Зов предков - Даниэла Стил

— Но откуда у французской аристократки индейское имя? — снова спросила Бриджит, продолжая недоумевать. Где могла слышать это имя мать девочки и почему ей пришла в голову фантазия назвать дочь именно так? Подобный поступок казался Бриджит как минимум эксцентричным, хотя с другой стороны, кто знает, какие обычаи и какая мода бытовали во Франции в далеком XVIII веке.

— На самом деле это вовсе не так странно, как может показаться на первый взгляд, — заметила Мег. — Где-то я читала, что французский король Людовик XVI очень интересовался жизнью американских индейских племен. Незадолго до революции он даже пригласил ко двору нескольких вождей. Возможно, некоторые из них так и остались во Франции. Кстати, в те времена основные океанские порты, связывавшие Старый и Новый Свет, находились именно в Бретани. Наверное, один из вождей остался во Франции, а его дочь вышла замуж за маркиза, вашего родственника. Одна она пересечь океан все равно не могла, так что скорее всего именно так и было. Революция произошла в 1789-м, а Людовик пригласил вождей в 1780-х. Если дочери одного из них было лет пятнадцать-двадцать, следовательно, когда она умерла в 1817-м, ей было чуть за пятьдесят — весьма солидный возраст по тем временам. Трое мальчиков, родившихся в промежутке между восемьдесят шестым и восемьдесят девятым годом, почти наверняка были ее сыновьями. В общем, поздравляю вас… — Мег снова улыбнулась. — Среди ваших предков была индианка, которая приехала в Бретань из Америки и покорила сердце маркиза. Я, во всяком случае, никогда не слышала о француженках по имени Вачиви, а вот у сиу это имя было довольно популярным. — Она кивнула. — Можете не сомневаться, мисс Николсон, несколько вождей сиу действительно побывали во Франции в конце XVIII века, и кое-кто из них там и остался. Это абсолютно достоверный исторический факт, хотя он мало кому известен. Лично я всегда восхищалась этими индейцами, которые отправились за океан не как рабы, слуги или пленники, а добровольно. Французский король считал их своими почетными гостями и даже представил ко двору.

Бриджит машинально кивнула. Она была совершенно очарована тем, что только что услышала. В истории ее собственной семьи, которую она всегда считала ничем не примечательной, отыскалось нечто, что задело ее за живое и пробудило в ней жадный интерес. Как, при каких обстоятельствах маркиз де Маржерак, приходившийся прапрадедом ее матери, встретил юную индейскую скво и женился на ней, сделав французской аристократкой? Сам этот факт, как казалось Бриджит, никаких доказательств не требовал — как и то, что одного из сыновей маркиза назвали в честь его младшего брата, умершего неизвестно когда, неизвестно где.

История между тем становилась все запутаннее. Очередной поиск по старым документам принес Бриджит новое открытие: оказывается, у старого маркиза было еще двое детей, по имени Агата и Матье, родившихся раньше его детей от Вачиви. Их мать звали иначе, и скончалась она в 1 778 году — вскоре после рождения Агаты, следовательно, это Вачиви была второй женой маркиза. Одно это было достаточно примечательным: насколько было известно Бриджит, в те времена повторные браки были редкостью, поэтому она сразу предположила, что союз этот был заключен, скорее всего, при каких-то особых обстоятельствах.

Иными словами, ее семейная история буквально на глазах превращалась в какой-то исторический триллер. Бриджит, впрочем, не имела ничего против — тайны прошлого захватили ее, и ей не терпелось продолжить увлекательный поиск.

— А как мне найти дополнительные сведения о Вачиви? — спросила Бриджит у хранительницы архива. Она была в восторге — всего за час с небольшим ей удалось продвинуться на добрую сотню лет дальше в прошлое, чем ее матери, и к тому же раскопать самую настоящую тайну. Теперь у них обеих было над чем поломать голову.

— За этими сведениями вам придется обратиться к сиу — в Архив истории племен коренных американцев, — объяснила Мег. — Они тоже собирают и хранят различные документы, но индейская библиотека по понятным причинам не такая полная, как наша, к тому же их материалы ограничены главным образом американским континентом. Впрочем, в последнее время индейский архив активно собирает и записывает устные предания и другие сведения этнографического характера. Возможно, отыскать там сведения о Вачиви будет непросто, но вы все же попытайте счастья.

— И с чего надо начать? — осведомилась Бриджит. — С Бюро по делам индейцев?

— Нет, — Мег рассмеялась, — я бы посоветовала обратиться непосредственно в Исторический центр сиу в Южной Дакоте. Большая часть документов хранится именно там. Если Вачиви была дочерью знаменитого вождя или сама совершила что-то необычное, как Сакагавея… Впрочем, экспедиция Льюиса и Кларка состоялась лет через двадцать после того, как наша Вачиви попала во Францию, — добавила она задумчиво. Сейчас обе женщины чувствовали себя так, словно только что обрели близкую подругу, а Бриджит к тому же испытывала прилив теплых чувств к индейской родственнице, вышедшей замуж за француза-маркиза.

— Вы, кстати, тоже похожи на индианку, — осторожно заметила Мег, быстро взглянув на Бриджит. Она не знала, как та отреагирует на такие слова, но Бриджит только глубоко задумалась.

— Я всегда считала, что черные волосы у меня от отца, — сказала она после небольшой паузы. — Он был ирландцем, и… Но, быть может, это вовсе не так. Если во мне есть гены Вачиви, то… — Мысль о том, что среди ее предков есть не только французские аристократы, но и коренные американцы, неожиданно доставила ей удовольствие, и Бриджит захотелось узнать о Вачиви больше. По ее просьбе они с Мег еще целый час просматривали материалы архива, но никаких других сведений о де Маржераках у мормонов не отыскалось. Впрочем, и то, что она уже нашла, было немало. Бриджит сумела собрать сведения о трех поколениях предков, а кроме того, раскопала самую настоящую фамильную тайну, которую она воспринимала теперь как настоящий подарок судьбы.

Поблагодарив Мег, Бриджит вернулась в отель и сразу же позвонила матери. Маргерит ответила на втором звонке, и голос у нее был довольный: она и ее партнерша выиграли турнир по бриджу и уже начали готовиться к следующему.

— А у меня есть для тебя потрясающие новости, — сообщила Бриджит с энтузиазмом, который обрадовал ее мать даже больше, чем победа в карточной игре. — И они касаются нашей семейной истории!

— Ты что-то нашла? — спросила Маргерит, заражаясь ее волнением.

— Нашла, и много! Я заказала копии документов по трем поколениям наших предков в Бретани, и у двоих из них — у Тристана и Филиппа — неизвестны даты смерти. Филипп был старшим из братьев, поэтому, вероятно, именно он носил титул маркиза, но это еще нужно уточнить.

— Именно Тристан и Филипп де Маржераки приехали в Новый Орлеан незадолго до 1850 года! — воскликнула Маргерит. — Господи, Бриджит, неужели ты их нашла?! Об этих двоих я знаю многое, почти все. Филипп был моим прадедом по отцовской линии. После Гражданской войны его брат Тристан перебрался в Нью-Йорк, а Филипп так и умер в Новом Орлеане. Как я рада, что ты узнала даты их рождения. Мормоны просто молодцы. А кто еще там был? Из наших родственников я имею в виду?