Ночь полной свободы - Сьюзен Стивенс

– Эмма! Подожди!

Резко повернув голову, она крикнула:

– Уходи, Лукас. Все кончено. Я уезжаю. Я не желаю тебя знать.

Она убегала от него по песчаной полосе цвета слоновой кости, лунный свет играл в ее волосах, а прибой касался ее ног. Лукас помчался за ней по песку и догнал ее в считаные секунды.

– Это не имеет никакого отношения к контролю! – крикнул он против ветра и поднял руки в притворной капитуляции, когда она посмотрела на него. – Ты хотя бы знаешь, как опасно бегать по пляжу ночью в твоем положении?

– Беременность не болезнь, Лукас.

– Но на женщину ночью могут напасть, – настаивал он, прижимая ее к себе. – Ты не должна больше этого делать. Ты понимаешь меня?

На этот раз Эмма не стала вырываться. Она понимала, что он говорит разумно.

– Нет, Лукас, нет, – тихо сказала она. – Ничего не говори. Мне не следовало приезжать в Бразилию. Я должна была сказать тебе о ребенке и остаться в Шотландии. Но я заупрямилась и приехала сюда, и теперь ситуация только усложнилась.

– Жизнь никогда не бывает простой. – Он отвел прядь волос от ее лица.

– Сегодня вечером она была какой угодно, только не простой, – согласилась Эмма. – Все так усложнилось, что мне нужно сделать шаг назад. Но если ты хочешь меня проводить до отеля…

– Конечно, я хочу.

– Я сглупила, когда убежала. Ты был прав насчет того, что у меня разыгрались эмоции. – Она покачала головой.

Помолчав, он произнес:

– Как бы ты поступила, если бы не было никаких условий для твоего пребывания в Бразилии?

Она пожала плечами:

– Я бы осталась.

– Ты серьезно? – спросил он.

– Но только если бы я могла перебраться в комнаты для персонала. И если бы ты позволил мне действовать по-своему.

Все, о чем просила Эмма, противоречило принципам Лукаса, но он не мог поступать с ней так, как поступал с остальными. Он должен научиться искать компромисс. Они оба должны этому научиться.

– Нам придется это обсудить, – сказал он.

– Я буду жить вместе с остальным персоналом. В этом я не уступлю, – предупредила она его.

Стоять рядом с Эммой и не прикасаться к ней оказалось тяжелее всего, но Лукас сделал как обещал и проводил ее в отель. Оба молчали, и к тому времени, когда они вошли в вестибюль, что-то существенно изменилось. Казалось, что разделявшая их невидимая стена рухнула.

– Спасибо, что ты не настаивал на своем, – тихо сказала она, пока они ждали лифта.

Лукас отступил назад, когда открылись стальные двери лифта:

– Спокойной ночи, Эмма. Я прикажу подготовить тебе другую комнату.

– Спасибо.

Мгновение он стоял, глядя на блестящие стальные двери лифта, за которыми скрылось лицо Эммы. Затем, приняв решение, он повернулся на каблуках и ушел.

Эмма попросила Лукаса дать ей время и не давить на нее. Но она не ожидала, что он воспримет ее слова буквально. Кусая губу, она отправилась в новую и очень комфортабельную комнату в крыле для персонала. После вечеринки Карины уже прошло несколько дней, но Эмма и Лукас не разговаривали друг с другом. Она лежала без сна по ночам, задаваясь вопросом, где Лукас, и расспрашивала о нем сотрудников отеля, которые говорили ей, что сеньор Марселос уехал по делам. Ей не хотелось расспрашивать Карину. Эмме предстояло о многом ей сказать. Но так как Карина была постоянно занята, Эмме не удавалось найти подходящее время, чтобы сообщить ей о ребенке.

Она нашла Карину сидящей за столом в столовой для сотрудников. Та подняла глаза, когда к ней подошла Эмма.

– Ты выглядишь так, будто не высыпаешься, – сказала Карина. – Разочарование мешает тебе спать?

Эмма притворилась обеспокоенной, когда присела на стул рядом с подругой:

– Ночами я беспокоюсь об отсутствии горячей воды в ванной комнате, если хочешь знать.

– Слабый маневр, – заметила Карина. – Горячая вода? – с подозрением повторила она, отправив в рот очередную порцию ароматного соуса. – В самом деле?

– Да. Душ в моей комнате. – Эмма моргнула, как сова, на ходу выдумывая историю. – С ним что-то случилось. И я подумала, что нужно составить перечень неполадок в каждой комнате персонала, что я и сделала.

– Я не сомневаюсь, – суховато прокомментировала Карина и вернулась к еде.

– Сегодня придет водопроводчик и проверит все комнаты.

– Я подумала совсем не о водопроводчике, – тихо сказала Карина и быстро посмотрела на Эмму.

– Ой.

– В точку. Ой, – повторила Карина. – Я знаю о тебе и моем брате, поэтому не надо притворяться. Неужели ты думаешь, будто я не заметила, как вы тайком ушли с вечеринки? – Она округлила глаза. – А потом ты ушла, и Лукас погнался за тобой, – прибавила она, когда Эмма запротестовала.

– Ничего не было. – Она категорично взмахнула рукой. – Лукас просто проводил меня в отель.

Карина хмыкнула, словно ни поверила ни одному ее слову.

– Он ничего не говорил, когда догнал тебя?

– О чем?

Карина поджала губы, будто сомневаясь, стоит ли ей дальше говорить.

– Ну? – настаивала Эмма.

– Итак. – Решив сменить тему, Карина повернулась и вперилась в Эмму взглядом. – Давай вернемся к той ночи. Если ты утверждаешь, что между тобой и моим братом ничего не было, почему ты вернулась на вечеринку раскрасневшейся, с песком и травинками в волосах? Это тоже ничего не значит?

– Это было…

– Ладно, я не уверена, что хочу знать, – прервала ее Карина. – Что между вами происходит? Вернее, что пошло не так? Вот что я хочу знать. Ваши отношения явно были серьезными, а теперь все изменилось.

– Почему ты так решила? – Эмма в ошеломлении откинулась на спинку стула.

– Я знаю, что, когда мой брат вот так срывается с места, это означает только одно. Ему нужно над чем-то подумать, поэтому он уединяется. Его нет уже больше недели, значит, все серьезно. И ты старательно избегала задавать мне вопрос, куда он уехал. Поэтому у меня возникли подозрения. И мне достаточно посмотреть тебе в глаза, чтобы понять, что у тебя какие-то проблемы. Вам обоим нужно разобраться со своими чувствами. Что такого ужасного между вами происходит, если вы не можете об этом говорить?

Меньше всего Эмма хотела расстраивать Карину.

– Я боюсь, что между нами не просто разлад, – призналась она.

– Ну, рассказывай. Что случилось?

– Я беременна от Лукаса, – выпалила Эмма и напряглась, ожидая реакции Карины. Та закрыла рукой рот и побледнела.

К счастью, Карина быстро пришла в себя, вскочила с места и воскликнула: