По зову сердца - Кэтрин Манн

Она почувствовала, как на бедро ей легла сильная теплая ладонь. Сон начал рассеиваться, но ей не хотелось пробуждаться. За последние полтора года реальный мир много раз ее разочаровывал. Поэтому она позволила себе полежать еще какое-то время с закрытыми глазами.

Рука заскользила вверх по ее бедру, пробуждая желание.

– Фиона, – прошептал Генри, щекоча ее кожу своим теплым дыханием.

Затем его губы коснулись ее шеи.

«Почему поцелуи в шею так действуют на женщину? – подумала она. – Или все дело в том, что меня целует Генри?»

Чувствуя его рядом с собой, она все еще лежа на боку, потянулась к нему и прижала ладонь к его твердой груди.

– Открой глаза.

– С каких это пор ты отдаешь приказы в постели? – поддразнила его она, улыбнувшись ему с закрытыми глазами.

– Мне нужно, чтобы ты на меня посмотрела.

Его серьезный тон так удивил Фиону, что ее глаза сами распахнулись.

– Все в порядке? – спросила она, легонько водя кончиками пальцев по его груди и шее.

В окно проникали последние лучи вечернего солнца. Она проспала дольше, чем думала.

– Да. Мне просто нужно было тебя увидеть. – Проведя рукой по изгибу ее талии, он привлек ее к себе.

– Ты уверен? – Фиона прижалась к нему, вспомнив, какое огромное наслаждение он доставил ей несколько часов назад. Должно быть, именно поэтому ей приснился такой прекрасный сон.

– Абсолютно. Я просто хочу, чтобы ты знала, что я рядом, – ответил он, коснувшись губами чувствительного местечка у нее за ухом.

Она чувствовала, что что-то произошло, но не стала его расспрашивать, а просто позволила себе раствориться в чудесных мгновениях. Насладиться его ласками, по которым она так соскучилась. Сейчас не имело значения, что ждало их обоих в будущем. Ей просто хотелось познать эти моменты близости с той стороны, которая была неведома ей в прошлом. Она слишком долго была зациклена на их с Генри проблемах. Теперь ей хотелось сосредоточиться на тех вещах, которые у них получались хорошо.

На вещах, которые делали их обоих счастливыми.

Пальцы Фионы взъерошили его волосы, затем скользнули по его шее и плечу. Генри остановил ее руку, поднес к своим губам и принялся покрывать поцелуями. Они были легкими, словно прикосновения крыльев бабочки. Она захихикала от щекотки. Их взгляды встретились, и Генри тоже рассмеялся.

Время словно остановилось.

Она может повернуть на попятную. Еще не поздно сказать «нет».

Но вместо этого она тесно прижалась к нему, игриво прикусила его нижнюю губу и, когда он приоткрыл рот, начала водить кончиком языка по его языку, вкладывая в этот поцелуй всю страсть, которую она так долго сдерживала. Генри тем временем полностью ее раздел, разделся сам и принялся водить руками по ее телу.

– Я так по тебе соскучился, – мягко произнес он, словно читая ее мысли. – Я знаю, что уже говорил это раньше, но мне хочется повторять это снова и снова, потому что это чистая правда.

– Я все знаю, Генри. Я тоже по тебе соскучилась и хочу быть с тобой. Ты мне так сейчас нужен, – призналась она, глядя в его темные, словно угольки, глаза.

Тогда Генри навис над ней, просунул руку между ее бедер и начал поглаживать нежные лепестки между ними. Она была готова его принять и пригрозила жестоко ему отомстить, если он не овладеет ею прямо сейчас.

В ответ он тихо рассмеялся, поцеловал ее в губы и наконец вошел в нее рывком. Обвив руками его шею, она заерзала под ним. Ее внутренние мышцы начали смыкаться вокруг него, и он ритмично задвигался, погружаясь все глубже в нее. Даже в этот момент Генри не забыл о том, что она все еще испытывает боль, и постарался не задеть ее левую грудь. Фиона полностью отдала инициативу ему и нисколько не пожалела об этом. Он был осторожен и страстен одновременно и использовал все свое мастерство, чтобы подарить ей максимальное наслаждение.

Наградой ему стал громкий стон, вырвавшийся из ее груди в момент наивысшего наслаждения. Когда он достиг собственной кульминации, Фиона снова встретилась с ним взглядом, вспомнив о том, что он хотел, чтобы она на него смотрела. То, что она прочитала в его глазах, потрясло ее до глубины души.

Ее муж по-прежнему любил ее, и это все усложняло.