Непристойное предложение - Морин Чайлд

— Непременно получится, — заверил ее Шон. — Я хочу тебя нанять.

— Что? — Этого она никак не ожидала.

— Помнишь, как ты давала мне блестящие советы по улучшению интерьера моих самолетов?

— Да.

Подойдя ближе, он положил руки ей на плечи:

— Я хочу, чтобы ты перепроектировала интерьер всех самолетов «Айриш-эйр».

— Ты… — Не веря своим ушам, она часто заморгала.

— Я говорю не только о тех бортах, что есть у меня сейчас, но и о тех, которые строятся. Мы с тобой съездим на завод, и ты передашь свои эскизы специалистам по отделке салонов.

У Джорджии перехватило дыхание. Предложение Шона потрясло ее. Сотрудничество с «Айриш-эйр» станет лучшей рекламой для ее бизнеса. Это будет сложная, но интересная и многообещающая работа. Осознание того, что Шон готов доверить ей то, что так много для него значит, наполнило ее радостным волнением и надеждой.

— Вижу, у тебя вовсю идет мыслительный процесс, — сказал Шон, слегка скривив губы. — Уверяю тебя, Джорджия, вместе мы поднимем «Айриш-эйр» на небывалую высоту.

Вместе. Ей понравилось, как это прозвучало, хотя она понимала, что чем больше времени проведет с Шоном, тем больнее ей будет потом с ним расставаться.

Джорджия покачала головой:

— Даже не знаю, что сказать.

Он очаровательно улыбнулся, и сердце перевернулось у нее в груди.

— Скажи «да», Джорджия. Я буду твоим первым клиентом и определенно не последним. — Он притянул ее к себе, и она заглянула в его карие глаза, которые светились от желания… и чего-то еще. — Когда в твоем послужном списке будет сотрудничество с «Айриш-эйр», представители других компаний будут выстраиваться в очередь у входа в твой офис.

— Шон, твое предложение очень заманчиво. Уверена, ты о нем не пожалеешь.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, Джорджия, — ответил он, убрав с ее лица прядь волос.

От его прикосновения внутри у нее все затрепетало.

— Есть еще кое-что, о чем я хочу с тобой поговорить.

Его тон был серьезным, и она догадалась, о чем будет их разговор. Шон собирается ей сказать, что их фальшивая помолвка подошла к концу. Ей с самого начала следовало понять, по какой причине он сделал ей это невероятное предложение. Чтобы подсластить пилюлю.

— Хорошо, — ответила Джорджия, отстранившись. Разве она могла бы мыслить здраво, если бы его руки оставались на ее теле? — Лаура сказала мне, что Эйлиш полностью поправилась. Я рада за нее.

— Спасибо, — сказал Шон. — На этой неделе маме нужно в последний раз на прием к доктору, затем она вернется к нормальной жизни.

— Она уедет к себе домой?

— Нет, мама решила перебраться в Данли. Я предложил ей левое крыло особняка, но она сказала, что не собирается жить под одной крышей со мной и моей женой. — Он пожал плечами и рассмеялся. — Поэтому она выбрала сторожку у ворот.

— Сторожку у ворот? — Джорджия не помнила эту постройку на территории рядом с особняком Шона. Должно быть, она не обратила на нее внимания.

— Да, между собой мы называем этот домик именно так, — улыбнулся он. — Он был построен для моей бабушки, которая не захотела жить вместе с моими родителями. Маме он всегда очень нравился. В нем много места, и она сможет приглашать в гости своих подруг.

— Хорошо, что Эйлиш будет жить в Данли. Она мне нравится.

— Ты ей тоже, — сказал Шон, — но речь сейчас не об этом. Теперь, когда мама поправилась, нам пора поговорить о нашей сделке.

— К чему лишние разговоры? — перебила его Джорджия. — Эйлиш поправилась, и нам пора разорвать нашу помолвку.

Она начала снимать кольцо, но Шон помешал ей, схватив ее за руку.

— Я не хочу ее разрывать, — заявил он, и в ее сердце затеплился огонек надежды.

Джорджия тяжело сглотнула:

— Что?

— Я хочу, чтобы мы поженились, — ответил он.

— Правда? — Заглянув в его глаза, она обнаружила, что они сияют, и в одно мгновение все в ее мире встало на свои места. Она увидела, как они с Шоном строят совместное будущее. У нее будут дом, семья, дети, любовь, счастье — в общем, все, о чем она когда-либо мечтала. Циничная пессимистка внутри ее умерла, и она была этому рада.

Затем Шон продолжил говорить.

— По-моему, это замечательная идея, — улыбнулся он. — Весь город ждет нашей свадьбы. Моя мать уже наполовину ее спланировала. Мы отлично ладим. Нам хорошо в постели. Думаю, нам следует пожениться. Никто никогда не узнает, что мы сделали это не по любви.