Полет длиною в жизнь - Даниэла Стил

Прошло не меньше часа, прежде чем Джо решился спросить Кейт,не хочет ли она подняться с ним в воздух хотя бы на несколько минут. Он былуверен, что Кейт понравится ощущение, которое испытывает каждый человек — дажепассажир, — когда самолет отрывается от земли и начинает набирать высоту.И действительно, Кейт ни секунды не колебалась.

— Сейчас? — только и спросила она.

В ее глазах не было никаких признаков тревоги или страха —только любопытство, возбуждение и восторг. Она понимала, что с его стороны этосамый дорогой дар, на какой он только способен. Кроме того, Кейт уловилапроисшедшую с ним перемену. Стоило Джо оказаться возле своего аэроплана, как онначал держаться увереннее. Кейт вдруг снова показалось, что он похож на готовуювзлететь птицу, и удерживать его на земле с ее стороны было бы просто жестоко.

— Мне бы очень хотелось, Джо, — сказалаона, — но… разве это можно?

— Почему нет?

Джо пожал плечами, и глаза его вспыхнули таким счастьем, чтоКейт невольно зажмурилась. Все запреты и предупреждения Элизабет были ею тут жезабыты — сейчас для нее существовало только одно…

— Тогда — летим, — твердо сказала она, и Джо тутже отправился на контрольную вышку, чтобы получить разрешение на вылет. Черезнесколько минут он вернулся и улыбнулся Кейт такой широкой улыбкой, какой она унего никогда прежде не видела.

— Летим! — крикнул он, широко разводя руки встороны, словно хотел обнять и ангар, и самолет, и ее самое.

Самолет Джо был всего-навсего двухместным, в его кабинемогли поместиться только пилот и штурман — или пассажир. Однако по своимтехническим характеристикам он превосходил многие стандартные модели того жекласса, к тому же его дальность полета была весьма внушительной. Всего этогоКейт, конечно, не знала, однако ей было достаточно общего впечатления, котороепроизвел на нее самолет. Он выглядел очень гармоничным и пропорциональным, Кейтдаже подумала, что в Джо погиб талантливый художник. На ее взгляд, толькоЛеонардо мог бы создать столь совершенную конструкцию.

Кейт совсем не испугалась, когда Джо легко запустилдвигатель и медленно выехал из просторного ангара на рулежную дорожку. Он такподробно объяснял ей, что и зачем делает, что у Кейт даже появилось ощущение,будто она управляет самолетом вместе с ним.

Джо собирался подняться в воздух всего на несколько минут,чтобы Кейт успела испытать ощущение полета, но когда шасси оторвалось от земли,Джо внезапно подумал о том, что прежде не приходило ему в голову.

— Послушай, Кейт, ты случайно не подвержена «морскойболезни»? — спросил он.

Кейт рассмеялась в ответ, и у Джо сразу отлегло от сердца.Он с самого начала знал, что такая замечательная девушка не должна бояться ниморской качки, ни воздушных ям. И иначе просто не могло быть, потому что, еслибы она боялась летать, это бы все испортило.

— Нет, Джо, меня никогда не тошнит, — сказалаона. — А что, ты собираешься совершить несколько фигур высшего пилотажа?

В ее голосе ему почудилось радостное предвкушение и восторг,и Джо рассмеялся. Еще никогда их душевная близость не представала перед ним стакой очевидной ясностью.

— Вообще-то, нет. Думаю, мы попробуем «бочку» и«иммельман» в следующий раз, — ответил он, пока самолет набирал высоту.

В первые несколько минут полета Кейт и Джо беспечно болтали,но вскоре оба погрузились в молчание. Прислушиваясь к негромкому рокотудвигателя, Кейт во все глаза смотрела по сторонам, но время от временипоглядывала на Джо. В эти минуты он выглядел именно таким, каким Кейт всегдаего представляла, — спокойным, уверенным, гордым, сильным и властным. Онповелевал машиной, которую сам построил, и казался настоящим хозяиномбескрайних голубых пространств, в которые они поднялись. Еще никогда Кейт невстречала человека, который бы казался ей столь могущественным; Джо былволшебником, почти богом, властвующим над небесами вокруг. Он был рожден, чтобыповелевать облаками, ветрами и воздушными течениями, и Кейт не сомневалась, чтоникакой другой человек — даже сам Чарльз Линдберг — не может делать это лучше,чем он. Если раньше ее просто влекло к Джо, то теперь — с той самой минуты,когда самолет оторвался от твердой земли, — он стал для нее неотразимым. Ииначе, наверное, просто не могло быть. В Джо воплотилось все, о чем она мечталаи чем восхищалась. Сила, свобода, радость — наверное, все это было в немвсегда, но только теперь Кейт сумела ясно увидеть это. Если прежде Джонапоминал ей большую неуклюжую птицу, вынужденную ходить по земле, то теперь онрасправил крылья и взлетел над заснеженными полями и перелесками, словномогучий орел — полновластный владыка воздушного океана. Ощущение былонепередаваемым, и единственное, чего хотелось Кейт, когда они наконецприземлились в искристом облаке взметенных пропеллерами снежинок, это сновавзмыть с Джо в морозную голубизну. Еще никогда Кейт не чувствовала себя такойсчастливой, а невидимая связь между ней и Джо стала еще крепче, чем прежде.

— Боже мой, Джо, это было… великолепно. Спасибо! —воскликнула она, когда Джо загнал самолет в ангар и выключил двигатель.

Кейт понимала, что он поделился с ней самым дорогим, исовместный полет стал для обоих чем-то вроде языческого ритуала братания. Аможет, и чего-то большего, чем братания?.. Кейт не раз слышала выражение «бракизаключаются на небесах», но ей и в голову не приходило воспринимать его такбуквально.

Джо повернулся к ней, и лицо его выражало страннуюумиротворенность.

— Я очень рад, что тебе понравилось.

Он вдруг подумал, что, если б было иначе, его постигло быглубокое разочарование. Но, к счастью, Кейт оправдала все его надежды. Больше,чем оправдала! И теперь Джо казалось, что последние разделявшие их барьерыисчезли, унесенные в небытие потоками воздуха от винтов его машины.

— Мне не просто понравилось, Джо. Мне… я… — Кейт намгновение задумалась, подыскивая подходящие слова, чтобы выразить все, что творилосьв ее душе. — Я в восторге. В самом настоящем восторге, — закончилаона торжественно.

— Хочешь, я научу тебя водить самолет? — негромкоспросил Джо.

— Конечно, хочу! — воскликнула Кейт, и в ее ясныхголубых глазах заплясали озорные искры. — Спасибо… Только ничего не говоримаме: она меня убьет. Или тебя. А скорее всего — нас обоих. Я обещала ей, чтоне буду летать.

Но ей уже было ясно, что сдержать свое обещание она несможет. Кейт уже не в силах была отказаться от того, что только что пережила. Идело было не только в новом и прекрасном ощущении полета. Главное, она увиделаДжо в его «естественной среде» и поняла, что он действительно самыйудивительный человек, каких она когда-либо встречала. Удивительный, уникальный,единственный в своем роде. Во всем мире не было другого такого. Ее восхищалоего мастерство, его неповторимый стиль, его уверенность, его… Кейт было трудносформулировать. И, уж конечно, она не знала, что именно это качество такпоразило Чарльза Линдберга, когда он впервые увидел Джо за штурвалом. У негобыла душа летчика. Или, вернее, душа птицы, потому что летчиками все-такистановятся, а птицами — рождаются. И не какой-нибудь птицы, а орла — самоймогучей, самой быстрой, самой красивой птицы, какую только создала природа.