Зов предков - Даниэла Стил

И совсем безнадежно дело обстояло с личной жизнью. Бриджит отчетливо понимала, что если она хочет, чтобы у нее снова кто-то появился, ей нужно знакомиться с мужчинами, ходить на свидания, вот только как это сделать? Посещать сайты знакомств? Или расспрашивать подруг, нет ли у кого на примете холостого мужчины средних лет и без вредных привычек? А может, просто сидеть по вечерам в каком-нибудь баре поприличнее и ждать, когда к ней кто-нибудь подойдет? Увы, все эти способы были не для Бриджит. Впрочем, и сама мысль о знакомствах с мужчинами после шести лет отношений с Телом ей претила: нанесенный им удар был болезненным. С другой стороны, Бриджит отчетливо понимала, что времени у нее осталось не так уж много, но с этим уж ничего не поделаешь! «Поспешишь — людей насмешишь» — это про меня», — подумала Бриджит, подходя к телефонному аппарату, чтобы проверить сообщения на автоответчике.

Среди нескольких звонков Эми оказалось одно сообщение от Теда. Он звонил, чтобы попрощаться. Бриджит сразу поняла, почему Тед звонил не на мобильник: он боялся, что она может ответить. Звонок на домашний номер, да еще в тот час, когда Бриджит обычно не было дома, намного безопаснее. Тед сообщал, что уезжает на следующий день, и Бриджит нажала на автоответчике кнопку вывода даты. Похоже, они разминулись всего на несколько часов — Тед улетел в Египет примерно в то же самое время, когда она садилась в Су-Фолс на самолет, чтобы вернуться в Бостон.

Впрочем, особого значения это уже не имело. Теда она потеряла еще в День святого Валентина, когда он объявил ей о своем назначении. Теперь он отправился осуществлять свою мечту, а что осталось ей? Искать работу в приемной комиссии одного из университетов, чтобы еще десять лет сортировать заявления абитуриентов? Заканчивать скучную книгу о правах женщин, которую вряд ли кто-нибудь прочтет? Еще вчера Бриджит занималась, как казалось ей, интересным и нужным делом, а что осталось у нее теперь? Бриджит не обманывала себя — она прекрасно понимала, что не может заниматься поисками материалов о Вачиви всю жизнь. Ей по-прежнему хотелось как можно больше узнать о своей индейской родственнице, однако она сознавала, что осуществить это вряд ли будет возможно. Вачиви появилась на свет больше двух столетий назад, и не в цивилизованной стране, а в племени людей, не знавших письменности, поэтому многие подробности ее жизни скорее всего навсегда останутся тайной. То, что Бриджит вообще сумела узнать хоть что-то о Вачиви в Америке, было самым настоящим чудом, и рассчитывать, что ей и дальше будет так же сказочно везти, было бы глупо.

Нет, как видно, ей все же придется вернуться к книге, которая перестала ее интересовать, искать работу, которая ей надоела, подбирать замену мужчине, которого она, возможно, и не любила и которому была, по большому счету, безразлична. Как она до этого дошла, что сделала со своей жизнью? И как найти выход из тупика, в который она сама себя загнала? Этого Бриджит не знала, как не знала и того, каким будет ее следующий шаг. Будущее представлялось ей окутанным туманом неизвестности, и никаких радостей она от него не ждала.

Бриджит быстро навела порядок в квартире и, уставшая, рано легла спать. Следующий день она начала с того, что привела в порядок свои записи и разложила в хронологическом порядке копии документов, сделанные в архивах Солт-Лейк-Сити и Южной Дакоты. К полудню все было готово, и она воспользовалась факсом, чтобы отослать материалы матери.

Был уже вечер, когда ей позвонила Маргерит.

— Ты проделала потрясающую работу, Бриг! — воскликнула она. — Я уверена, что это та самая женщина, которая вышла замуж за французского маркиза.

