Кот, который гуляет со мной - Татьяна Веденская

– Дать бы тебе по башке. Не смей говорить так, как будто уже все решено, – возмутилась я.

– Ну и ты не говори так, словно совершенно убеждена, что Гусь твой – белый и пушистый. Гусик.

– Дура ты, Горобец, – обозлилась я.

– Конечно, дура, раз с тобой дружу, – согласилась она. – Ты после работы в садик? Как всегда? Может, пойдем куда-нибудь, хоть в боулинг?

– Ни в какие места, где я должна что-то кидать и двигаться, я не пойду, – ответила я злобно. – И вообще, мне, может, нужно искать адвоката! – Я вышла за двери курилки.

– Тебе и адвокат не поможет, ты невезучая, – крикнула мне вдогонку Машка. – И уж слишком много улик! Так что поосторожнее! Береги себя!

Никого беречь я не собиралась, и в особенности себя. Беда накатила, как грязевой сель, и все мы уже стояли в грязи, но факт оставался фактом – кто-то из нашего отдела спер восемь миллионов и на нас свалил. Мог это быть Саша Гусев? Что сейчас гораздо важнее, мог ли это быть не он? Я не видела другого способа, как только спросить у него напрямую. Я пробежала бешеной табуреткой по двадцать шестому этажу, но Саши Гусева не нашла. Все птенцы IT-отдела сидели нахохлившись и смотрели в будущее со страхом и недоверием. Наша девочка Яна – та самая, которая выглядит как мальчик, который выглядит как девочка, по секрету сказала мне, что за Сашей пришли и попросили его покинуть здание и сдать все пропуска и ключи.

– Прямо так? – ахнула я, и Яночка закивала.

– Ох, это было так унизительно. Они ему даже не дали забрать свои вещи. Даже сумку с ракетами не отдали. Он возмущался, тогда пришла охрана. Джонни твой пришел. Сказали, что все вещи остаются для проведения расследования. Правда, что ли, что его даже могут посадить в тюрьму? Не могу поверить.

– Даже сумку с ракетками? – прошептала я, представив себе, как Джонни вламывается к нам в помещение, мирный пузатый Джонни, любитель кроссвордов, сплетен и шоу «Минута славы», и пытается выпроводить Сашу из здания. – И где она?

– Кто? – не поняла Яна.

– Сумка?

– Я не знаю. У Постникова, наверное. Или у Джонни. – Она пожала плечами. Я побежала к лифтам, пулей пролетела между зданиями, пересекла несколько коридоров и нашла сумку Саши в кабинете у Постникова. Он бросил ее в угол, я была уверена, что он и забрал-то ее, только чтобы еще больше унизить Сашку Гусева. Сумка с ракетками Постникову была совершенно не нужна и для их дурацкого «следствия» – бесполезна.

– Фаина, тебе чего? – удивленно посмотрел он на меня. – Решила мне в чем-то признаться? Чистосердечное раскаяние, имей в виду, облегчает…

– Твою задачу? – воскликнула я, решительно пересекая помещение. – Ты с какого лешего решил, что можешь забирать личные вещи? Ты что, из полиции? У тебя ордер есть? Ты что, желаешь, чтобы я на тебя заявление написала, реальное заявление в полицию? И не только о том, как ты позволяешь себе со мной разговаривать. А что ты украл сумку с дорогостоящими ракетками.

– Дорогостоящими? – Витя Постников склонил голову набок, подумал и улыбнулся холодно и ядовито: – Значит, они тоже могут быть приобретены за счет украденных средств и должны быть изъяты.

Он был явно и очевидно доволен найденным аргументом. Но меня он не убедил.

– Сразу видно, где тебя учили, Постников – чему-нибудь и, уж будьте уверены, как-нибудь, – брезгливо продолжила я. Меня трясло от бешенства, я балансировала на тонкой грани, отделяющей простую дурь от преступления. – Ты когда-нибудь слышал о такой штуке, как презумпция невиновности? Или ты тут у нас сам себе следователь, судья и палач? А заодно и служба судебных приставов? Может, это мои ракетки! Я ведь тоже с Гусевым тренируюсь. А еще я в этой сумке хранила кольцо моей бабушки, цены немалой. И если ты мне сейчас сумку не отдашь, я этого кольца потом там не найду. И ты, выходит, станешь вором.

– Думаешь, самая умная?

– Думаю, уж поумнее тебя. Уж точно образованнее, – брякнула я, и совершенно напрасно. Не в моем положении переходить на откровенные грубости, но, когда я вижу Витю Постникова, меня, как Остапа, «несет». Я схватила сумку с ракетками и вылетела из комнаты еще до того, как Постников успел меня остановить.