Угостите даму кавалером! - Маргарита Южина

– Не, ну Алька, ну какая из тебя королева? У королев, у них же и здесь – во! И тут – во! А у тебя слезы, а не... – принялся рассуждать бригадир слесарей, но спохватился. – Нет, я, конечно, к тебе со всем уважением, ты ж знаешь. Ну хочешь, мы сегодня опять к вам придем и его вытурим. А заодно и шарика этого потного... ну как его... зятя-то вашего!

– Никуда приходить не надо, мы уже всех вытурили, – вздохнула Алька.

– А почему тогда такое траурное настроение? – не отставал Сашка.

– Да... На работе вон не ладится... да еще на права никак сдать не могу, а послезавтра уже повторный экзамен... теперь только через три месяца...

Сашка, кажется, даже обрадовался такому горю:

– Ха! Сдать она не может! Так давай я тебя научу! Я ж завсегда рад другу помочь!

Алька посмотрела на него с недоверием. Если он станет ей помогать так же, как помог с Денисом, то экзамен ей не сдать никогда.

– Да не хмурься ты! – успокоил Сашка. – Сегодня после работы посажу тебя на свой «жигуленок», и поездим.

– А как же... у тебя же нет вторых тормозов, – допытывалась Алька.

– А на фига? Ты с одними управишься. Короче, не дрейфь, сегодня прокатимся, завтра закрепим, а послезавтра ты притащишь мне коньяк, как лучшему учителю года, идет?

Алька глубоко вздохнула и мотнула головой:

– Идет. Но смотри, если ты... я тебя в порошок...

– Но-но-но! – погрозил ей пальцем Сашка. – Не забывайся – с учителем разговариваешь!

После работы Сашка и в самом деле ждал ее у проходной.

– Садись, – кивнул он ей на место за рулем.

– Сань, ты чего? – просипела Алька. – Я здесь не могу, здесь же дорога... движение!

– Конечно! А ты как собираешься ездить? По газонам, что ли? – пожал плечами Сашка. – Самое главное – езжай на такой скорости, на которой сумеешь правильно среагировать. Я так думаю, для тебя самая реактивная – это километров сорок в час, не больше.

– Не, Сань, я так не летаю. Мне, чтобы вовремя отреагировать, все время стоять надо...

– Совсем, что ли, реакции нет? Будем разрабатывать. Да садись же! И успокойся, ну чего сжалась вся? Расслабься, вспомни, где какая педаль... и трогайся...

То ли Сашкин голос был на удивление спокойным, то ли Алька и сама уже устала трястись за рулем, но она минутку посидела, потом положила руки на рычаги и отжала сцепление.

Машинка подумала и плавно тронулась. Сашка сидел рядом и совсем не обращал на свою ученицу никакого внимания, только пялился в окно, курил да насвистывал какую-то нудную мелодию.

Алька то и дело смотрела в боковое зеркало и вспоминала: «У нее и зеркальце только для того, чтобы прическу поправлять», или что-то типа этого. Кто же это говорил? Не важно. Главное – дорога. Хотя... а для чего еще нужны эти зеркала, если они в самой машине находятся?

– Ну все нормально, – ожил Сашка. – Давай вот этого коптилу обгоним, а то задохнемся на фиг.

Впереди ехал «КамАЗ» и коптил нещадно. Алька уже и сама не могла дышать, но обогнать эту махину!

– Ну чего трусишь? – наседал Сашка. – Посмотри по сторонам – нет никого? Ну и обгоняй. Вспомни, как там по-правильному обгонять надо...

Алька вздохнула глубоко-глубоко, сцепила зубы и включила поворотник.

Обгон прошел удачно, а Сашка даже никак не отреагировал, будто Алька вот так каждый день обгоняет «КамАЗы»! Ну и пусть! Зато в душе у нее все пело и плясало.

За эти пляски она тут же была наказана – колесо попало в глубокую ямку и машину сильно тряхнуло. Санька хотел было что-то высказать, но промолчал. И Алька была ему благодарна. Еще никогда она так сосредоточенно не сидела за рулем, еще никогда она так внимательно не пялилась на каждый знак и не вглядывалась в дорогу.

Когда въехали к Альке во двор, она была чуть жива. По двору носились дети, и им никакого дела не было до того, что эта дама впервые самостоятельно управляла машиной.

– Все! – выдохнула Алька, когда машина остановилась у подъезда.

Только сейчас она заметила, как по виску ползут ручейки пота.

– Ну как я? – толкнула она в бок учителя.

– Ну, говорю же – послезавтра коньяк притащишь, – фыркнул Сашка и вдруг проговорил: – А если честно, то... Поворотник включила слишком поздно, если бы сзади машина ехала, могла бы подрезать. Опять же каждую ямку пересчитала, по луже летела, как угорелая...

– Ка... кая угорелая? – растерялась Алька. – Я ж выше сорока километров не ехала!

– Правильно! А мы с тобой что говорили: сорок – это уже самолетная скорость для тебя! А по лужам нельзя так – вдруг там люк открытый? Или яма глубокая, ты же не видишь. Надо аккуратненько ползти. И еще – на поворотах сильнее скорость сбрасывай, – выговорился Сашка и вдруг широко улыбнулся: – А чего ты мне врала, что совсем ездить не умеешь? Умеешь, у тебя просто навыка не имеется.

Алька расцвела алым цветом. Оказывается, Санька неплохой учитель! Он только представлялся, что равнодушно пялится в окошко, а сам ни одной мелочи не упустил! И не ругал. И все у нее получилось! И даже появилась уверенность в собственных силах.

– Спасибо тебе, Саша, – пробормотала она и протянула руку. – Пока.

– Не понял? – вытаращился Сашка. – А кто ошибки исправлять будет? За руль!

Когда поздним вечером Алька зашла домой, у нее перед глазами мелькала только линия разметки да еще встречные автомобильные фары. Противный слесарь мотал ее до тех пор, пока она не отъездила ему дорожку от завода до дома без единой помарки. А потом еще закрепил этот, как он выразился, «счастливый случай». Поэтому Алька явно ощущала себя выжатым лимоном, но глаза ее так и светились радостью.

– Ты откуда это... такая? – насупилась мать, пропуская в дом ошалевшую Альку. – Где была?

– Ма, ты лучше спроси – с кем? – тут же высунулась из комнаты язвительная Варька. – Вон как глазами лупает.

– Да с Сашкой я была, с Кузнецовым, – отмахнулась Алька, направляясь в ванную.

Плескалась она долго, стоя под прохладными струями, как будто вновь набиралась сил и бодрости.

На кухне ее уже ждал ужин – явление доселе неслыханное. Прежде маманя ублажала только ненаглядного зятя. Вероятно, всерьез испугалась, что дочь может снять квартиру или утаить зарплату.

– Интересно знать, – уселась рядом с сестрой Варька, ехидно ухмыляясь. – И чего это к нам Сашка Кузнецов зачастил? То он к Денису приходил, всю водку выдул, то ты с ним мотаешься до глубокого вечера. Он же женатый. Вот Ирочка-то узнает...

– А ты не каркай тут! – резко одернула ее мать. – Сашка он тоже... нормальный мужик! И зарабатывает прилично. А что женатый... А где их взять – неженатых-то! Она уж у нас не девочка!

– Маманя! Ну что ты такое говоришь, – выпучилась Алька. – Да мы с Сашкой просто на машине ездили, у меня же послезавтра экзамен! Господи, ну неужели я уж так вам надоела, что вы готовы меня спихнуть к кому угодно?