Всего лишь каприз - Марион Леннокс

Хильда и Мод должны были скоро приехать. Ей оставалось ждать. Коняшка спал.

Она посмотрела на дыру в каменной стене, которая словно подмигивала ей. Эта дыра, как и вся стена, принадлежала Гейбу, и стену нельзя было трогать.

Найти себе свою стену?

Но у нее так много работы! Проектирование систем кондиционирования…

А в кабинете Гейба на полках стояли книги по строительству каменных стен…

Найти свою собственную стену…

Она подошла к груде камней у стены. Подняла несколько камней, внимательно рассмотрела их, попробовала совместить друг с другом и вернула на место.

Дыра в каменной стене Гейба так и останется нетронутой.

Где-нибудь в саду должно быть место, куда она сможет сложить свои камни. Возможно, найдется кто-то, кто сможет научить ее этому ремеслу.

А как же чертежи? Проектирование? Ее карьера?

«Я закончу начатые чертежи», — сказала она себе. Еще у нее была работа по контракту. А потом…

У нее достаточно денег для того, чтобы просто пожить в свое удовольствие. Оплата, которую она получила за несколько последних проектов, была невероятно высока, а проживание в квартире Джона почти ничего ей не стоило.

И тут она услышала возглас «Привет!», раздавшийся со стороны подъездной дороги. Приехали Мод и Хильда и привезли с собой аксессуары для мытья пса.

— Мы спешим на помощь! — крикнула Хильда. — Я привезла самое большое в мире ведро для льда, которое мы будем использовать как ванну. Еще мы притащили шампунь и кондиционер, ножницы и щетки, а также два фена и шесть старых полотенец. Думаешь, этого будет достаточно?

— Очень на это надеюсь, — сказала Никки и широко улыбнулась.

Во дворе перед его домом были люди. Целая толпа. Сколько их? Семь? Восемь? Десять?

Они готовили барбекю.

Когда он советовался с Дороти по поводу того, как ему оборудовать сдаваемое в аренду жилье, та посоветовала ему включить барбекю в список предлагаемых услуг.

Гейб выпрыгнул из грузовика и почувствовал одурманивающий запах свежеприготовленных сосисок и лука.

— Гейб! — Генриетта приветливо махала ему хот-догом.

Готовкой занимался сын Генриетты. Гейб также распознал Хильду и Мод — организаторов и вдохновителей городской группы здоровья, занимающейся пешими прогулками. Женщины были увлечены беседой с Джо — его главным помощником и правой рукой.

Спрингер-спаниели Джона заинтересованно кружили вокруг Коняшки. Пес мирно дремал на своем надувном ложе, которое предусмотрительно вытащили во двор, чтобы он мог погреться в лучах полуденного солнца.

Никки была увлечена разговором с какой-то старой женщиной. Это была Энджи, мать Генриетты.

Какого черта?!

— Никки нужна была помощь в мытье Коняшки, — объяснила ему Генриетта, и Гейб услышал нотки упрека в ее словах. — А ты где был в это время?

— Я отвозил рыбу в Китовую бухту.

— Никки нужна была помощь.

— Она сама может позаботиться о своей собаке, — расставил он все точки над i.

Что же здесь все-таки делает Энджи?

— Впрочем, это не важно. Мы прекрасно справились и без тебя.

Никки улыбнулась ему и приветливо помахала рукой, и внезапно он был поражен тем, как она изменилась.

На ней все еще была его одежда, в которой она буквально утопала.

Она сидела на траве около Коняшки. Около ее ног возились спрингер-спаниели, обнюхивающие Коняшку, который проявлял к ним некоторый интерес, но не собирался покидать нагретую лежанку.

Кто-то вынес во двор кресло для Энджи. Ей было лет сто. Гейб попробовал подсчитать точнее. Ей было лет сто всегда, сколько он ее помнил.

— Как ты находишь Коняшку? — спросила Генриетта. — Коняшка, продемонстрируй свою красоту дяде Гейбу!

Коняшка поднялся. Очевидно, ему не очень хотелось это делать, но он подчинился. Его огромный хвост повиливал, и что-то внутри Гейба…

«Нет. Даже не думай! Вспомни, чем все закончилось с Джеммой!»

Над Коняшкой тщательно поработали. Он был вымыт, причесан, чем-то помазан. Остатки шерсти непривычно блестели. Свалявшиеся волосы были выстрижены или вычесаны. В общем, пес был вычесан до блеска. Он все еще немного пошатывался, стоя на своих длинных лапах, но при этом игриво повиливал хвостом. Теперь его вполне можно было назвать красавчиком. И он выглядел… почти счастливым.

Он снова плюхнулся на живот, продолжая внимательно смотреть на Гейба и махать хвостом.

Это было слишком. Подобная картина не могла оставить равнодушным ни одного любителя собак.

«Но в конце концов, — сказал он себе, — это ведь не моя собака. Это собака Никки». Поэтому Гейб мог позволить себе подойти ближе и почесать Коняшку за ушами. Это ни к кому его не привяжет. И ни к чему не обяжет.

Но что же все-таки здесь делает Энджи? И все остальные люди… Никто не должен был нарушать его уединенности. Сдача части дома в аренду оказалась плохой идеей.

— Тебе понравилось? — спросила Никки.

Она стояла на коленях возле Коняшки. Когда он подошел, чтобы приласкать пса, она оказалась совсем рядом. Угрожающе рядом.

— Он выглядит великолепно.

— Правда? — Никки наградила его лучезарной улы бкой. — Я знаю, создается впечатление, будто мы измучили собаку, которой был необходим отдых, но, пока мы приводили его в порядок, он просто грелся на солнце.

— Мы?…

— Хильда и Мод.

— И еще Генриетта, Джо и… Энджи?

— Они приехали уже позже, правда, ребята? — Никки обвела взором всех присутствующих. — Хильда встретила Джо в супермаркете и рассказала ему о том, что мы собираемся делать. Она предложила приготовить барбекю, и Джо решил помочь нам с этим. Посмотри на Коняшку. Что ты думаешь о нем?

Коняшка снова развалился на своей надувной лежанке. Гейб заметил, что на ней появился мягкий бархатистый коврик зеленого цвета, а также пара набивных подушек, мягких и пышных. Рядом лежали мягкие игрушки: кролик и жираф.

Около носа Коняшки валялась сосиска, неподалеку стояла новая красная миска для воды.

Коняшка выглядел ошарашенно. Так, словно он никак не мог понять, что происходит с его привычным миром.

То же самое чувствовал и Гейб.

Все эти люди собрались на барбекю в его дворике. Или… дворике Никки?

Прежде чем сдавать в аренду часть дома, он установил столбики и натянул проволоку, чтобы сразу обозначить границы своих владений. Надо будет еще посадить живую изгородь, самую быстрорастущую.

Он все еще мог исправить ситуацию.

Никки продолжала смотреть на него и улыбаться. Она встала, чтобы сходить ему за сосиской. Она сияла от радости, и он снова подумал… о живой изгороди. Ему надо было поскорее убраться отсюда. Но…