Тайны одинокого сердца - Рей Морган

Она вгляделась в суровое лицо старика, но оно оставалось непроницаемым.

— Вы его об этом спрашивали?

Она покачала головой:

— Нет, Макс никогда в наших беседах не касался этой темы, а я боялась причинить ему боль напоминанием о той аварии.

Старик медленно покачал головой:

— Думаю, будет лучше, если вы спросите его об этом прямо, мисс.

Вздохнув, Изабелла кивнула, понимая, что он прав. Выйдя на террасу, она стала смотреть на звезды и вспоминать тот день, когда Макс рассказал ей о гибели Лауры. Расскажет ли он ей все сейчас?

Принц присоединился к ней через некоторое время. Подняв руку, она коснулась его шрама:

— Макс, мне нужно знать, как это произошло.

Он накрыл ее ладонь своей.

— Тебе нужна официальная версия или правда?

В его словах была горечь, но взгляд оставался ясным.

— Разве не говорят, что правда освобождает?

— Мы говорим много вещей, которые с виду кажутся умными, а на деле пусты и легковесны, как мыльные пузыри, — ответил он, засовывая руки в карманы. — Хорошо, Белла, ты сама напросилась. — Он откинул назад голову, словно собрался любоваться звездами. — Это случилось в ту ночь, когда погибла Лаура.

Ее сердце упало. Именно такого ответа она и боялась.

— Я повез ее безжизненное тело в больницу, надеясь лишь на чудо. Врачи старались. Они сделали все, что было в их силах, но она… — Его голос дрогнул, и он ненадолго замолчал, собираясь с духом, чтобы продолжить рассказ.

У Изабеллы защемило сердце, и она прижала ладонь к груди, желая разделить с ним его боль. Но это было невозможно. Это его крест, и ему придется нести его до конца своих дней. Изабелла могла только надеяться, что ее присутствие хоть немного облегчит его страдания.

— Она по-прежнему была мертва, — наконец произнес он безжизненным тоном. — Они оказались неспособны совершить чудо. Я был уничтожен. Я позволил моей жене и нашему неродившемуся ребенку умереть, пока спал всего в нескольких футах от них. — Он пристально посмотрел на нее. Ее глаза горели. — Боль, ужас и чувство вины были невыносимы. На обратном пути я обнаружил, что мчусь на предельной скорости. У меня не было причин соблюдать осторожность. Без Лауры мне было больше незачем жить. Моя жизнь стал бы адом на земле. Я не видел смысла ее продолжать.

— О, Макс… Неужели ты…

— Я специально направил свой автомобиль на бетонную опору моста. Мне хотелось только одного: присоединиться к Лауре. — Он снова посмотрел на нее. — Теперь ты все знаешь.

— Да, — еле слышно прошептала Изабелла.

Попытавшись положить конец своим страданиям, он только их усилил. Возможно, именно этого он и хотел. Она кивнула. Это ее не удивило бы. Ее охватила глубокая печаль. Макс сам создал свой ад на земле и не знал, как из него выбраться. Она не могла произнести ни слова, ее душили слезы, зато теперь она лучше его понимала. Он отгородился от остального мира, потому что думал, что заслужил это. И дело не только в том, что ему не нравилось, как люди реагируют на его лицо. Это было наказание. Он решил, что не заслуживает иметь связь с остальным человечеством. Это его крест, его пожизненный приговор, который не подлежал обжалованию.

Изабелла больше была не в силах сдерживать слезы, и они потекли по ее щекам. Она попыталась отвернуться, но Макс ей не позволил. Он нежно ее обнял и прижал к себе. Уткнувшись лицом в его плечо, она оплакивала Лауру и ее неродившегося малыша. Оплакивала несчастную жизнь Макса.

— Не надо, Белла, — наконец произнес он. — Я получил по заслугам.

От этих слов она еще сильнее расплакалась, и он крепче прижал ее к себе и стал поглаживать по волосам.

Наконец успокоившись, она слегка отстранилась и, вытерев щеки, улыбнулась.

— Посмотри, я испортила тебе футболку, — произнесла она, потрогав мокрую ткань у него на груди.

Его сердце билось так часто, словно он только что пробежал пару миль. Словно он чувствовал…

В ответ ее пульс тоже участился. Затем она подняла глаза, и ее губы приоткрылись. Макс пристально на нее смотрел, и она чувствовала — внутри него идет борьба. Ему хотелось поцеловать ее не меньше, чем ей его. Почему он так борется со своим влечением к ней?

В последнее время этот вопрос беспокоил ее все чаще. Она еще не питала таких глубоких чувств ни к одному мужчине. Ей хотелось ему об этом сказать, крепко его обнять, почувствовать вкус его губ на своих губах.

Он поцеловал ее в тот день, когда она пробралась в его дом, чтобы приготовить для него соус. Их встреча была неожиданной, и он оказался к ней не готов. Он не успел запереть свои эмоции на замок, и они выплеснулись наружу в страстном поцелуе. Он был так хорош с обнаженным торсом и мокрыми волосами.

Она знала, что Макс к ней неравнодушен. Что его сильно к ней влечет. Всякий раз, когда их взгляды встречались, между ними проскакивал электрический разряд. Когда вечером он помогал надевать ей куртку, его руки задерживались на ее плечах. Она знала, что в эти моменты ему хотелось опустить их чуть ниже и накрыть ее грудь. Все же он сдерживался.

Она быстро повернулась и легонько задела грудью его обнаженную руку. Ее соски тут же затвердели под тонкой тканью топа. Макс это заметил, и его кадык дернулся, а глаза стали почти черными. Он сжал руки в кулаки, чтобы устоять перед искушением и не коснуться ее.

Время шло, но он так ее и не поцеловал. Неожиданно он отвернулся, словно ему было невыносимо на нее смотреть.

Изабелла знала, в чем заключается его проблема. Он считает, их дружеские отношения не могут превратиться во что-то серьезное и продолжительное, и не хочет, чтобы она питала пустые иллюзии. Изабелла понимала — он прав, но, когда находилась рядом с ним, ей было все равно. Ей просто хотелось прикасаться к нему, целовать его, наслаждаться его близостью.

Поэтому она продолжала ждать. Ее губы по-прежнему были приоткрыты, веки чуть опущены. Всем своим видом она умоляла его о поцелуе.

— Изабелла, — вдруг произнес Макс хрипловатым голосом. — Cara mia. — Он покачал головой.

— Макс. — Схватив его за руку, она яростно сверкнула глазами. — Если ты сейчас же меня не поцелуешь, я уйду и никогда больше не вернусь!

Его взгляд потеплел, и он рассмеялся.

— Белла, — нежно сказал он, убирая ей за ухо прядь волос, — ты лжешь.

— Думаешь, я бы вернулась? — с вызовом бросила она.

Он притянул ее к себе.

— Я знаю, ты бы вернулась. — Он был так близко, что его дыхание щекотало ей губы. — Но на всякий случай скреплю сделку.

И он наконец ее поцеловал.

Едва он коснулся губами ее губ, как от ее ярости не осталось и следа. Именно этого она и ждала. Ради этого жила в последнее время. Почувствовав, как Макс возбужден, Изабелла испытала чувство облегчения. Он хотел ее не меньше, чем она его.