Фархад и Евлалия - Ирина Горюнова

Света сосредоточенно ездила по объектам в поисках подходящего жилья. Приклеившийся к ней, как рыба-прилипала, крепко сбитый, низкорослый риелтор Ваня терпеливо вышагивал рядом, докладывая об особенностях той или иной квартиры. Местоположение, метраж, количество собственников, серия дома, характер застройки микрорайона, наличие или отсутствие лоджии, лифта, консьержки – все скрупулезно докладывалось им клиентке. Он галантно придерживал дверь, пропуская даму вперед, подавал руку на обледенелых ступенях подъездов и никогда не перебивал ее в разговоре. Приехав из города Стародуба Брянской области пять лет назад, Ваня усердно трудился на рынке недвижимости и уже успел обзавестись персональным жильем. С явным удовольствием Света отметила про себя его холостяцкое положение. Похоже, причиной тому была Ванина робость в общении с прекрасным полом вне рабочих моментов.

Как-то раз в перерыве между осмотрами квартир они зашли перекусить в кафе и разговорились. Ваня рассказал, что когда приехал в Москву, с утра до ночи ходил по городу – знакомился со столицей. Так продолжалось несколько месяцев.

Его путь к успеху не был простым и безмятежным. Хозяйка первого агентства, полная и животастая Фимка – Ефимия Артемьевна, перекатывалась по офису на коротеньких ножках-бочонках и зорко следила за порядком. Бедолаги-рабы, прикованные к рекламным телефонам, прятали взгляд, когда она прокатывалась мимо, и, похоже, переставали соображать, что же они лепетали в этот момент в телефонную трубку потенциальным клиентам.

За первые два месяца ни одной сделки у Вани не прошло. Потом появился просвет – маленькая однушка на вторичном рынке, в Ясенево. Гонорар он в итоге получил мизерный, Фимка как следует поиздевалась и откровенно его надула. Впрочем, бог с ними, с подробностями. Но постепенно Ваня стал обучаться различным тонкостям, распознаванию и обходу многочисленных ловушек, и тогда денег стало больше. Особенно в тот момент, когда он рискнул уйти в другую фирму.

Упорство Вани и его непрошибаемое спокойствие вкупе с крестьянской хваткой Светлане очень даже понравились. Мысленно она примеряла крепыша на роль мужа, и по всему он подходил ей гораздо больше утонченного и непонятного Фархада. Она прогоняла эти мысли, но они снова возвращались. Света крепилась. Ей где-то надо жить.

Ваня подучил ее делать кислую мину при осмотре квартир, чтобы продающая сторона не завышала цену. У Светы это хорошо получалось. Она наметанным глазом выискивала недостатки и тут же о них говорила. Да и сам процесс поисков и торга с каждым днем захватывал ее все больше.

Наконец подходящий вариант был найден, аванс из Фархадовых денег внесен, и время обретения искомой норки становилось все ближе. После заключения сделки Света пригласила Ваню в ресторан – обмыть покупку.

– Ну что, за тех, для кого квартирный вопрос все же решается! – произнес Ваня, поднимая бокал с шампанским.

– За нас, – поддержала Света, – решивших его раз и навсегда.

– Будешь переезжать сразу или сначала сделаешь ремонт?

К тому времени они уже перешли на ты.

– Буду переезжать. На ремонт еще скопить нужно.

– А твой друг не поможет?

– Он мне не друг, Ваня. Фархад откупается от меня, чтобы не испытывать угрызений совести за то, что променял меня на другую.

И Света озвучила собеседнику основательно подправленный ею вариант истории, из которой следовало, что разыгравшаяся трагедия сильно подкосила ее и в итоге она совершенно перестала доверять людям. Ваня согласно покачивал головой. В его глазах светилось сочувствие и желание успокоить и утешить чудесную девушку, так неожиданно ворвавшуюся в его жизнь. Увидев его реакцию, Света пошла ва-банк и рассказала о предательстве мачехи, жизни в детдоме и своем путешествии в Москву.

– Впрочем, давай не будем о грустном, – произнесла она, словно спохватившись.

– Давай выпьем за тебя! – подхватил Ваня. – За твою новую жизнь на новом месте! Пусть тебе сопутствует успех.

– Спасибо, Ваня! – глаза Светы повлажнели.

– Слушай, а как же мебель? Мебели-то у тебя же, наверное, тоже нет?

– Ничего, посплю на полу первое время. Что-то куплю в кредит, если дадут. Слава богу, бывшие хозяева оставили кухонный гарнитур. Холодильник зимой не нужен, еду можно хранить на балконе. Так что все чудесно.

– Давай я поговорю с твоим другом?

– Ты что! Ни в коем случае. Я и так чувствую себя неловко. Но квартиру он предложил сам, а если я буду что-то еще просить, стану выглядеть вымогательницей.

– Не будешь, ведь инициатива исходит не от тебя.

– Нет, Ванечка. Спасибо тебе, ты такой добрый и милый. Что бы я без тебя делала!

Света потянулась через стол и погладила Ваню ладошкой по щеке. Молодой человек смутился и непроизвольно прижал ее руку своей. Ему показалось, что именно ее он представлял в своих мечтах, но сказать об этом вслух не решался, потому что не мог и вообразить, что девушка благосклонно воспримет его признание. Света интуитивно чувствовала Ванины затруднения.

– Давай поедем в мою новую квартиру? – предложила она. – Хочу выпить шампанского там. Так будет правильно. Я все еще не верю в ее реальность.

– Конечно.

Ваня сам расплатился по счету и, выйдя на улицу, поймал такси. Ему хотелось устроить Свете настоящий праздник. В машине ехали молча – он стеснялся, она размышляла о новых перспективах.

Поднявшись в квартиру, они замешкались в коридоре, пытаясь отыскать выключатель. Света оступилась и упала прямо в объятья риелтора, не спешившего выпускать ее из рук. «Ну давай же, рохля», – подумала девушка и потянулась к нему губами. Неловко извиваясь приникшими друг к другу телами, они сбросили верхнюю одежду, содрали обувь и протиснулись на кухню. Ваня посадил ее на стол и провел рукой по обнажившейся груди. Грудь, освобожденная от оков бюстгальтера, терлась о рубашку Ивана, словно напоминая о лишнем облачении. Грубоватые набухшие от возбуждения коричневатые соски вызывающе топорщились.

Оказавшись на голом линолеуме, они жадными резкими движениями срывали друг с друга остатки одежды. Ваня вбивался в нее так, словно от этого зависела его жизнь, а Света дергалась и выла подобно обезумевшему зверю. Инструмент ее нового знакомого оказался невероятных размеров, но словно был создан под нее. Такого удовольствия она еще не испытывала. Распахнутое межножье вбирало долгожданную добычу с жадностью росянки, хватающей насекомое. Всхлипывая и чавкая, оно поглощало трепещущую плоть, зажимая внутри себя и отпуская вновь. Света развела руками лепестки, открываясь полностью, чтобы вкусить его настолько полно, насколько это вообще возможно. Предчувствуя извержение, он дрожал, задыхался и стонал, не прерывая ни на секунду энергичных движений. Плотоядный цветок вместил семя и исходил соками. Сладостные, перемешанные с болью сокращения мышц волнами прокатывались по их телам, постепенно затухая.

– Это было волшебно! – выдохнула Света, обнимая Ивана.