Подчиниться его приказу - Кейт Хьюит

– Медовый месяц? – изумленно повторила Оливия. – Это правда… необходимо?

– Боюсь, что да.

Азиз сидел напротив нее, за столом в одной из малых столовых дворца. Он был одет в темно-синий костюм, волосы все еще влажные после душа, и трудно было поверить, что прошлой ночью они занимались любовью почти до рассвета. Всю брачную ночь напролет. Теперь, в холодном свете дня, все сомнения Оливии вернулись. Азиз снова казался незнакомцем. Она не могла дать ему знать, как на нее повлияла прошлая ночь. Узнай он, наверное, пришел бы в ужас.

– Почему? – спросила она, пока Азиз разливал кофе.

– Нам обоим лучше несколько дней оставаться подальше от посторонних глаз. О заключении брака уже объявили, но имя невесты не оглашали.

– Но все считают…

– Что это Елена. Да, я знаю. – Азиз очень кисло улыбнулся. – Понадобится очень деликатный дипломатический маневр.

– Так как ты собираешься это провернуть?

– Сначала я хочу поговорить с Халилем, организовать освобождение Елены.

– Как будто это так просто!

– Нет, просто необходимо. Теперь я женат, и у него больше нет причин ее удерживать. Надеюсь, он поведет себя разумно и откажется от своей жажды мести.

– Может быть, им движет не месть, – задумчиво сказала Оливия.

Азиз поднял на нее взгляд:

– Что тогда?

– Может быть, он, как и ты, хочет искупить прошлое. Хашем дурно обошелся с вами обоими, с каждым по-своему.

Азиз заметно возмутился:

– Хашем изгнал его, потому что Халиль не его сын!

– Но он считал себя сыном Хашема, и это наверняка глубоко уязвило его. Он потерял все, что знал, Азиз, когда был совсем ребенком.

– Он жил в Америке, купаясь в роскоши, – сухо сказал Азиз. – Прости, но я не могу его пожалеть.

– Я и не прошу его жалеть, – ответила Оливия. – Честно говоря, он мне безразличен. Но… – Она тихо вздохнула, помедлив. – Мне не все равно то, какую роль он играет в твоей жизни. Может, есть способ положить конец этому конфликту, прийти к миру? Не только для Кадара, но и между тобой и Халилем.

Азиз издал недоверчивый смешок:

– Мир между мной и Халилем? Никогда.

– Такое нежелание прощать на тебя не похоже, Азиз, – укорила она.

– Ты не знаешь…

– Чего? Расскажи мне. – Она затаила дыхание. Ей хотелось, чтобы Азиз поделился с ней чем-нибудь личным. Хотелось понять его, помочь ему.

Потому что она влюблялась в него. И не могла остановиться.

– Ничего особенного, – сказал Азиз твердо. – Не важно. В любом случае сейчас не обязательно разговаривать о политике. Несколько дней мы можем просто получать удовольствие.

Оливия кивнула, понимая, что пока надо оставить его в покое.

– Куда мы едем?

– В другую королевскую резиденцию, на побережье. Далеко от всех, очень красивое место. Тебе наверняка понравится.

– У меня нет одежды и косметики.

– Ты получишь все, что нужно. – Он поколебался, не выдавая эмоций. – Если только ты не хочешь вернуться в Париж? Условия нашего соглашения позволят…

– Не хочу, – перебила его Оливия, не желая думать о документах, которые описывали их брак как деловой контракт. – Хотя когда-нибудь придется, мне нужно забрать вещи.

– Конечно. Ты можешь отправиться туда когда захочешь, конечно, если у тебя не будет обязанностей при дворе.

Оливия посмотрела на него, подавляя желание спросить, будет ли он скучать или предпочтет, чтобы она уехала. Может, лучше, если она не будет путаться у него под ногами. Она не знала, что Азиз чувствует, и абсурдно было думать, что он вообще что-то чувствует к ней после того, как шесть лет она просто на него работала. Их отношения, их брак – это нечто совершенно новое и непонятное.

– Значит, решено. – Азиз поднялся из-за стола. – Встретимся в фойе через час. Мы полетим на побережье на вертолете. За дворцом есть посадочная площадка.

Через час они летели в вертолете высоко над пустыней. Арабское море искрилось в отдалении, словно драгоценный камень на солнце. Азиз сказал, что перелет займет не больше часа, и все это время Оливия смотрела в окно, завороженная аскетичной красотой пейзажа. По пустыне были раскиданы большие черные скалы, словно великан разбросал камни.

Когда они подлетели к морю, прорисовалась неровная, неприступная линия побережья. Дворец был спрятан в маленьком заливе, куда можно было попасть только на вертолете или на лодке. И когда Оливия увидела его, у нее захватило дух. Выстроенная из того же мягкого золотистого камня, что и дворец в Сиаде, эта резиденция выглядела совершенно иначе: здание уходило прямо в окружающие его скалы, но над ним к небу поднимались изящные башни.

– Впечатляет? – усмехнулся Азиз. – Я сам был здесь всего раз.

Оливия последовала за ним по ступеням, высеченным в обрывистой скале и поднимавшимся от посадочной площадки к дворцу.

– Почему так мало?

Азиз пожал плечами:

– Ты же знаешь, я старался как можно меньше бывать в Кадаре. Кажется, мы приезжали сюда на какое-то семейное торжество – день рождения отца, насколько я помню. – Его голос звучал безразлично, словно воспоминание ничего не значило, но Оливия не вполне в это верила.

– Расскажи мне о своем отце, – тихо сказала она.

Азиз, шедший на несколько ступеней впереди, явно напрягся.

– Господи, зачем мне о нем говорить? – спросил он после паузы.

Оливия подождала, пока они не добрались до верха крутой лестницы и не оказались перед резной деревянной дверью дворца.

– Потому что я знаю, что у вас были сложные отношения, которые влияют на тебя до сих пор. Я хочу понять…