Первые заморозки - Сара Эдисон Аллен

Помимо этого, на столе стояли блюдо с черными крысами из лакрицы, сосиски, завернутые в тесто так, чтобы придать им сходство с мумиями, и миска с белыми мятными пастилками прямоугольной формы, к которой без всяких затей была приклеена бумажка с надписью «Зубы».

Но и тут не обошлось без блестящей инициативы одной из родительниц, решившей использовать полосатые красные скатерти и салфетки, украшенные трогательным пожеланием «Благополучного Хеллоуина!». Это положительно была самая дикая сельская вечеринка за всю историю человечества. Гости из Хэмилтон-Хай надорвали животики со смеху.

— А где Рива? — спросил Фин.

Оглядевшись, Бэй обнаружила Риву рядом с диджейским пультом. Та была в костюме гигантской пчелы, как девочка-пчела из клипа «Блайнд Мелон» начала девяностых. Все ее подруги, похоже, при выборе костюмов тоже вдохновлялись легендарными ретроклипами. Дакота была в коническом лифчике, как у Мадонны. Тринити — в костюме, как у Энни Ленокс, а на Луизе была шляпа, как у Джемироквай. Идея, надо отдать им должное, была остроумная. Куда более остроумная, нежели нарядиться зомби-футболистами.

— Она со своей компанией. Вон там.

— Ну и какой у тебя план? — поинтересовался Фин, продолжая уплетать печенье под своей простыней, точно маленький мальчик, решивший полакомиться сладким ночью у себя под одеялом.

— Нет у меня никакого плана.

— Если весь этот сыр-бор из-за пари, нужно сделать так, чтобы они тебя увидели. Так, тихо! — шикнул Фин внезапно.

— Тихо? С чего это вдруг? Ты всегда такой чокнутый или по утрам на остановке просто слишком сонный, потому я до сих пор этого не замечала?

— К нам идет Рива, — прошептал Фин. — Не говори ей, что это я.

— Зачем мне говорить ей, что это ты?

— Бэй, это ты? — произнесла Рива, подойдя к ним. — Потрясающий костюм. Платье прямо как из «Великого Гэтсби»! А прическа! Господи ты боже мой. Это, наверное, тебе мама сделала? Ты вполне можешь получить награду!

— Супер, — отозвалась Бэй, которая понятия не имела, что это за награда.

— И кто ты такая? — спросила Рива.

— Уэверли.

— Нет, я имела в виду, кем ты нарядилась.

— Моей прабабкой Мэри Уэверли. Она устраивала в саду Уэверли вечеринки, одетая садовой нимфой.

— Мило.

— А ты — девочка-пчела из клипа «Блайнд Мелон?» — спросила Бэй, указывая на антенки на голове Ривы.

Та состроила гримаску:

— Я его не выбирала. Мы все собрались вместе и придумали тему, а потом по очереди выбирали из списка, кто какой костюм хочет. Моя очередь подошла последней, так что мне досталась пчела. Я себя чувствую прямо-таки Мэвис.

Такого продолжительного разговора Рива ее еще никогда не удостаивала, и Бэй не очень понимала, как ей себя вести. В конце концов она переспросила:

— Мэвис?

— Ну, из книжки «Ты здесь, Бог? Это я, Маргарет». Там еще подружки из одного класса организовали тайный клуб и должны были выбирать себе тайные имена. Остальные девочки взяли себе имена вроде Александры или Вероники, а Маргарет пришлось стать Мэвис. — Рива перевела взгляд на Фина, который стоял рядом с ними, и нахмурилась. Он стоял слишком близко, как будто считал себя невидимым. — Ладно, увидимся позже.

— Пока.

— Отличный ход, — сказал Фин, вновь становясь видимым. — Ты по-настоящему разговаривала с Ривой Александер. Теперь она всем об этом расскажет.

— Мне плевать.

— Ты хоть себе-то не ври. Тебе хочется думать, что тебе плевать, но на самом деле это неправда. Существует такая вещь, как компромисс. С одними людьми ты можешь оставаться собой, с другими же приходится быть менее странной. И знаешь что? Таких людей полным-полно. У тебя не получится их избегать. Мир принадлежит не тебе одной. Мы все вынуждены в нем сосуществовать. — Фин начал медленно пятиться от нее прочь, как будто воображал, что она не заметит, как он удаляется. — А теперь, если не возражаешь, я немного побуду привидением и полетаю.

На протяжении следующего часа Бэй время от времени замечала Фина: он крутился вокруг разных компаний, слушая, о чем они говорят. Бо́льшую часть времени он торчал рядом с Ривой, но, когда она начинала на него коситься, быстро перемещался куда-нибудь. Похоже, ему понравилось быть неузнанным.

Бэй еще какое-то время стояла рядом со столом с закусками, и к ней даже кое-кто подходил, чтобы сделать комплимент ее наряду и прическе. Какой-то парень из Хэмилтон-Хай, одетый в костюм ниндзя, пригласил ее на танец, но она отказалась. И остаток вечера просидела среди застенчивых девчонок на трибунах, наблюдая за Джошем.

Фин был прав: мир не вращается вокруг нее. Рива немедленно отправилась к своим подругам и рассказала им, что Бэй здесь. Но появление на дискотеке Бэй было не единственной сегодняшней новостью. Райли Эшер отправили домой за то, что явилась в костюме, имитировавшем голое тело, и в парике с длинными волосами: дескать, она изображает Леди Годиву. Ходили слухи, что кто-то пронес флягу с водкой. А кто-то из футболистов Хэмилтон-Хай наговорил грубостей черлидершам. В такой обстановке нелегко было отследить, кто о чем говорит, но Бэй безошибочно поняла, когда Джошу рассказали про нее. Она внимательно за ним наблюдала, ожидая этого момента.

Кто-то из его компании подошел к нему и, ткнув в плечо кулаком, со смехом принялся что-то рассказывать. Джош покачал головой. Его приятель обвел взглядом трибуну и указал на Бэй.

И тут глаза Джоша встретились с ее глазами. Она не отвела взгляда, хотя сердце у нее колотилось так сильно, что газовые воланы на платье заколыхались. Вид у него сделался озадаченный. Он задержал взгляд на ее платье и прическе, и его губы слегка приоткрылись.

Ну наконец-то, подумала она и поднялась. Застенчивые девчонки на трибунах посмотрели сначала на нее, потом на Джоша, и на мгновение она почувствовала: они надеются на нее. Как будто она делала это и ради всех них тоже.

Его приятель снова ткнул его в плечо кулаком, и Джош, нахмурившись, повернулся к ней спиной.

Бэй медленно опустилась на свое место, и застенчивые девчонки отвели глаза в сторону, разочарованные.

И все-таки у нее получилось, подумала она, и ее плечи слегка расслабились.

Джош ее увидел. Это все, чего она хотела. Ну, конечно, не все, но она сделала то, ради чего пришла сюда.

Все было позади.

Теперь оставалось только дождаться, когда Фину надоест бродить по залу, подслушивая разговоры. И можно будет отправиться домой и наконец попытаться перестать любить Джоша Мэттисона так сильно.