молчали, затем Эллиот перешел к тому, с чего начал этот разговор:

– Значит, ты уверена, что не хочешь выходить за меня замуж.

Немного помедлив, Люси-Энн ответила:

– Уверена, что не хочу, чтобы ты делал мне предложение.

Его удивил ее отказ. Почему-то он ожидал, что она скажет «да». Он снова ошибся, черт побери, и не знает, как исправить свою ошибку. Ему нужно время, чтобы придумать новую тактику.

– Если я перестану настаивать на браке, мы сможем продолжать заниматься сексом?

– До конца условленного месяца.

– Значит, ты готова со мной спать, но по-прежнему собираешься уйти, когда закончится срок нашего соглашения.

– Да. Таково мое предложение, – ответила она, слезая с его коленей. – Хочешь – принимай его, хочешь – нет.

– Люси-Энн, я буду с удовольствием заниматься с тобой любовью до тех пор, пока мы оба не свалимся от усталости. Но в конце концов нам все-таки придется поговорить.