Обожаю тебя ненавидеть - Джо Уотсон

Я медленно подняла на него глаза. Бен положил телефон на стол и откинулся на спинку стула. Он улыбался, уверенный, что сообщение произвело на меня впечатление. Он знал, что сбил меня с толку. Знал, что такому интимному признанию намного сложнее противостоять, чем его пошлым шуточкам. Мы, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза, мой живот снова скрутило.

А затем почувствовала, будто невидимая рука Бена потянулась ко мне. Это было настолько реалистично и сильно, что каждая частичка тела желала оказаться рядом с ним, и я ничего не могла с этим сделать. Я чувствовала, как немного наклонилась в его сторону, Бен сделал то же самое.

– Хорошо! Передаю вам слово, если у кого-то есть вопросы или кто-то хочет что-то добавить.

Голос Рэймонда отрезвил меня. Я оторвала взгляд от Бена и посмотрела на скучающих, качающих головами участников собрания.

– Если ни у кого нет добавлений, я бы хотел обсудить еще один вопрос, – Рэймонд выдержал театральную паузу, будто пытался придать важности моменту. – Мое внимание привлекло нечто возмутительное, – он понизил голос, и его повествование стало каким-то зловещим. – Это происходит не в первый раз. Так продолжаться не может.

Люди немного оживились.

– Кто-то, возможно он, даже находится сейчас в этой комнате, намеренно нарушает правила, снова и снова, и это может стать причиной катастрофических последствий. – Его устрашающий тон как будто загипнотизировал всех присутствующих. – У меня есть вещественные доказательства. – Рэймонд встал, прошел через комнату и начал копаться в сумке. Я почувствовала, как телефон снова завибрировал.

Бен: Как думаешь, что это?

Сара:??

Бен: Надеюсь, что-нибудь интересненькое. Я уже умираю от скуки.

Сара: Я тоже! Все бы отдала за какой-нибудь экшен прямо сейчас.

Рэймонд вернулся на место и молча поставил на стол коробку. Все наклонились поближе. Я узнала ее. Это была моя коробка.

– Кто-то, – трагически начал Рэймонд, – использует порошковые средства для стирки в автоматических стиральных машинах.

В комнате повисла пауза, будто люди пытались понять, что в этом такого. Хотя было несколько человек, которые качали головами, пораженные увиденным.

Боже мой! Да какая вообще разница? Мой порошок для ручной стирки не портит стиральные машины!

– Для тех, кто сейчас теряется в догадках, я объясню. – Он поднял коробку. – Порошок для ручной стирки создает большое количество пены, которая не позволяет по-настоящему хорошо отстирать белье в машинке. Поэтому, если вы используете такой порошок, то лишаете нас возможности получить по-настоящему чистое белье.

Я сделала над собой усилие, чтобы не закатить глаза из-за абсурдности происходящего. Я посмотрела на людей: его слова возымели эффект на несколько человек, которые тщательно осмотрели свою одежду.

– Итак, если владелец незаконного порошка сейчас находится в этой комнате или здесь есть кто-то, кто располагает информацией по этому вопросу, я настоятельно прошу вас высказаться.

И тут произошло что-то действительно странное. Бен поднял руку.

– Здравствуйте, меня зовут Бен Уайт, я недавно сюда переехал и думаю, что у меня есть полезная информация по поводу этого преступления.

– Мистер Уайт. В первую очередь, нам всем приятно познакомиться с вами. Что ж, продолжайте, поделитесь с нами информацией.

– Спасибо, – поблагодарил Бен, почтительно кивнув. Что, черт побери, он собирался сделать?

– Этим утром я был на парковке и проходил мимо прачечной, – он сделал паузу и изобразил гримасу, будто ему очень не хотелось делать то, что он собирался. – Мне очень неприятно это говорить, но… – он выпрямился и посмотрел на меня.

Нет, он же не собирается сдать меня! Нет, конечно.

– Я видел, кто пользуется таким порошком. И этот человек сейчас находится в комнате, – Бен поднял руку и указал прямо на меня. – Это она, – он произнес это так громко, что я готовилась услышать эхо.

– Что? – я выпрямилась на стуле, пребывая в шоке от услышанного. Все повернулись и уставились на меня.

– Я… я… – я заерзала на стуле и посмотрела на Бена. Он пытался спрятать улыбку. Мерзавец.

– Сара, это правда? – Рэймонд повернулся ко мне.

– Да, Сара, это правда? – спросил Бен.

– Я… я… ну, да. Но я не знала разницу между порошком для ручной и автоматической стирки.

Бен глубоко вздохнул и положил руку на грудь, будто был поражен.

– Ты не знала? – уточнил он, медленно произнося слова по слогам. Несколько человек смотрели на меня с крайним неодобрением.

– Теперь все стало понятно. Неудивительно, что мои рубашки не сияли чистотой последнее время, – добавил Бен.

– Да ну? – я смотрела, как он водит руками по своей рубашке в поисках изъянов.

Я покачала головой.

– Глупости. Одежда не может сиять.

– Но так написано на коробке.

Бен схватил коробку и, держа ее на вытянутой руке, прочитал ярко-оранжевые слова: «Порошок Солнце & Прибой: для безупречного сияния чистоты».

– Ой, ну и пожалуйста, – я рассмеялась и посмотрела на лица людей.

– Если это написано на коробке, значит, это правда, – быстро заключил Бен.

– Ты серьезно? – парировала я. – Потому что реклама никогда не врет?

– Совершенно верно, – Бен ткнул на обратную сторону коробки. – И посмотри сюда. – «Показано на ТВ». Он сделал паузу, осматривая присутствующих, глядя пристально в глаза каждому, затем снова заговорил: – А мы знаем, что все, что показывают по телевидению – чистая правда.

Несколько человек в комнате закивали, но остальные выглядели сбитыми с толку.

– Используя этот порошок, Сара, ты лишаешь нас права на одежду, сияющую истинной чистотой. – Он поставил коробку обратно на стол и скрестил руки на груди.

– А как насчет нашего права на сон? Кто-нибудь слышал этот ужасный шум в 2.30 утра не так давно?

Люди оживились.

– Я что-то слышала, – заявила одна пожилая дама.

– Я тоже, – добавил кто-то еще.

– Так вот, это был он, – теперь была моя очередь показывать пальцем на вредителя. – Видимо, Бен не думал о праве, данном нам Богом, на праведный сон, когда сверлил стену и передвигал мебель, не так ли? – я повернулась и посмотрела на него, а он уже и не пытался скрывать улыбку.