Пёс, соединяющий сердца - Маргарита Южина

– Роман.

– А я Лена, – кивнула девушка и добавила: – Мне Роман тоже рассказывал про этого нелюдя. А вы… вы просто храбрец!

Мышкин засмущался.

– Да какой там храбрец, что вы… Я наоборот… Просто здесь так обидно стало – такое зло и безнаказанным останется. И так захотелось наказать… Но вот пока с вашей мамой не познакомился, во мне таких чувств не возникало. Почему-то…

– А это не важно, когда они возникли, – прервала его Людмила. – Главное, что они у вас есть. Леночка, подай мне, пожалуйста, вон тот кусочек, поменьше. Лев Венедиктович, не стесняйтесь.

– Да я… Я вот все думаю… – напряженно сидел Лев Венедиктович. – Там у вас на подоконнике еще цветочки остались…

Гости посидели еще немного и ушли все вместе. Мышкин не хотел бросать тень на репутацию Людмилы, хотя сама Людмила эту тень уже давно бы и бросила.

После их ухода она не успела убраться, как ей тут же позвонили. Звонил сын.

– Мам, и что это за мужчина? Мне стоит приглядеться к нему повнимательнее?

– Ой, ну что ты, право! – смутилась мать. – Прямо сразу и приглядеться… А ты что – не рассмотрел его? Ромочка, я тебе сразу скажу, там смотреть особенно не на что, но он такой душевный человек! Мы вот с Мишенькой очень… очень его котика полюбили. Да. Можешь себе представить, этого рыжего красавца сначала звали Чингисханом! Какой ужас!

– Мне вот Лена подсказывает, что ей твой знакомый очень понравился…

В трубке послышались препирательства, потом застрекотал голос Леночки.

– Людмила Максимовна! Какой у вас душевный друг появился! Я прямо так рада! Как он относится к животным, это же… И даже со своим котом в гости ходит, такого я еще не встречала. Обязательно поддерживайте с ним отношения! Если уж он так над котом трясется, то над вами…

– Леночка, ну что ты, – покраснев, махнула рукой Людмила. – Он надо мной и вовсе даже не трясется. Он… так просто… зашел пирога отведать.

– Ой, не говорите мне ничего, – усмехнулась девушка. – Я же видела, как он на вас смотрел!

– Как? – не выдержала Людмила. – Он на меня смотрел, да? Как?

– Как… знаете, он вами любовался, – выдохнула Леночка. – И еще… сразу было видно, что ему хотелось вас защитить.

Девчонка знала, что говорить. У Людмилы немедленно зажгло где-то в правом подреберье, в животе стало горячо, а колени сделались ватными.

– Да ну… ну что ты, Леночка… ты, наверное, не так поняла…

– Все я так поняла. Я эти взгляды… Вы не представляете, как я в них разбираюсь!

Рядом с трубкой послышался недовольный голос Ромки, и Людмила поспешила распрощаться с молодежью. Пусть сами между собой разбираются.

– Мишка, – ходила павой перед собакой хозяйка. – Ты только подумай, пока ты гонялся за Рыжим, а была увлечена пирогом… да-да, не смейся! Я на самом деле переживала, как бы он не сгорел! Так вот в это время мной, оказывается, любовался господин Мышкин! Нет, Миша, это не мои слова, это Леночка сказала.

Мишка с интересом слушал хозяйку, вертел головой, настораживал ушки и… видно было, что не верит.

– А вот и напрасно, – обиделась хозяйка. – Я, знаешь ли, тоже отвыкла от того, что я красивая… даже привлекательная… где-то… женщина. А вот Мышкин… Он настоящий мужчина! Он не забывает мной любоваться. А еще… а еще ему захотелось меня защитить. Хотя кого он там может защитить?

В это время телефон снова ожил.

– Да? – важно ответила Людмила, и сразу же голос ее изменился. – Ой, Лев Венедиктович! Как вы дошли?

– Милочка, – послышался несчастный голос. – Я так… я так перед вами виноват… Шляпу-то я… Я ж не думал, что она для вас так бесценна! Я хотел…

– Прекратите! Мы уже выяснили все с этой шляпой! Вы лучше скажите, во сколько вы завтра к нам с Мишенькой придете? Он сказал, что еще не наигрался с Рыжиком.

– А я… мы не сможем завтра прийти, – стал запинаться Мышкин. – У нас… в общем, мы тут немножко делами заняты… Никак…

Он так уверенно отнекивался, а объяснения были настолько неубедительны, что у Людмилы упало сердце куда-то в тапки.

– То есть… завтра вас не ждать? – переспросила она.

– Нет. Совершенно точно, не ждите!

– Хорошо, – холодно отреагировала она. – Всего доброго… Вы меня извините, нам с Мишкой пора.

И она отключила телефон, потом судорожно вздохнула и развела руками перед собакой.

– Наконец-то мы сможем завтра отдохнуть. А то, знаешь, Миш, вот так надоели уже гости. А тебе – нет?

Мишка был серьезен. В голосе хозяйки слышались нотки отчаяния и горечи, а это собаку всегда настораживало.

– А вот расстраиваться совсем не нужно, – непонятно кого успокаивала Людмила.

Потом посмотрела на погрустневшую собаку и встрепенулась:

– А хочешь, я тебя на подоконник посажу? Там столько всего интересного!

Она взгромоздила Мишку на подоконник, а сама встала тут же, чтобы тот не упал ненароком. Сейчас в темноте собаке ничего не было видно, и что только хозяйка углядела в этом окне?

– Миша, почему это мы с тобой не следим за нашими прическами? Вот я еще хоть как-то утром причесываюсь, а вот ты… Да и мне надо сходить в парикмахерскую, чего это я? А ты посиди, сейчас я тебя расчесывать буду.

Она притащила расческу и стала расчесывать кудрявую шерсть. По мере того как беспорядочные кудряшки стали укладываться в приятные локоны, на сердце Людмилы снисходило спокойствие. Ну что, собственно, такое случилось? Может быть, Лев идет завтра к этой… как ее… к своей родственнице лечить зубы! Или матушка к нему приезжает, вон он ее как боится, чуть под диван не утек, когда Ромка пришел. Да мало ли какие дела могут быть у мужчины в выходной день!

– Миша, ты у меня совершенно великолепный красавец, – улыбнулась она. – Сейчас мы еще мордочку расчешем и… и сегодня спать. А завтра я побегу в парикмахерскую. Не все же тебе одному красоваться. Мной, между прочим, тоже любуются!

Воскресенье прошло скучно. Мишку не особенно обрадовала утренняя прогулка, на улице пробрасывал снег, а ведь уже все деревья собрались распускать почки. Некоторые, особенно смелые, даже выпустили первые листочки. И вот такая неприятность.

Дома Мишка ходил по тем углам, где лежал Рыжик, принюхивался, а потом ложился именно на место кота, устраивал голову на лапы и смотрел на Людмилу печальными глазами.

– Миша… – вздыхала Людмила. – Ну что – тебе так скучно со мной? Тебе нужен друг? Хм… Знаешь, вот мне, между прочим, друг бы тоже не помешал, но я ж не ложусь на пол, где ступала нога Мышкина, не кладу голову себе на руки! Ну ладно… Не переживай… если что, я… я куплю тебе котика. Или… Или мы просто подберем такого же беднягу.

Мишка поставил ушки домиком.