В раю легко быть ангелом - Дарья Панкратова

В этом отделе все сидели в наушниках. На первых порах это меня спасло. Я расшифровывала диктофонные записи Глеба. Думаю, если бы не наушники, десяток человек в комнате полез бы на стенку от назойливо повторяющихся абзацев…

Потом я закончила с расшифровкой. Гордясь тем, что текст получается набирать всё быстрее, я приступила к редактированию…

И тут началось.

Один из парней – с подчёркнуто длинным каре, в глухом чёрном свитере – стащил с себя наушники.

– Стас, … мать!

Я подумала, что ослышалась. Но это было не так. С третьего раза откликнулся тот, кого звали Стасом, тоже сидящий в наушниках. И началось совещание. Это было бы вполне обычным совещанием, если бы не язык, на котором оно велось… Парни щедро перемежали свою речь нецензурными словами, задвигая двух– и трёхэтажные конструкции, не брезгуя, впрочем, и единичными вкраплениями.

Остальные сидели с невозмутимыми лицами, как будто в мансарде это было нормой.

Это настолько не вязалось у меня с тем, что я успела узнать об этой компании, что я растерялась. И не поинтересовалась, почему парни ведут себя как на базаре или на вокзале.

«Дома ругайся, сколько хочешь, – с возмущением думала я, – но ты же на работе!»

Подумать только, ещё недавно я наслаждалась тем, что у меня было своё рабочее место в «Лидершип», но я не обязана была торчать на нём как пришитая.

Теперь мне хотелось оказаться подальше от мансарды.

Впрочем, альтернативой всё ещё оставался ноут на коленях в приёмной у Маши.

Я решительно надвинула на уши свои наушники, загрузила в «Яндексе» альбом HURTS и принялась вникать в словесные нагромождения Петелина.

Глеб несколько дней не возвращался из командировки.

Теперь я получала от него задания на электронную почту. Файлы воспроизводились в проигрывателе, я набирала тексты, правила и отсылала боссу обратно.

Но совсем избежать наблюдений за «оазисом», как я про себя окрестила отдел социальных сетей, не удавалось.

Было такое ощущение, что эта команда попала сюда с другой планеты. Никаких «мотиваций», никаких планов или результатов в обсуждениях. Я успела понять, что они занимаются какой-то деятельностью во всех существующих социальных сетях – «ВКонтакте», «Одноклассниках», Facebook, Twitter, Livejournal и Youtube. О некоторых из них я только слышала, но не сталкивалась. Я сидела и недоумевала – зачем это Глебу? Какие там могут осуществляться проекты?

Сотрудники отдела являлись в мансарду и уходили домой точно по графику, но в остальном производили впечатление полных раздолбаев. Казалось, что свою работу они выполняют постольку, поскольку. Уборщицы каждое утро стирали со столов круги от чашек и стаканов, выкидывали пустые бумажные стаканы из-под кофе. Мне казалось, что кофе является основной пищей в «оазисе». Стаканы из McCafe, высокие стаканы с зелёными эмблемами Starbucks летели в мусорное ведро один за другим…

Даже манера одеваться отличала ребят от других сотрудников «Лидершип»: либо подчёркнутая небрежность (составленная при этом из знаковых брендов), либо что-то в готическом стиле (масса шнуровок, тяжёлые ботинки, сочетание мрачных тонов), либо многослойность с лихой рок-н-ролльной закваской.

Интересно, а что будет, если я попытаюсь узнать у Глеба по его возвращении: знает ли он, что творится в отделе соцсетей?

Или я поставлю себя в глупое положение. Да, вот это весьма вероятно.

В конце концов, если его устраивает работа отдела, то их стиль работы не должен меня касаться.

Или Глеб в курсе – возьмёт и поднимет меня на смех.

Но ведь от него я не слышала ничего подобного.

Впрочем… Наше маленькое столкновение на дороге…

Но и тогда Глеб обошёлся не самыми грубыми словами и выражениями.

А если окажется, что это недопустимо? Если, рассказав Глебу об этом, я подставлю целый отдел? Но от того, что на рабочем месте я постоянно слушаю музыку в наушниках, у меня всё чаще болит голова.

Когда я поделилась своими терзаниями с Никитой, он только повеселился.

– Поверь, это не самое страшное, – сообщил он. – Вот если бы офис был в подвале, и не выплачивали бы зарплату месяцами…

– Но у вас, например, так тоже не принято?

– Случается. Роняешь ящик на ногу при разгрузке товара, и…

– Это же частный случай! А они матом не ругаются – они на нём разговаривают.

– Если тебя так корёжит, иди воспитательницей в детский сад, – веселился Никита. – Хотя, боюсь, современные детки тоже смогут кое-чему тебя научить. Послушай, Шефф, это твоя единственная проблема в офисе?

«Если не считать мыслей о том, помнит Глеб нашу стычку или нет… Напряжение из-за постоянного стремления не облажаться… Проблемы с тем, как одеваться в качестве ассистента директора «Лидершип»…»

– Единственная, – кивнула я.

– Расслабься.

– Спасибо…

– Или задай прямой вопрос боссу! Как это влияет на эффективное управление жизнью и карьерой? Какие вибрации излучают матерные выражения?

– Да ну тебя!

– Или уволься, – совсем уж вредным голосом добавил Никита.

– И чтобы кто-то получал мою гигантскую зарплату вместо меня? Ещё чего не хватало!

– Кстати, когда она у тебя? Не мешало бы заплатить за интернет и за квартиру. Я тут купил кое-что из продуктов, кинул денег на телефон, но ещё пришлось покупать подарок Маринке.

– Скоро… – протянула я. – Осталось день простоять и ночь продержаться.

– И то хлеб. Между прочим, учти, что Марина тебя тоже приглашала.

– К ней домой?

– Нет. Празднование в каком-то кабаке. Ирландский паб… кажется.

Я сглотнула.

– Приглашение на одно лицо?

– Разумеется.

Лицо Никиты, только что бывшее оживлённым и весёлым, застыло и стало отстранённым.

– Но ты ведь знаешь, что я не одна.

– Вер…

– Тебе не надоело? Детский сад давно позади. И делить вам нечего!

– Имею я право не общаться с теми, кто мне неприятен?

– Это даже не домашний праздник! Какой-то паб! Будем сидеть на разных концах стойки! Вы друг друга даже не заметите.

– Нечего тут обсуждать. – Никита уткнулся в телефон, стал что-то просматривать на нём.

– Иногда мне кажется, что тебе не девятнадцать, – задумчиво произнесла я, – а все сорок лет.

– Ничего страшного. Ромео с Джульеттой умерли ещё раньше.

Мне стало казаться, что я существую в вакууме.

Прошли выходные, прошла ещё часть рабочей недели. Глеб плотно застрял в командировке. С Машей я почти не общалась – все инструкции от босса теперь поступали в мою электронную почту. Последнее задание оказалось даже забавным. На одном из своих семинаров Глеб попросил участников об обратной связи. Участники писали свои отзывы и впечатления, после чего отправляли их Глебу на «мыло». Глеб, не глядя, пересылал эти отзывы мне. Моей задачей было внимательно читать их и отбирать самые интересные. Или неожиданные. Или нестандартные.