Отчаяние - Дебби Виге

День настал кровавой жатвы,

Исполнения страшной клятвы.

Смерть, как страшная чума,

Поразит врагов дома.

Посмотри в хрустальный шар:

Враг готовит нам удар.

Руны кинь и в них увидь,

Как злодеев победить.

НИКОЛЬ

Предместья Мадрида, ноябрь

Во сне — жутком и реалистичном — Николь боролась с человеком из своего недавнего видения: он хищно глядел на нее и беспрерывно хохотал. Его рот при этом раскрывался все шире, пока наконец не превратился в пещеру, из которой в лицо девушке полетели обжигающие языки пламени. Она попробовала закричать, убежать, но ноги не шли, а с губ слетал только шепот.

— Иди ко мне, — звал мягкий голос.

Когда Николь смогла повернуть голову, то заметила рядом Филиппа, который протягивал к ней руки. Она тоже подалась навстречу, и в этот момент сон исчез.

Филипп стоял в дверях, что-то говорил и улыбался, однако его лицо при этом было серьезно. Девушка ощутила нечто наподобие нежного мысленного прикосновения. Ее словно накрыло теплой волной; молодой человек подошел поближе, сел рядом и взял за руку.

— Мы все обдумали. Наш ковен защитит тебя, чего бы это ни стоило, — сказал он и добавил: — Тебя ждет великая судьба.

Глаза Николь заблестели от слез. Когда-то давно девушка сама в это верила — еще в те времена, когда жива была мама и они вдвоем практиковались в простейшей магии.

«Но я думала, что стану знаменитой актрисой, а не ведьмой!»

Если кого и ждала великая судьба, так это Холли, но никак не ее.

— Вы меня с кем-то путаете, — ответила она, потупившись.

Филипп осторожно приподнял ее голову, стараясь поймать ускользнувший взгляд.

— Ничего мы не путаем, Николь Каор. Тебя ждет великая судьба. Я это точно знаю. Я чувствую.

Она внимательно посмотрела ему в глаза, почувствовала, как внутри ее один за другим рушатся барьеры, и разрыдалась. Филипп обнял девушку, нежно прижал к себе и долго держал, вздрагивая всем телом каждый раз, когда на Николь накатывала очередная волна тяжелых воспоминаний, словно сам переживал ее страхи и боль. Проплакав какое-то время, она заметила, что лицо молодого человека мокро от слез, а губы беззвучно читают молитву.

Он открыл глаза; Николь разглядела в них чувство, поверить в которое и уж тем более довериться которому смогла не сразу.

— Мне так много надо тебе рассказать, — прошептала девушка.

— Знаю. Чувствую. — Филипп поцеловал ее сначала в одну щеку, потом в другую.

— Я не святая… — Она потупила взгляд.

Молодой человек снова осторожно приподнял ее лицо.

— Будь ты святой, у нас возникли бы неприятности. Это не значит, что сейчас их нет.

Николь улыбнулась шутке, хотя от нежного прикосновения ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди. И все же она поборола эмоции — были дела поважнее.

— Мне надо позвонить.

Филипп кивнул, словно ждал этих слов.

— Только говорить придется очень коротко. Твой преследователь расставил сети повсюду. Действовать надо быстро и с умом.

Николь кивнула и снова прижалась к его груди. Пусть ее разыскивают все силы преисподней, в этот самый миг она чувствовала себя в безопасности.

Хосе Луис не спал с тех пор, как ему было видение. На все настойчивые расспросы он отвечал туманно, хотя на самом деле разглядел будущее предельно ясно. Он даже знал, когда именно к нему придет смерть — равно как и то, что ничего не сможет с этим поделать, — впрочем, опускать руки не собирался.

В поисках телефона компания заехала уже в четвертое селение подряд. Они избегали городов и держались поближе к виллам, однако каждый раз в миле от жилья, предчувствуя неладное, сворачивали в сторону. Все понимали, что время стремительно уходит. Путешествовать днем было опасно: слишком большое количество людей вокруг означало слишком большой риск оказаться замеченными.