— Я тоже так думаю, но доказать не могу. Вачиви была очень храброй женщиной, и я горжусь, что у нас такие предки. Похоже, ее ничто не могло ни сломить, ни запугать, хотя во Францию она попала еще совсем юной.

Слушая Бриджит, Маргерит улыбнулась. Похоже, ее дочь сумела взять себя в руки, но она все равно продолжала за нее переживать. Что Бриджит намерена делать дальше? Как сложится ее жизнь?

— Ну а что собирается предпринять моя храбрая девочка? — спросила она. — Ты останешься в Бостоне или приедешь в Нью-Йорк? Если надумаешь переезжать, то сейчас, по-моему, для этого самое подходящее время. Здесь, по крайней мере, ты будешь больше зарабатывать.

— Зато в Бостоне больше университетов, значит, выше вероятность найти работу, — возразила Бриджит. — Пожалуй, я все же подожду, вдруг кто-нибудь откликнется на мои анкеты, а пока университетское начальство думает — попытаюсь закончить книгу.

Но сказать это оказалось куда проще, чем выполнить. Когда на следующий день Бриджит попыталась засесть за книгу, у нее ничего не получилось. После увлекательных поисков сведений о Вачиви проблемы женского избирательного права казались ей незначительными. Ей приходилось буквально выдавливать из себя каждую строку, и, промучившись полдня, Бриджит отложила работу. «Почему вообще, — недоумевала она, — я взялась за эту тему?»

Поев наскоро, она позвонила Эми.

— По-моему, — сказала Бриджит, — я стала настоящим психом.

— Почему? Ты слышишь голоса?

— Пока нет, но… Если говорить откровенно, я была бы этому только рада, но увы, единственный голос, который я слышу, это мой собственный. А меня от него уже тошнит. Наверное, это и называется «писательский затык». Не знаю, в чем причина, — быть может, я расстроилась из-за Теда, но факт остается фактом: я возненавидела свою книгу. Ничего более скучного и быть не может! И о чем только я раньше думала?!

— Самый обычный творческий кризис, — успокоила ее Эми. — Со мной такое тоже бывает. В таких случаях помогают физические упражнения. Сходи погуляй, поплавай или поиграй в теннис. Вот увидишь — все как рукой снимет.

— Боюсь, теннис вряд ли поможет, — задумчиво сказала Бриджит. — В последние десять дней я испытала нечто совершенно особенное. И теперь возвращение к привычной рутине еще больше меня гнетет.

В ее голосе, однако, прозвучали необычные нотки, и Эми сразу заинтересовалась.

— Особенное? — переспросила она. — У тебя кто-то появился?

— Да, — честно призналась Бриджит. — Только это не то, что ты думаешь. Оказывается, среди моих предков была совершенно потрясающая женщина! Она индианка из племени сиу. В ранней юности ее похитили воины враждебного племени, чтобы отдать в наложницы своему вождю, но она убила его и бежала с каким-то французом, который переправил ее из Южной Дакоты во Францию. Там она побывала при дворе Людовика XVI и вышла замуж за маркиза, моего предка. Так, во всяком случае, я думаю.

— Действительно, необычная история… — протянула Эми. — А откуда ты знаешь, что все было именно так?

— Конечно, доказательств у меня нет, — призналась Бриджит. — Просто в этой истории много совпадений, они-то и приводят меня к таким выводам. Достоверно известно только одно: мой далекий предок маркиз де Маржерак женился на индианке-сиу по имени Вачиви, которая каким-то образом попала ко двору французского короля. О девушке именно с таким именем рассказывают старые индейцы, воспоминания которых сохранились в архиве. Конечно, пока я узнала о ней далеко не все, но того, что мне удалось найти, хватило, чтобы в нее просто влюбиться. История Вачиви — это нечто совершенно потрясающее; я в жизни не сталкивалась ни с чем настолько захватывающим. — Она вздохнула. — И представь, каково мне было возвращаться домой после всего этого! Мой бойфренд уехал в Египет, работу я потеряла, свою книгу я ненавижу. Что мне теперь делать?