Пусть об этом знают все - Рита Навьер

А первой парой между тем был английский как раз у Изольды.

Алена чуть ли не вприпрыжку помчалась вверх по лестнице – зря все-таки ждала Дениса, теряла время. Звонок застиг ее в пролете между третьим и четвертым этажом, призывая ускориться, – Изольда с особым смаком словесно четвертовала опоздавших.

Чуть запыхавшись от быстрого подъема по лестнице, Алена приостановилась, отдышалась и свернула в опустевший коридор. И тут же вздрогнула от неожиданности. Дыхание и так сбилось, а тут и вовсе горло перехватило.

Максим… Привалившись спиной и затылком к стене, он стоял возле ее аудитории, скрестив ноги и заложив руки в карманы джинсов.

Вроде бы он и не видел ее, и не смотрел даже, но, когда она, волнуясь, подошла ближе, поздоровался:

– Привет, сестричка.

Ну как тут оставаться собой, когда от одного его голоса кожа покрывалась мурашками?

– Привет, – нашла она в себе силы ответить более или менее спокойно.

– На пару торопишься? – кивнул он на аудиторию.

– Да, у меня английский, – потянулась она к ручке двери, но он тут же преградил ей дорогу.

– Может, прогуляешь разок?

Под его пристальным взглядом лицо предательски вспыхнуло.

– Зачем? – хотелось сказать холодно, а получился какой-то лепет.

– Прошвырнемся немного. Покажешь, где тут что и как у вас. Поболтаем заодно.

– Нет, я не пропускаю занятия, – глухо ответила она.

– Ой, да ладно, ничего страшного не случится.

– Нет, не могу.

– Ну давай тогда после занятий встретимся?

Максим наклонился к ней совсем близко. Смотрел в глаза и улыбался краешком губ, немного насмешливо, как будто чувствовал, что чем он ближе, тем меньше она владеет собой.

Алена отстранилась. Хоть и в смятении, но ответила твердо:

– Нет, Максим. Я думаю, нам не о чем разговаривать.

– Ошибаешься…

Дверь аудитории распахнулась, и в коридор выглянула Изольда. Стрельнула взглядом в Максима, затем повернулась к ней:

– Рубцова! Все никак с кавалерами своими не наворкуешься? Лучше бы такой пыл на учебу направила. Опять будешь блеять овцой, о чем ни спроси?

Алена почувствовала, как зажгло лицо, точно от пощечины. Взглянула исподлобья на ненавистную англичанку, пытаясь придумать достойный ответ. Но риторика, увы, не ее конек. Так было всегда. И чем сильнее волнение, тем глуше словесный затык. Хоть плачь!

– Э, мадам! – шагнул к ней Максим. – Давайте-ка на полтона ниже. И выражения выбираем, о’кей?

– Максим, – зашипела Алена.

Изольда ему не ответила, лишь прищурилась и зачастила на английском:

– Keep in mind, Rubtsova, you are to take my exam in January. I’ll be assessing you on your knowledge only. Your other skills will not be taken into account. So far I can’t see much of it ^[5].

– You just look in the wrong direction ^[6], – снова вмешался он.

– What? ^[7] – она повернулась к Максиму.

Тот с завидной невозмутимостью выпалил на беглом и чистейшем английском:

– If you were really interested just in knowledge, you would’ve not cling to these other skills, as you put it. Do you know what your phrase «have not coo with the boys» is telling about? That you do not have anyone to coo. That’s where such an annoyance comes from ^[8].

Изольду его слова задели, было видно. С минуту она смотрела на него молча, только крылья носа трепетали. Потом процедила:

– Хамство, молодой человек, еще никого не красило!

– Так вы себе это скажите.

Изольда развернулась и зашла в аудиторию. Алена поспешила за ней, чувствуя, что вмешательство Макса ей еще ой как отольется.

И правда, отыгралась она на ней по полной программе.

Хотя половину пары Изольда делала вид, что попросту не замечает ее. Не задавала ни единого вопроса, демонстративно не смотрела в ее сторону, но затем, видно, нрав взял свое, и понеслось: что ни вопрос – то с каверзой, что ни фраза – то с подковыркой. А под конец пары и вовсе будто распоясалась. В открытую оскорбляла. Даже вроде как привыкшие к ее язвительности одногруппники недоуменно переглядывались. Алена пару раз возмутилась, но лучше бы, наверное, молчала, потому что каждое ее слово Изольда выворачивала и высмеивала. А потом, уж не скрывая мотивов, выдала:

– Вы, зеленые глупцы, недоросли, бездарные неучи, думаете, что весь мир вращается вокруг постели. Думаете, что если есть, с кем ее разделить, значит, это дает вам какие-то преимущества. Думаете, это главное? Если вы и впрямь так считаете, то вы смешны и убоги.

Разражаясь этой гневной речью, Изольда глаз с Алены не сводила, так что все в аудитории поняли, по ком звонит колокол. Но при этом поняли все неправильно! Решили вдруг, что Изольда ее застукала за чем-то неприличным, вот и сорвалась.

И после пары обсуждали – шепотом, но довольно громко, до Алены, во всяком случае, долетало. И косились. Пусть беззлобно, но все равно приятного мало. Одна из девчонок, Юлька Аксенова, высказалась в лоб, подхихикивая. Хотя сама по успеваемости плетется в хвосте, еще и прогуливает постоянно. Преподаватели обычно на нее ругаются, а к Алене, наоборот, благоволят, а тут надо же, отличнице перепало!

– Рубцова, ты прямо в моих глазах выросла! Я уж думала, ты такая вся правильная и скучная, а ты всех нас переплюнула. Колись, чем вы там с Яковлевым занимались? А главное, где?

– Не придумывай всякую ерунду! – буркнула Алена, сгорая от стыда.

* * *

Максим выловил ее в холле, однако, взвинченная отповедью Изольды, Алена сразу же пресекла все его предложения:

– Я никуда с тобой не пойду. Я не буду с тобой встречаться. И говорить мне с тобой не о чем, – говорила она взволнованно, но весьма решительно.

– Почему это? – Он приподнял бровь в притворном изумлении. И губы его слегка подрагивали, точно он сдерживал смех.

Алена рассердилась. По его милости ее опозорили, а ему весело!